15 число 10 месяца 23 года, Порто-Франко

На въезде в Порто-Франко порядок прохождения КПП изменился. У заграждения не было Орденского Патруля, стояли представители местных органов правопорядка. Всех приезжих устно предупреждали, что они не могут свободно носить в городе оружие, если не являются постоянными жителями города. Но в связи с изменившейся обстановкой оружейные сумки уже не пломбируют. Интересно, это из-за наплыва «мигрантов», что ли? Раньше в городке было гораздо спокойнее…

Пока ехал, на улице довольно часто попадались люди с пистолетами в кобурах. Вместо Орденских патрульных машин теперь были патрули из местных. Надо же, как здесь все поменялось за сравнительно небольшое время.

Я потихоньку завел джип за угол дома и поставил машину там, где она стояла до моего отъезда в Протекторат Российской армии. «Тойота» Бригитты стояла ближе к другому концу здания, как она ее всегда ставила. Значит, есть надежда, что хозяйка сейчас дома. Оставив самые тяжелые вещи в багажнике, я повесил на плечо сумку и пошел вдоль фасада через веранду к дверям ее квартиры. Двери были закрыты обе — и сетчатая, и сплошная «капитальная». Занавеска на окне задернута полностью, но по теням было видно, что внутри кто-то ходит на фоне света из дверей. Когда я подошел, и поднял руку, чтобы постучать, стало слышно играющую в квартире музыку, но что именно — не разобрал, слишком тихо.

Тихонько постучав в дверь, я стал вполголоса напевать «Луна и водка несут меня…»

[Крис де Бург, «Moonligth and Vodka»]

Но не успел спеть и пары строчек, как дверь сначала немного приоткрылась, потом распахнулась во всю ширь, меня крепко схватили за куртку и втащили внутрь, дверь за спиной мгновенно захлопнулась.

Сумка слетела у меня с плеча и громко брякнулась на пол, хорошо, что ничего бьющегося там нет. «Она что, еще и мастер спорта по дзюдо?» — промелькнула мысль. Бригитта крепко обхватила меня за шею обеими руками и уткнулась лицом мне в грудь. Я оторопело выдал неожиданно охрипшим голосом:

— Брига, ты чего?..

Уткнувшись в мою насквозь пропылившуюся куртку, она тихо говорила:

— Сегодня кот с утра возле самых дверей сидел, все умывался. Почти весь день там провел, только недавно куда-то убежал. А еще я сегодня обед себе готовила, и со стола почему-то самый большой нож- «шеф» упал, в пол воткнулся…

Тут она поднимает голову, смотрит на меня и я вижу слезы в уголках ее глаз. А еще у нее на шее я замечаю ту самую подвеску, что подарил ей в Аламо. Серебряная цепочка чуть потускнела, значит, украшение часто надевалось.

Я обнимаю ее, целую куда-то в уголок рта (черт, щетиной бы не поцарапать, отросла за дорогу) и бормочу:

— Значит, не все приметы врут, оказывается…

— Да, никогда раньше в них не верила. Теперь даже и не знаю… — Ее голос вдруг становится уверенным, и она продолжает: — Жить будешь, сколько тебе будет нужно, в своем прежнем номере, я его никому не сдавала, провод твой внизу у подоконника так и висит. Еще в ванной поставили водонагреватель, так что с дороги помоешься нормально. Сейчас отдам ключи, перенесешь вещи в комнату. А вечером у нас с тобой будет «культурная программа» — мы идем в хороший ресторан, отмечать твой приезд, так что особо долго не ковыряйся с мытьем и переодеванием.

— Гейши, саке, харакири — вот что нас губит! — довольно громко бормочу я в сторону.

— Я тебе не гейша, пить мы будем вино, а не саке, и очень надеюсь, что сегодня обойдемся без харакири, — уверенно заявляет Бригитта. — Так что наденешь, что у тебя есть в багаже поприличнее, ужинать будем в культурном месте, там солидные люди собираются.

— Меня хорошим манерам за столом не обучали, и вообще я одной ложкой обхожусь, даже блины без ножа и вилки могу есть.

— Мы с тобой в отдельном уголке расположимся, так что на тебя кроме меня смотреть будет некому, не комплексуй!

— Я надеюсь, в «Слабо сожрать?» играть сегодня не будем?

Она засмеялась:

— Нет, сегодня в программе на вечер такого мероприятия нет!..

Вот, к ней уже вернулась ее обычная уверенность, такая же, как у старшины в казарме спецназовской роты. И при этом она ухитряется оставаться симпатичной и обаятельной женщиной. Даже голос у нее сейчас нормальный, хотя и пытается командовать. Ладно, «Если женщина чего-то просит — лучше ей это дать, иначе она придет и возьмет сама!..»

