— Хорошо, давайте отойдем вон туда, в тенек под навес.
— Может быть, лучше пройдем туда, где есть кондиционер? А то не хочется стоять на жаре, да и разговор может быть долгим.
— Ладно, тогда подходите минут через тридцать к гостинице, в бар, там и встретимся.
* * *
Предложение мое, озвученное за столиком в углу бара, в общем было не очень сложным. Я передал ему список частот, на которых в определенное время суток должны были передать телеграфные сигналы разной мощности, и сказал, что если буду слышать их на свою аппаратуру — дам ответный короткий сигнал на другой частоте, только малой мощностью. Он сразу «врубился в тему»:
— Максимальные частоты на трассе и прохождение по диапазонам хочешь проверить?
— Почему бы и нет? Вдруг вам потом пригодится.
— У нас, вообще-то такими делами уже занимались потихоньку, но вторично — других дел хватает. Ладно, скажу командиру, посмотрим, что ответит. Что ты хочешь еще?
— У меня тут ситуация экстремальная. Обещай, что информация «на сторону» не уйдет, хотя чего мне с тебя клятвы требовать…
— В чем дело-то?
— Я в этот мир нелегально попал…
(Да хрен с ней, с подпиской ихней долбаной, никто не знает, куда я пропал — уже сколько времени тому назад должен был добраться до дома, и не могу позвонить, родня там наверняка в истерике бьется, милицию на уши подымает…)
— Ты удивишься, но ты такой в этом мире не один.
Я чуть не упал со стула:
— И сколько их?
— Не скажу. Могу только сказать, что точно такие есть. У каждого — свои обстоятельства.
— Мне нужно своей родне сообщить что-нибудь, осталось только придумать, что именно, чтобы не беспокоились.
— Давай мы телеграмму пошлем, что тебя в командировку отправили.
— А когда?
— Вот, справки о тебе наведем, и решим, что с тобой дальше делать. Ты ведь не хочешь тут всю оставшуюся жизнь торчать? Наш командир вечером приедет, я ему конфиденциально и доложу о твоей проблеме. Приходи завтра после работы, постараемся что-то сделать по твоим вопросам.
Надо ли говорить, что домой я вернулся в хорошем настроении? Это почувствовал и Василий, когда получил от меня кусок сыра гораздо большего размера, чем раньше.
38 число 3 месяца 23 года, Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто-Франко
Весь следующий день я ходил вдоль кабельных магистралей в глубокой задумчивости, под тихие напевы сотового в нагрудном кармане рубашки (музыку на него я скинул с нетбука, хорошо, что в свое время озаботился шнурком). Привычно откусывая кабели самовольно подключившихся неугомонных любителей «халявы», подумал: «Задолбали, может, импульсный генератор спаять, да и подать им в кабель «привет» на вход телевизора? Не-ээ, тут это чревато… пристрелят еще на фиг разозленные любители прекрасного. А мне такие «несчастные случаи на производстве» на хрен не нужны, особенно сейчас.»
Затем, когда я начал обход нашей улочки, в ее конце заметил женский силуэт. О, а вот и миссис Бригитта бдит… Опять квартирантов тиранит, плату за месяц собирает. Хотя, чего «тиранит»-то? Работа у нее такая. А может, опять своего кота ищет. Загулял Васька. Весна у него не кончится никак, наверное. Поляк-сосед его больше не пытается пнуть, но и кот к нему близко не подходит.
* * *
Вечером, как и договаривались, я выдвинулся к месту встречи. В этом ресторанчике военные из РА бывали часто, практически в каждый приезд конвоя, поэтому наша встреча не бросалась в глаза — кругом сидели такие же смешанные компании из местных жителей и русских военных, скорее всего давние знакомые обсуждали новости.
За столиком у дальней стенки сидел Михаил и майор лет тридцати, с довольно невыразительным лицом. «Невыразительным» оно было только на первый взгляд. Если присмотреться, то по физиогномике можно было сделать вывод: «однако, аналитик, Мозг…»
— Виктор, — представился майор.
— Зовите меня Сан Санычем, так будет проще, — ответил я.
— Хорошо, Сан Саныч, давайте поговорим… Мы в курсе, что вы появились на базе «Россия», не проходя «Ворота» штатным образом. С вами вместе сюда прибыл контейнер, вызвавший интерес у орденцев.
— Ну да, они очень интересовались, не я ли его туда приволок на спине, ха…
— Вы бы хотели связаться с родными?
— Очень, только как всю эту ахинею им объяснить — не знаю абсолютно.
— Могу предложить такой вариант: мы им сообщим, что вам удалось получить хорошо оплачиваемую работу по специальности, например, и вы сразу отправились в командировку на удаленную военную базу.
