Я неуверенно потрясла Ардэнта за плечо. Он никак не отреагировал. Я начала паниковать. Кто в этом мире лекарь? Он или я? Я только что родила! Мне стресс нельзя, молоко пропадет еще! А Ардэнт вздумал меня так пугать!

— Очнись, крылатая зараза! Ты нужен мне и ребенку! Куда я без тебя? Как в книжках на Земле, в город пойду, работу искать? Ну уж нет! Притащил сюда и отдувайся, властный герой, мне за тебя еще замуж выходить! — со слезами прошептала я, понимая, что несу бред.

Ну да, конечно, встал и ожил, чтобы повести к алтарю симпатичную блондиночку-попаданку в моем лице! Прямо в порванном платье. Как же! Ардэнт не реагировал. Я снова тряхнула мужчину. С новой силой приложила его затылком о пол, между прочим! Но мозги на место не встали, в себя Ардэнт не пришел. Сильное тело не шевелилось, длинные черные волосы разметались вокруг благородного и мужественного лица.

— А ты поцелуй его! Как в сказке, по-взрослому! Авось он и проснется твой спящий красавец! — со стороны двери раздался хриплый голос девушки-курильщицы со стажем.

Я вздрогнула и обернулась, увидев совсем рядом, возле прутьев клетки огромную белую волчицу. Вернее, она и находилась в клетке, в соседней камере. Как я ее не заметила до этого?! Какая огромная эта башня все-таки, раз рядом могло находиться несколько камер.

— Кто ты и что здесь делаешь?! — возопила я, вскакивая на ноги и хватая сына на руки, прижимая к груди.

Хотя нас с волчицей разделяла решетка, я чувствовала себя неуютно в таком соседстве.

— Оборотень из Темнолесья. Мелисса, — если бы у волчицы были плечи, она пожала бы ими, а так ограничилась тем, что зевнула, продемонстрировав очаровательные острые клыки, которыми могла порвать меня в два счета. — А что делаю… Не видно разве? В тюрьме сижу. Благодаря этому горячему мужчине, который валяется сейчас в отключке на полу рядом с тобой. Не бойся. Он не умер. Еще не умер. Погрузился в магический сон, который может продолжаться некоторое время. Если его не вытянуть оттуда с помощью магии, то твой обожаемый Ардэнт и вправду загнется. Не скажу, что я сильно расстроюсь по этому поводу.

Я моргнула и перевела непонимающий взгляд на Ардэнта, который так и не подавал признаков жизни. А белая волчица вдруг встряхнулась, ее шерсть встала дыбом. Не успела я испугаться, как вместо оборотня увидела перед собой высокую, уверенную в себе блондинку, обтянутую черной кожей покруче, чем у байкеров на Земле. Мне неприятно вспомнились куртки охранников, которые притащили меня в подвал. По приказу Марата — моего бывшего-бандита, от которого я попыталась сбежать девять месяцев назад. Еще не зная, что ношу под сердцем ребенка.

— Он же лекарь, — тупо проговорила я, продолжая пялиться на Мелиссу. — И Ардэнт сказал, что тюрьма заброшена.

Вместо ответа блондинка откинула голову, рассыпав длинные платиновые волосы по плечам, и рассмеялась.

— Тюрьма вполне себе работает, просто в ней содержатся… особые экземпляры преступного мира. Я одна из них. Оборотень, белая волчица. Стены обычной магической тюрьмы меня не удержат… А Ардэнт — лекарь?! — отсмеявшись, посмотрела на меня Мелисса. — Да он король огненных драконов! Посмотри на его перстни — знаки отличия среди драконов! Взгляни на пояснице, у него магическая черная вязь — символ королевской семьи, если не веришь мне!

— Еще я с него штаны не снимала! — вспыхнула я и осторожно уложила сына на деревянную лавку. — Помоги мне! Быстро! Мне нужно оживить Ардэнта, срочно!

— Зачем он тебе, попаданка? — Мелисса вдруг прильнула к прутьям решетки, разделяющей наши камеры.

Ее глаза плотоядно сверкнули. Хотя клыков у нее уже не было, но мое воображение услужливо их дорисовало.

— Он убьет тебя, когда узнает правду! — сказала Мелисса. — Когда узнает, кто ты на самом деле… Убьет, узнав, какого цвета твои глаза! Настоящего цвета, не такого, как сейчас…

— Что?! При чем тут мои глаза?! — я попятилась от прутьев, вздрогнув от страха.

Мелисса сейчас напомнила мне одну из гадалок, которую я встретила на Земле. Мы тогда недавно познакомились с Маратом, и он пригласил меня на свидание в крутой ресторан. А я закапризничала и попросилась на ярмарку. Марат согласился, но остался сидеть в машине, а я пошла бродить мимо ярких шатров… Помню, как она схватила меня за руку, оттащила в сторону и начала вещать что-то про мои аметистовые глаза, которые приносят беду. И что мой суженый захочет убить меня, когда узнает, кто я на самом деле.

Меня мучил сейчас один вопрос: откуда Мелисса узнала про слова гадалки? Я с испугом покосилась на Ардэнта. И поежилась, вспомнив, как Марат, увидев, что меня долго нет, отправился на поиски. Тогда он силой оторвал гадалку от меня. А потом утащил в свой навороченный внедорожник и впервые замахнулся пощечиной, говоря, что я сама виновата, полезла, куда не просят. Помню, как после этой пощечины поверила гадалке и рассталась с Маратом на следующий же вечер, считая его своим суженым. В надежде избежать нагаданной смерти. Тогда я еще не знала, что уже ношу ребенка от Марата под сердцем.