* * *

Мытье, бритье и поиски того, что можно надеть «в приличное общество», заняли целый час. Ну, не то чтобы у меня с одеждой было так же, как у Тома Сойера, но пришлось учитывать наступающее перед мокрым сезоном похолодание, и надеть более-менее классический вариант — джинсы с комбинированной курткой. Куртка была почти классической джинсовкой, но выглядела так только на первый невнимательный взгляд. Из джинсовой ткани были сшиты только рукава, воротник и накладки, остальное было изготовлено из кожи и окрашено под цвет ткани. Издалека — джинса джинсой, а поближе меня все равно разглядывать никто не будет. Зато никаким ветром не продувается, и сразу не промокает. Подкладка там довольно толстая, но особенности покроя лучше рассмотрим как-нибудь в другой раз. Надеюсь, что сидеть в ресторане мне будет не очень жарко. Да если и стану перегреваться — куртку можно снять, рубашка у меня вполне приличная, тем более что мне обещали «почти интим», хе-хе. И вообще, «Жареных еще не находили, а вот замерзших — сколько угодно!»

В условленное время я постучал в дверь Бригитты и услышал:

— Заводи машину, я буду через несколько минут!

Ладно, пойду в джипе посижу, музыку послушаю, все равно она раньше, чем минут через десять вряд ли придет. Я открыл дверь, уселся за руль и включил музыку на воспроизведение в случайном режиме, чтобы заполнить паузу. Зацокало вступление, раздался вибрирующий голос Мадонны, и она вдруг запела вот этакое:

Проснулась я, а может нет,

Мне это как-то все равно.

Я сохраню от всех секрет

И скроюсь вдаль немедленно.

Я умру, но не сейчас,

Я умру, но не сейчас…

…

Но я пойду своим путем,

Хочу весь мир узнать.

И я умру, но не сейчас,

Мне рано умирать…

Вниз по спине прокатилась волна озноба, как будто дунул ледяной ветер…

За все грехи свои плачу

Работой и игрой.

И я путем другим пойду,

Сейчас умрет другой.

Я умру, но не сейчас,

Я умру, но не сейчас…

[Madonna, «Die Another Day», вольный перевод — автора]

Как пишут в книгах, «все оставшиеся волосы встали дыбом», почти как тогда, у заминированных холмов. Ни фига себе, с песней по жизни… Я в данный момент как-то не очень расположен к философским размышлениям на тему отложенной смерти. Сейчас вот собираюсь поехать с красивой женщиной в ресторан, чтобы отметить встречу, а тут такие пророчества. Плюнуть и никуда не ехать? На основании чего? Случайно выбранной какой-то микросхемой в плеере песни? Как говорят мудрые люди, «Пытаясь избежать своей судьбы, мы иногда её невольно приближаем». Нет, наверное, это не повод, чтобы портить хорошему человеку настроение. Ладно, пока выключу эту музыку от греха подальше, что ли…

Услышав приближающиеся шаги позади машины, я повернулся и обомлел. Помните фильм с Джулией Робертс, эпизод со встречей в баре? Ну, вот примерно так и выглядела хозяйка гостиницы. Темное платье непонятного мне стиля, но выглядевшее сногсшибательно, накидка на плечах, уложенные в прическу волосы, небольшая сумочка в руках… Я вывалился из салона, и на подгибающихся от восторга ногах пошел открывать перед ней дверцу машины. Она заметила произведенный эффект, довольное выражение ее лица, казалось, говорило: «А ты что думал!», критически оглядела меня с ног до головы, потом взмахнула рукой, словно соглашаясь с тем, что из меня все равно ничего путного не получится, как ни одевай, и села в машину. Вернувшись за руль, я включил музыку снова (ну давай, не подведи меня, спой что-нибудь подходящее!). К счастью, коварные микросхемы в плеере будто уловили мое желание, раздались первые такты песни «Красотка», и под завывания Роя Орбисона мы выехали со стоянки на улицу.

[Roy Orbison, «Oh, Pretty Woman»]

К ресторану мы подъехали под тягучие звуки саундтрека из фильма «A View To A Kill». Мне из-за такой навязчивости музыки из фильмов об агенте «007» было слегка не по себе. Я не суперагент, и штучек от «Кью» в заначках нет, даже пистолет мне здесь нельзя носить. Хотя, если подумать, Бригитта вполне подходит на роль подружки Джеймса Бонда. Даже если она и узнала эту мелодию, то не подала вида. Ладно, мы сюда приехали не кино смотреть, давайте веселиться!