— Блин, ну так халявно это выглядит…
— Почему же? Специалист вы отличный, вот и решили подзаработать «для обзаведения хозяйством» на новом месте жительства.
«Может, они и номер моего диплома уже знают, и дату, когда я по «срочке» присягу принимал? Круто…»
— Вы хорошо осведомлены, Виктор.
— Работа такая, — скромно ответил Виктор, демонстративно опустив глаза и застенчиво ковыряя пальцем столешницу, и тут мы не выдержали и втроем громко рассмеялись. Напряжение в разговоре заметно спало.
«Ну вот, что я говорил… КГБ, оно и есть КГБ — «Контора Глубинного Бурения», как ты эту организацию ни называй, разве что не ожидал, что так оперативно сработают. Значит, есть у них какая-то «быстрая» связь, есть…»
— Наблюдения за сигналами — веди, вот таблица с частотами и расписанием работы маячков. При возможности — заполняй, потом передашь при встрече. Если вдруг получишь не просто «маячный» сигнал, а код — в таблице он тоже есть, дашь ответ на определенной частоте. Сможешь?
— Ну, тут не надо быть «ученым-ракетчиком», как говорят наши заклятые друзья. Наблюдения за прохождением радиоволн, изучение слоев Хевисайда или как они тут будут называться, если что заподозрят. Научная деятельность, типа.
Мы опять посмеялись и решили, что все-таки нужно хоть что-то съесть, раз уж пришли в хороший ресторанчик. О делах больше не говорили, так, вспоминали приколы из армейской жизни, они рассказывали мне о здешних реалиях и тонкостях взаимоотношений Ордена и РА. Расстались вполне довольные друг другом, и я, с трудом переставляя ноги (что-то обожрался на эмоциональной почве, хи-хи, хотя этим чаще женщины грешат), поплелся домой.
2 число 4 месяца 23 года, утро. Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто-Франко
Через несколько дней я пришел проводить новых знакомых. Первым делом подошел к КШМ-ке и поинтересовался у радиста Сереги, разгадал он мой фокус с проволочкой, или нет?
— Нет, что-то не сообразил. Но провод припаял, до того как все поставил на место, как и сказали.
— Там проблема была «первого рода» — нет контакта там, где он должен быть. В следующий раз приедешь?
— Да, я часто дальние конвои сопровождаю.
— Вот и ладно, тогда и расскажу, в чем было дело. А ты найди книжку «Радио?.. Это очень просто!», если у вас там в библиотеке такая есть, давай название запишу. Хотя она древняя, как неизвестно что, но все разъясняется буквально на пальцах. Полезно будет почитать, если хочешь нормально специальность освоить.
Затем я увидел идущего к другой машине Михаила и подошел к нему.
— Привет!
— Здорово! Так, времени мало — вот-вот отправление, поэтому скажу кратко: начальство дало «Добро» на твою задумку. Живи, работай, лови сигналы, восстанавливай форму, смотри пузо не отрасти…
Тут мы оба дружно заржали.
— И еще — постарайся не пересекаться с местным криминалом.
— Так дурных вроде нема…
— Все это не просто так, ты уж поверь. И то, что ты тут оказался — можешь называть судьбой или еще как. Короче, про тебя у нас знают и помнят. Держись!
Мы попрощались, и я, не дожидаясь отхода колонны, скорым шагом двинулся на работу. Блин, босса забыл предупредить, что опоздаю, вот сейчас шороху будет…
12 число 4 месяца 23 года, вечер. Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто-Франко
Назвался груздем — полезай в кузов. Пришлось вспомнить годы службы. По утрам, презрев прокат велосипедов, бегал на работу «легким бегом» (блин, ну как хреново-то с отвычки, кто б знал!) Народ тут и не такое видел, так что пальцем у виска никто не крутил, хотя другие полоумные любители джоггинга не не попадались. Также начал каждые выходные ходить на стрельбище — здесь это считается нормальным. Ненормально — это когда туда либо совсем не ходишь, либо оттуда весь день не выходишь, если только ты на этом стрельбище не работаешь.
Автомат только проверил на стрельбе короткими очередями, осечек не было, бой оказался точным, для складного приклада (который вызывал откровенные насмешки у окружающих), конечно. Надо бы «затюнить», поставить нормальный упор в мастерской, но это не срочно. Я зачистками заниматься не собираюсь, что я вам — ОМОН, что ли? Нет, конечно, хватает «энтузиастов», которые часто подрабатывают на жизнь получением наград за отстрел преступников, но всегда есть риск «получить в ответку». И будет, как у Стругацких: «…Но Кристобаль Хунта успел первым…» Не хочу быть ни первым, ни вторым, просто хочу жить. Нет желания делать подсчет добытого хабара смыслом своей жизни. А то рано или поздно кто-то мой хабар будет пересчитывать.
