Через две недели после Дня благодарения мне, наконец, позвонили. Меня приняли! Секретарь сказал, что Саймону Роджеру, одному из основных партнеров компании, нужна молодая и активная помощница, готовая облегчить ему жизнь. Я начинала в понедельник в семь утра, и, хотя это была стажировка, мне были готовы платить немного больше, чем я получала на прежней работе, так что все было прекрасно.

Когда я пришла в офис в первый день, симпатичная женщина со светлыми волосами и большими карими глазами направила меня туда, где уже ждал мистер Роджер. Я постучала в дверь и подождала несколько секунд, пока меня не пригласили войти. Когда я вошла, увидела мужчину намного моложе, чем ожидала, его рост и безупречная манера поведения на мгновение выбили меня из колеи. У него были зеленые глаза и светлые волосы, почти на тон светлее моих. Его темно-синий костюм и серый галстук идеально ему подходили, и я поняла, что слишком долго смотрю на него, потому что на его лице расцвела улыбка.

– Ноа Морган, верно? – спросил он, поднимаясь, одной рукой застегивая костюм, а другую протягивая мне.

Я пожала ее с меньшей силой, чем было необходимо.

– Да, верно, – сказала я, чувствуя себя немного глупо.

Роджер вышел из-за стола, обошел его и снова сел. Жестом попросил меня сделать то же самое, и я поспешно села на одно из кожаных кресел напротив него. Его кабинет был довольно прост: деревянный стол, два стула перед ним, компьютер Mac размером с дом и несколько полок с папками.

– Когда Линкольн сказал, что сестра Николаса ищет работу, я был весьма удивлен, но, увидев вашу академическую успеваемость и рекомендации, рад, что вы предпочли работать на меня, а не на Лейстера.

Я не хотела снова слышать имя Николаса, но, учитывая, что они знали друг друга, я не была удивлена, что была затронута тема семьи.

– Да… Наверное, работать на отчима было бы не очень хорошей идеей, – ответила я дружелюбным тоном.

Роджер оторвался от папки, которую читал, и улыбнулся.

– Я не имел в виду Уильяма, я имел в виду Николаса, но, наверное, вы правы, – признал он, ставя папку на стол и весело глядя на меня. – Работа проста: в основном нужно будет выполнять мои поручения, присутствовать на собраниях, делать заметки и помогать мне во всем, о чем я попрошу…

Я кивнула, понимая, что буду кем-то вроде его секретаря.

– Ваш брат мог найти что-нибудь лучше, если бы вы предпочли…

– Нет, нет, последнее, чего я хочу, это обратиться к Николасу. Кроме того, мне пришлось бы переехать в Нью-Йорк, не так ли? – сказала я, весело улыбаясь. Я получила работу и уже очень хотела начать!

Роджер посмотрел на меня, нахмурившись.

– Вы верно подметили, что Николас сейчас в Нью-Йорке, но эта компания настолько же его, насколько Линкольна и моя, хотя я понимаю, что вы хотите начать с самых низов, это многое о вас говорит…

Все внутри меня замерло, и мне стало холодно.

– Извините… Кажется, я не до конца поняла, – сказала я, чувствуя, как холодный пот бежит по спине. – Эта компания принадлежит Николасу?

Роджер посмотрел на меня, как на идиотку, и указал на эмблему над его головой, выгравированную на прозрачном стекле. Клянусь, у меня едва не случился сердечный приступ: этого не может быть.

Лейстер, Роджер и Баксуэлл ИНК

«ЛРБ»

Дерьмо!

Эта компания принадлежит Николасу?!

– Мы начали этот проект вместе, хотя Николас является мажоритарным акционером… Я думал, что вы в курсе, – признался он, удивленный моей реакцией и полным невежеством.

Как я могла быть такой идиоткой? Как я могла устроиться на работу, ничего о ней не разузнав?

– На самом деле, у нас с братом не очень хорошие отношения… – начала объяснять я. – Я позвонила, потому что несколько месяцев назад Линкольн Баксуэлл предложил мне эту работу, но я понятия не имела, что эта компания принадлежит Николасу… Я… – я посмотрела на него и почувствовала, как смущение заставляет мои щеки покраснеть. – Простите, я не должна была тратить ваше время, я ухожу.

Роджер вскочил почти одновременно со мной и схватил меня за руку, прежде чем я выбежала за дверь.