Я перевела взгляд на умолкшую Мелиссу. А вдруг гадалка ошиблась? И мой суженый — это совсем не Марат? Тогда Мелисса права, и я в беде! Неужели и в этом мире история повторится? Мама говорила, что я всегда выбираю не тех мужчин. Но Ардэнт казался мне таким милым! Добрым, заботливым, а еще он спас жизнь мне и моему сыночку… Нет! Плевать на риск, я должна его спасти!

— Мелисса, помоги мне оживить Ардэнта. Проси все, что хочешь, за спасение его жизни, — спокойно проговорила я.

Вот только спокойствие мое было притворным. А я сама слегка заикалась от страха. Мелисса медленно улыбнулась, подходя еще ближе к решетке. И просунула тонкую изящную ладонь между прутьями.

— Тогда отдай мне ключ от всех дверей этой тюрьмы, они в кармане у Ардэнта. Я хочу выйти на свободу… Клянусь, что мы оживим Ардэнта, если ты это сделаешь!

Мне очень не понравилось это условие волчицы. Но деваться было некуда. Я обшарила карманы Ардэнта, брезгливо морщась от поступка самой себя. И наткнулась на резной ключ из стали, переливающийся всеми цветами радуги.

— Это он! — просияла Мелисса, увидев характерный блеск. — Ключ магический, он подходит ко всем замкам в этой тюрьме! Отдай его мне.

Я осторожно положила ключ в подрагивающие от нетерпения пальцы Мелиссы. Миг — и она оказалась на свободе. И зашла в мою тюремную камеру. Тоже присела на корточки, приложила пальцы к шее Ардэнта, нахмурилась:

— Время на исходе, а магический сон очень глубок. Интересно, что его так вырубило?

— Понятия не имею, — нагло солгала я, не желая сообщать этой опасной преступнице про особенные магические способности моего новорожденного сына.

Мелисса недоверчиво покосилась на меня, но не стала настаивать. Лишь сорвала с шеи тонкий кожаный шнурок с каким-то крохотным мерцающим камушком. И протянула его мне.

— Надень.

— Я надевать должна? Почему не Ардэнт? — я уставилась на камешек.

Он постоянно трансформировал оттенок, но цвет его оставался неизменным. Сиреневым. Черт. Это что, моя карма — этот цвет по жизни?!

— Делай, что тебе сказано! — рыкнула на меня Мелисса, и я послушалась.

— Что теперь?

— А теперь целуй его. По-взрослому, как я тебе уже советовала, — нехорошо усмехнулась Мелисса, и по глазам ее я увидела: чертова волчица не шутит!

— Да ты издеваешься?! — задохнулась я от гнева. — Что за ожившие сказки?!

— А иначе артефакт не сработает, — Мелисса пожала плечами и направилась к выходу из моей… нашей с Ардэнтом камеры.

Я задергалась и закричала:

— Нет, постой! Я сделаю это!

Мелисса ничего не ответила. Лишь остановилась в дверях камеры и скрестила руки на груди, всем своим гордым и надменным видом демонстрируя нетерпение. И то, что она меня ждет. Вот нахалка! Но я уже не думала об этом в следующий момент. Когда опустилась на колени перед Ардэнтом, для верности сжав в кулачке артефакт, который на меня повесила Мелисса. И мысленно взмолилась: «Пусть он очнется! Я не хочу, чтобы Ардэнт умирал! Он… мне очень нравится!»

Довольно эгоистичная у меня вышла молитва. Но зато искренняя! И я склонилась над Ардэнтом, накрывая своими губами его. Целуя сначала застенчиво и неловко, ощущая затылком пристальный взгляд Мелиссы. А потом, забыв о том, что в камере есть еще кто-то, усилила напор, делая поцелуй более горячим и жадным, чем до этого. Втайне мечтая, чтобы Ардэнт ответил мне.

* * *

Мелисса тихо вышла из камеры, направляясь по лестнице вглубь тюремной башни. Ее шаги были совсем неслышны, и она шла совсем не к выходу из тюрьмы. Но явно знала, куда идти. Направляясь к одной из тюремных камер, которые были окружены дополнительной магической защитой: тонкой, почти невидимой серебристой паутиной. Магия сверкала на этой «паутине», как роса — на настоящей паутине поутру.

Мелисса прикоснулась к ней ладонью и поморщилась. Тонкая серебристая ниточка обожгла довольно ощутимо. Тогда Мелисса снова встряхнула волосами, перевоплощаясь обратно в волчицу. Миг — и когтистая лапа с легкостью разорвала сеть-паутину там, где отступили перед болью человеческие пальцы. Последним, что сорвалось с губ Мелиссы перед превращением, было:

— Я вызволю Вас, черный дракон, повелитель нечисти Темного королевства. Я спасу тебя, Айрон! Обещаю.

* * *

В это время я никак не могла оторваться от Ардэнта, продолжая наш поцелуй. Мои пальцы все сильнее сжимали камушек. И в какой-то момент я ощутила, что он крошится. Превращаясь в пыль тем быстрее, чем жарче становился поцелуй.

И тут произошло чудо. Ардэнт пошевелился. Его руки приподнялись, обвивая мою шею. А губы его смяли мои в жадном ответном порыве, который очень удивил меня. Ведь Ардэнт даже не открыл глаза! Его язык сплетался с моим, проникая между губ, как захватчик. И я ощутила не просто бабочек в животе! А целый рой этих порхающих созданий внутри, когда наш поцелуй стал реальностью.

— Алекса? — выдохнул вопросительно прямо мне в губы Ардэнт, так и не открывая глаз.

Я замерла неподвижно, пытаясь осознать, что только что произошло. Рой бабочек во мне умер, так и не вылетев наружу красивыми словами, предназначенными Ардэнту. А с губ сорвалось лишь позорное:

— Кто такая Алекса? Твоя бывшая?