Я чувствовала нутром, что в её истории будет нечто важное. Она вновь нерешительно посмотрела на императора, тот лишь пожал плечами и, подойдя ко мне, схватил меня на руки. Я даже возмутиться не успела, а уже оказалась сидящей у него на коленях.

— Совсем, что ли?! — чуть слышно возмутилась, кинув на него злой взгляд.

— Соскучился, — выдыхает мне в волосы, сильнее сжимая в объятиях.

Невольно завозилась, пытаясь ослабить его хватку, и тут же замерла, осознав, что причиной стало подобного поступка. Я его не осуждаю: мужик возбудился — мужик нашёл выход из щекотливой ситуации.

— Должен будешь, — смотрю на него многозначительно, мол, я тебя сейчас прикрываю, но не по доброте душевной. Пока он соображал, что мне ответить, я перевела взгляд на девушку: — Рассказывай всё сначала. Как познакомились? Как тебе удалось побороть притяжение парной метки? Мне каждая деталь важна.

Император воздухом поперхнулся, но быстро взял себя в руки.

— Он не знает, что я его пара, поэтому проблемы с парной меткой у меня нет.

— Подожди… Если он не знает, то ты можешь под шумок выйти замуж за другого и послать этого хама. — В комнате воцарилась гнетущая тишина. — Бог мой! Неужели драконы имеют право отбирать чужих жён, если женщина — их пара?!

— Мы иначе поступить не можем — только от пары рождаются драконы. — По тону императора было понятно, что он и сам не рад такому положению дел, но изменить ничего нельзя.

На меня снизошло озарение. Драконы — заложники обстоятельств! Кто знает, может, они к парам вообще ничего и не чувствуют и идут на поводу сбесившихся гормонов! Тогда понятно их стремление найти женщину, к которой стремится душа.

— Вот же гадство! — в сердцах ругнулась я.

— Я хочу быть с тобой не только из-за потомства, — чуть слышно произнёс император, сжимая мою талию.

Я посмотрела в его глаза, и сердце пропустило удар. Непривычное для меня чувство. Не думаю, что тут дело в гормонах. Кажется, он мне начинает реально нравиться, и не из-за его положения или внешности. Просто чем больше с ним общаюсь, тем сильнее убеждаюсь в его уме и прекрасном чувстве юмора. А ещё чуйка подсказывает, что он не сволочь.

— Кх… Может, мы пойдём? — вернул нас в реальность смущённый голос Анфисы.

— Извините. — Я отвернулась от императора и перевела взгляд на девушку. — Дарина, как я поняла, ты прячешься, потому что не хочешь становиться парой Абелота?

— Не совсем так. — Она тяжко вздохнула и сбивчиво продолжила: — Вернее, раньше хотела, а теперь не хочу. Я готова была рискнуть жизнью, лишь бы привести с ним хоть миг. Он так красиво за мной ухаживал! А потом я увидела его в объятиях Сисиль и услышала, как он смеялся надо мной… Бездна, он мне просто сердце вырвал! А я, дура, хотела ему признаться… На что надеялась? Что пощадит?

Я тряхнула головой, пытаясь разложить по полочкам сумбурный рассказ девушки, но получалось только хуже, посему я вновь обратилась к императору:

— Переведи.

— Дарину я нашёл в лесу, когда ей было семь лет. В этом возрасте у ребёнка проявляется дракон. — Когда понял, что это девочка, испытал шок: у нас уже очень давно нет драконов женского пола. Прознай о ней другие — убили бы, не раздумывая, так что пришлось скрыть от всех правду.

— Как же так? Она же такая же, как вы! Зачем убивать? Тем более невинное дитя?

— Раньше только пара могла стать драконом, и тогда ребёнок мог родиться женского пола. Другого варианта нет.

— Не поняла, так у вас тоже все драконы с парами. Почему тогда девочка-дракон — это редкость?

— На это есть причины, я потом тебе расскажу. Просто поверь: в нынешних реалиях девочка-дракон — аномалия, и от неё попытаются избавиться. Так вот, кто её родители, мы так и не выяснили. Поэтому до совершеннолетия она жила с приёмными, а потом я пригласил её погостить во дворце, и тут они и познакомились с моим другом Абелотом.

— Подожди… Он же твой враг!.. Или меня дезинформировали? — кинула сердитый взгляд на Анфису.

— Это мы сейчас с ним не ладим, а раньше были друзьями. Дарина почувствовала притяжение пары и прибежала ко мне. Пришлось вмешаться, чтобы скрыть от Абелота правду. На тот момент он был сильно увлечён любовницей, а за Дариной ухлёстывал, чтобы наказать свою зазнобу, мол, будешь и дальше хвостом крутить — найду замену. Возможно, всё было бы иначе, если бы он знал, что Дарина — дракон. Но я не мог рисковать ею.

— Нет, — твёрдо возразила девушка, — он должен был сердцем почувствовать меня, но этого не случилось.

— Верно, он не почувствовал, в отличие от его зазнобы. Сисиль из видящих была. Эта дрянь решила по-тихому извести соперницу и оклеветала её. Абелот поверил ей и потребовал казнить Дарину за то, что она якобы пыталась отравить его любовь. — Император с сочувствием посмотрел на девушку.

— И? — потребовала я продолжения.

— Я казнил, но не Дарину, а Сисиль. Все решили, что это в назидание другим за клевету. Но правда была в том, что она нарушила закон, когда решила убить пару дракона. После этого мы с Абелотом и стали врагами, и мне пришлось придумать другой способ уберечь Дарину.

— А ничего, что этот хам во дворце постоянно ошивается?

— У Дарины хорошая защита, ему через неё не пробиться.

Так и хотелось сказать, что на каждую защиту есть тот, кто её взломает, даже не вспотев, но не стала пугать девушку — она и так живёт словно на пороховой бочке. А ей лет, навскидку, восемнадцать. Выходит, всё это происходило не так давно.

Ничего себе порядки! Вокруг несовершеннолетних девочек мужики увиваются! Нужно это исправить! Девушкам надо ума набраться, прежде чем замуж выскакивать!