– Подожди, Ноа, – сказал он, очень ласково произнося мое имя. – Могу я перейти на «ты»? – спросил он и отпустил мою руку, видя, что я становилась.

– Да, конечно, так даже гораздо лучше, – ответила я, желая придать всему этому менее пафосный оттенок.

Саймон улыбнулся, приподняв уголки губ.

– Николасу не обязательно знать, что ты здесь работаешь, если тебя это беспокоит, – спокойно начал он. – Он осел в Нью-Йорке и, насколько мне известно, не собирается покидать этот город.

Я глубоко вздохнула, в голове вертелась тысяча мыслей. Я прекрасно знала, что Николас не собирался возвращаться в Лос-Анджелес, тем более сейчас.

– Твоим боссом буду я, а не он, – добавил он, чтобы убедить меня.

Боже… так можно? Можно ли работать на Саймона Роджера, зная, что один из боссов – мой бывший парень, тот самый, которого я совершенно не хотела снова видеть? Если бы у меня было другое предложение работы, я бы не колебалась ни секунды… но у меня не было ничего лучше этого.

– Что скажешь? – настаивал он.

Я проглотила все свои страхи и предубеждения и, наконец, кивнула. Роджер улыбнулся, обнажив красивые белые зубы.

– Добро пожаловать в мою команду… Я очень хочу работать с тобой.

Выдавив улыбку, я попрощалась и вышла из его кабинета. «Черт, Николас… почему так трудно держаться от тебя подальше?»

Шли дни, и я поняла, что точно не встречусь с Ником, в основном потому, что он все еще был в Нью-Йорке и управлял делами «ЛРБ» оттуда, так что я смогла расслабиться и спокойно приступить к работе. Правда в том, что мне нравилась эта работа, она не оставляла свободного времени, чтобы думать и забивать голову тем, чем не нужно. Я работала по утрам, за исключением тех случаев, когда нужно было идти на занятия, а потом возвращалась в офис и помогала Саймону со всем, что было необходимо.

Недели пролетели незаметно, наступили выходные. Рождество я провела с мамой, Уиллом и Мэдди, так как Ник ясно дал понять, что не сможет быть с нами, ведь у него куча дел, хотя в глубине души я знала, что он оставляет эти праздники мне.

Последнюю ночь года я провела с Дженной и Лионом. Моя подруга старалась не говорить о Николасе, когда мы были вместе, но эта тема всплыла почти сама собой.

– Он не любит ее, Ноа, – заверила она меня за ужином. – Ему просто нужно идти дальше.

Последнюю фразу она проговорила, пристально глядя на меня. Дженна настаивала на том, что я еще молода и что мне нужно больше выходить в свет, встречаться с людьми, привлекать внимание… Когда мы начали обратный отсчет до Нового года, я подумала, что, может быть, она права, и пришло время начать встречаться с другими.

Однажды утром, когда у меня не было занятий и я работала в офисе, Саймон остановился у моего маленького кабинета, соединенного с его кабинетом очень темной деревянной дверью. Я подняла глаза от экрана компьютера и увидела, как он подходит и встает перед стулом. Он положил обе руки на спинку и посмотрел на меня с улыбкой.

– Ты хорошо работаешь, Ноа, – сказал он с блеском гордости в глазах. Я уже заметила, что он взял меня под свою защиту. Я была самой молодой в его команде, да и во всем коллективе, а он меня защищал и учил, как наставник. Я многому научилась за тот короткий месяц, что провела на работе, и была очень благодарна.

– Спасибо, Саймон, – ответила я, краснея. Сегодня на нем были серые брюки и безупречная белая рубашка, рукава которой были закатаны до локтей. Его светлые волосы были уложены, а зеленые глаза смотрели на меня со сдержанным весельем.

– Я пришел пригласить тебя выпить, – я немного нахмурилась, но он продолжал говорить. – Ну же, мы хотим отпраздновать продление контракта с Coca-Cola на новую весеннюю кампанию. Да ладно, не смотри на меня так. Ты ведь девушка, помнишь?

Я весело улыбнулась и почувствовала легкое волнение внутри. Прошло много времени с тех пор, как я куда-то ходила, чтобы повеселиться, и, если все коллеги пойдут, я буду единственной, кто скажет нет, верно?

Я приняла предложение и любезность, которую он проявил ко мне, помогая надеть пальто. На улице было холодно, поэтому, как только я вышла на улицу, повязала бледно-голубой шарф на шею. Когда мы уходили, были только он и я.