А вот с винтовкой все было не так просто.
…Заранее купив в магазине пачку винтовочных патронов, я выдвинулся в сторону стрельбища. Решил пострелять там пораньше с утра, пока более-менее прохладно и нет кучи желающих быстро потратить заработанные деньги, выпуская металл в воздух.
На стрельбище дежурный сержант срезал пломбу с моей сумки, и я потащился к самому дальнему от входа лежаку. Положив сумку на землю, я уселся на коврик и достал патроны, которые лежали в сумке из хранилища вместе с винтовкой. Пачки выглядели просто замечательно, голограммы красиво блестели на солнце. А вот когда я открыл одну, то сильно удивился — вместо обычных блестящих пуль, патроны имели пули с черной маркировкой. Какие патроны так маркируют? Надо вспомнить… Из пачки выпал листок с типографским шрифтом. Мелкие буквы гласили: «Experimental. Extremely dangerous». «Ну ничего себе! — подумал я. Тут по мишеням такими точно стрелять нельзя… Потом в саванне опробую на чем-нибудь.»
С обычными винтовочными патронами проблем не было. Мне удавалось точно попадать в мишень на дальности сто и двести ярдов туда, куда хотел, а дальше — разброс увеличивался. Но не по причине плохой винтовки — как говорят водители, «дело было не в бобине». Так как «прокладку между прицелом и спусковым крючком» поменять было невозможно, оставалось только потихоньку тренироваться, в надежде, что в конце концов количество превратится в качество (если успеет).
Так, похоже, мне придется садиться на диету — патроны тут дорогие… Может, с военными насчет «халявы» поговорить? Пусть привезут пару цинков просроченных, ха-ха, помогу от них избавиться…
* * *
И началась более-менее размеренная жизнь. С утра я шел на работу, смотрел, что там «накреативил» с каналами начальник, просматривал жалобы абонентов на качество работы, протирал пыль со шкафов в аппаратной… Короче, это была «захватывающая воображение работа в офисе».
После маленького перекуса в ближайшей забегаловке (кормили на удивление неплохо, кстати) и полуденной сиесты я шел устранять… нет, не вредных абонентов, а неисправности в распределительных коробках, порывы кабеля… Работа была насквозь «интеллектуальной», но как говорится — руки заняты, голова пусть тоже работает. А голова у меня в это время отдыхала — готовилась к «вечерней смене».
Вечерами я садился за стол, придвинув его поближе к окну, подключал трансивер к антенне и отправлялся в плавание по волнам эфира. Здесь не было привычного по «староземельной» жизни трепа многочисленных «картофелеводов», треска загоризонтных локаторов, жужжания помех от электродрелей-перфораторов и прочей фигни.
Зато было дрожание слабых сигналов телеграфа от кораблей в море, игра в шахматы между фермерами, переговоры между фортами, можно было услышать разговоры пилотов с удаленными аэродромами… Атмосфера жила своей жизнью, спокойствие которой длинным летом здесь не нарушали грозы. В «мокрый» период тут, скорее всего, было весело — сильный ветер без проблем мог оборвать плохо закрепленный провод или повалить мачту (Остатки старого антенного поля я видел где-то на окраине Порто-Франко. Видимо, оно было построено еще при закладке города, а потом, когда оно обветшало, его не стали восстанавливать, а просто построили рядом новое. Без постоянного ухода природа быстро довершила разгром…)
* * *
Маленький китайский трансивер я настроил на местную FM-радиостанцию и постоянно держал на столе. Он ведь еще мог и сканировать пару диапазонов, медленно, правда. Но кое-что услышать удавалось. В основном это была ругань (и в прямом, и в переносном смыслах) в порту, на складах и тому подобных местах. «Китаец» стоял на столе в основном для «антуража», рядом с тестером, набором инструментов и паяльником. Если что — включить его и начать «слушать музыку» было секундным делом.
Кстати, я взял в аренду маленький холодильничек, который засунул под стол (места в комнате-то было немного, не размахнешься) — держал там охлажденную воду, хлеб, сыр, колбасу и другие жизненно необходимые организму белки, жиры и минеральные соли.
Кот, периодически заходивший ко мне в гости, сразу просек наличие холодильника. Он молча подходил, трогал дверцу лапой и внимательно смотрел мне в глаза. Ну, мы люди вежливые, гостей не обижаем, от маленького кусочка колбасы не обеднеем… Получив угощение, кошак благодарно кивал, коротко муркал и удалялся по своим делам. А еще он полюбил сидеть на моем подоконнике со стороны улицы — так его было практически не заметно на фоне занавески, но он видел все.
18 число 4 месяца 23 года, Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто-Франко