Небольшой рекламный плакат, висевший на стене шикарно оформленного здания ресторана с труднопроизносимым названием (явно чья-то фамилия), обещал: «Все виды староземельных кухонь, обеды и ужины, деловые встречи — работаем по предварительному заказу!» Ну ничего себе, наверное, Бригитта сюда уже не раз заходила, если знает все эти тонкости с предзаказами. Будем надеяться, что запаса наличности у меня в кармане хватит, чтобы оплатить ужин. Гусары ведь с женщин денег не берут, как вы знаете. Хотя, смотря что она там назаказывала…

Внутри ресторана все было не то, чтобы очень роскошно, но очень уютно, что ли. Возле входа мое внимание привлекла небольшая табличка с четкой надписью «Мы обеспечиваем полную конфиденциальность». Интересно, у них тут что — «глушилки» для сотовых телефонов и жучков стоят, или что-то другое имеется в виду? Метрдотель поздоровался с Бригиттой (точно-точно, она сюда периодически захаживала раньше…) и проводил нас к нужному кабинетику, отгороженному от соседних весьма толстыми стенками. При желании можно было отгородиться от зрителей, задвинув толстые шторы. По другую сторону довольно протяженного прохода тоже были такие же кабинки, и сейчас за столом в паре метров напротив нас сидело двое мужчин — видимо, у них как раз была «деловая встреча». Судя по тому, что от тарелок перед ними еще поднимался пар — за стол они сели недавно, ну или у них только что произошла «перемена блюд». Остальные посадочные места в ресторане также не пустовали, значит, это действительно популярное в местных деловых кругах заведение.

Метрдотель спросил:

— Мадам Смит, вы желаете все, как было обговорено в вашем предварительном заказе?

— Да, и пусть принесут меню, вдруг мы еще чего-нибудь захотим.

Он важно кивнул и удалился к своему месту возле входа. Через несколько мгновений к нам подлетел официант, подал меню и начал расставлять столовые приборы. От нечего делать я стал разглядывать соседей напротив, не напрямую, конечно, а «вполглаза», боковым зрением.

Один из них был явно европейской внешности, чисто выбрит, одет в хороший костюм (я не специалист, но судя по тому, как все было тщательно подогнано и подобрано по стилю — шилось индивидуально, а не покупалось в готовом виде). Второй — с усами и небольшой бородкой, одет в дорогой костюм, но чуть попроще, чем у собеседника. В его внешности было что-то неуловимо восточное, хотя, если не приглядываться, сразу и не определишь. Лицо его показалось мне смутно знакомым, и выглядело не совсем обычно, я долго раздумывал, почему. А, понял! Загар на лице не соответствовал загару на шее, оно было заметно светлее и загорело неравномерно. Я решил спросить у Бригитты, все равно пока есть было нечего:

— Бригитта, тебе в джентльмене с бородкой-эспаньолкой, который сидит в кабинете напротив, ничего странным не кажется? Только сразу не смотри.

Она усмехнулась, и через несколько мгновений начала обводить скучающим взглядом нашу кабинку, потолок, коридорчик, а затем ее взгляд скользнул по объекту внимания.

— Все очень просто — раньше у него была полноразмерная борода, а теперь он ее сбрил.

— Точно?

— Да, сам посмотри: когда он закончит есть, то скорее всего попробует очистить бороду от крошек.

Так-так… «Зачем Володька сбрил усы?..» Был в длительной поездке, затем вернулся в цивилизацию и подстригся-побрился? Тоже вариант… И почему его лицо кажется мне очень знакомым?..

Тем временем соседи, наконец, отвлеклись от еды, решив сделать перерыв, и закурили. К счастью, вентиляция здесь была очень хорошая, и дым сразу куда-то высасывало, так что у себя за столиком мы его не ощущали. Периодически они поглядывали на Бригитту, я практически не удостоился их внимания благодаря невзрачной одежде. Хорошо, что здесь нет оркестра и танцев, только ненавязчивая музыка, полностью заглушающая голоса из других кабинок.

Нам принесли заказ, официант зажег свечи в подсвечнике, стоявшем на столе, и пригасил свет. Теперь мы сидели в полутьме, а кабинет напротив был освещен более ярко. Я постарался отвлечься от загадки чужой бороды и сосредоточился на торжественном ужине. Что именно там разложено на тарелках — не знаю, никогда не разбирался в этих «женеманжпасисжурах», но все было очень вкусно!

Краем глаза мне все-таки удалось заметить жест, которым «восточный человек» оглаживал бороду. Он проводил указательным и большим пальцами от носа к уголкам рта, потом дальше к подбородку, причем борода уже заканчивалась, а движение все продолжалось. Да, борода у него раньше была явно длиннее, чем сейчас. Бородач продолжал неспешную беседу со своим визави, их диалога мы не слышали. Оп-па! Странный жест: он провел указательным и большим пальцем по щекам, а потом вроде как машинально хотел пропустить бороду через кулак. Где я видел такой жест раньше? Вообще-то… Бригитта, периодически бросавшая короткие взгляды в его сторону, подтвердила мою догадку:

— Странно, у него бородка-эспаньолка, а поглаживает он ее по-мусульмански…

— Ладно, его борода — это его проблемы, давай лучше вернемся к нашему ужину, — я пробую вернуть мысли в нужную сторону.

— Давай! — соглашается Бригитта.

Некоторое время мы отдаем должное искусству поваров данного заведения. Мне с трудом удается работать вилкой как можно медленнее — организм давно напомнил, что с утра ничего не ел, хорошо хоть, что живот не завывает от голода.