– А остальные? – осторожно спросила я.

– Они, наверное, уже в баре, не все работают так усердно, как ты.

Я проигнорировала этот издевательский комплимент и последовала за ним. Мы повернули за угол высокого здания компании и пошли по улице в окружении толпы людей, машин… обычный час пик. Мы разговаривали, пока шли, и я была удивлена, увидев, как легко было общаться с ним вне работы и как легко я чувствовала себя рядом с ним. Я смеялась над одной из его шуток, как вдруг он резко остановился.

– Могу я быть с тобой откровенен? – сказал он, глядя мне в глаза.

Меня смутила перемена тона… но я кивнула, настороженно глядя на него.

– Честность всегда лучше лжи.

Он снова улыбнулся и заправил прядь моих волос за ухо. Этот жест заставил меня вновь пережить забытое чувство, почувствовать легкое порхание бабочек в животе.

– Ты мне нравишься, Ноа… Очень нравишься, и я хотел бы пригласить тебя на ужин, – признался он и сделал это без застенчивости, очень уверенно, как человек, добившийся многого за очень короткое время и который может быть великолепным, веселым и хорошим боссом.

– Ты хочешь пригласить меня на ужин сейчас… или выпивка с коллегами все еще в силе? – я нервничала и была уверена, что он это понял.

– Честно говоря, я это придумал… Хотел пригласить тебя, но боялся, что ты откажешься, поэтому немного соврал.

– Понятно… – сказала я, не зная, приятно ли мне, что он солгал.

– Давай же, я просто хочу познакомиться с тобой поближе… Мы поговорим, поужинаем в хорошем месте, закажем лучшее вино из меню, а потом разойдемся по домам.

Звучит заманчиво, но… это свидание?

Ресторан, в который он меня привел, был шикарным, но не чересчур, по крайней мере, не настолько, чтобы вызвать у меня дискомфорт. На стенах висели разноцветные виниловые пластинки – альбомы 1980-х годов, на всех столах были очень милые маленькие красно-белые клетчатые салфетки со свечой в центре, что помогало создать уютную домашнюю атмосферу.

Это был итальянский ресторан, так что, по крайней мере, я была уверена, что мне понравится еда. Я заказала равиоли с сырным соусом, а он – овощную лазанью. На самом деле, мне понравился ужин, мы болтали ни о чем, задавали вопросы, чтобы лучше узнать друг друга. У меня давно не было свиданий… До того, как я встретила Николаса, я была только с Дэном, но тогда мне было совсем не до того, чтобы тусоваться с парнями или ходить на свидания.

Он рассказал, что он старший сын, единственный мальчик среди четырех сестер, что сводит его с ума. Он из очень богатой семьи, его отец – архитектор, а мать – врач. А сам он помешан на маркетинге и телекоммуникациях.

Ужин пролетел незаметно, и мы пошли обратно к рабочей стоянке. Моя красная «Ауди» была рядом с его машиной, совпадение?

– Ладно, Ноа, – начал он, когда стало очевидно, что дальше идти некуда. – Мне очень понравилось ужинать с тобой, и я хотел бы повторить это как можно скорее.

Я рассмеялась. Все прошло так хорошо, что я не могла в это поверить. Никакой драмы, никакого плача, никаких пародий, просто парень и девушка сидят вместе и разговаривают о жизни. Да, мне понравилось наше свидание, но я напряглась, когда он шагнул вперед и наклонился, намереваясь поцеловать меня.

Я инстинктивно отвернулась, и его губы мягко коснулись моей щеки.

– Оу, – воскликнул он одновременно с удивлением и разочарованием.

Я посмотрела на него, на то, каким он был красивым, милым, мужественным, но совсем не похожим на Ника.

– Извини… Мне понравился ужин, но я бы предпочла, чтобы наши отношения развивались немного медленнее, – извинилась я, чувствуя себя глупым ребенком, который даже не может поцеловать парня в губы. Парня, который только что потратил больше ста долларов на ужин.

Саймон погладил меня по щеке кончиками пальцев. Мне нравились его прикосновения.

– Хорошо… с тобой непросто, но мне так больше нравится.

Не говоря ни слова, он повернулся к своей машине и уехал.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы осознать происходящее, и, когда мне удалось, мои глаза наполнились слезами.