Ливи

Настоящее

Паркера не было уже пять часов.

Я знала, что пять часов — это ничто.

Но я ничего от него не слышала. Ни звонка, ни смс, и я бы солгала, если бы сказала, что у меня не сжимается грудь от паники.

Я отправила ему сообщение, чтобы сообщить, что я здесь, если ему что-нибудь понадобится, но он не ответил.

Я жалко смотрела на экран, чтобы увидеть эти три маленькие точки, которые означали, что он печатает, но они так и не появились.

На мне не было ничего, кроме одной из его футболок. Моя одежда была в стиральной машине. Даже если бы я хотела уйти. Я не могла.

Но я бы не стала.

Раньше я убегала от него, но больше не позволю своему страху победить.

Но я не мог остановить свое воображение. Что он делает? Он утешал ее? Думал ла он, что совершил ошибку, выбрав меня вместо нее?

Был ли он?

Я села на его кушетку с чашкой горячего шоколада в руке и уставилась на заднее крыльцо, где я вчера развалилась от его прикосновений.

Когда все было идеально.

Я завернулась в одеяло и стала смотреть фильм. Когда два часа спустя я так и не получила вестей от Паркера, я забеспокоилась еще больше.

Я нажала его имя дрожащим пальцем и поднесла телефон к уху. Когда я услышала его голос на другом конце провода, я наконец вздохнула.

«Ливи».

— Паркер, все в порядке? Я поджала колени к груди.

Он глубоко вздохнул, и я услышала это по телефону. «Она довольно сильно избита. У нее сотрясение мозга, и ей пришлось наложить шесть швов на лоб».

Я слышал, как он беспокоился по телефону.

"Что случилось?"

— Она была пьяна за рулем, — мягко сказал он.

"Ух ты."

«Она была… Она пила из-за меня. Прямо сейчас у нас был бы медовый месяц, Ливи.

— Не делай этого, Паркер.

"Что делать?" Он звучал разочарованно.

«Не вините себя в том, что это случилось с ней». Его вина была настолько ощутима, что даже я мог ее почувствовать, но она была неуместна. «Она сделала выбор сесть за руль своей машины. Не вы."

"Мне надо идти. Ее родители только что приехали.

"Хорошо." Я кивнул головой, хотя он этого не видел. — Я не уйду, Паркер.

Он молчал, и это молчание пугало меня гораздо больше, чем его слова.

"Я тебя люблю."

— Я тоже люблю тебя, Ливи.