Мы летели над городом без какого-либо плана. Медленно, будто на обзорной экскурсии, потому что мама теперь боялась нас уронить. Агата, бултыхая ногами, придерживала корону. Я думал, как быть, а сестра обняла дракона за шею и тяжело вздохнула.

– Устала? – спросил я. Рыцари не жалуются, рыцари заботятся.

– Это был подарок, – ответила «дама моего сердца».

И как это часто бывает в разговорах с женщинами, я не понял, о чём говорила Агата. Но промолчал.

– Сеня! – возмутилась и вдруг ущипнула меня за ногу «дама сердца». – Это был подарок. Понимаешь?

Я всё равно не понимал, но продолжал молчать: было свежо, и я пытался разобраться, куда мы летим. Открывать рот лишний раз мне не хотелось.

– Что ты за рыцарь такой, когда тут не-спа-вед-ли-вость! – зло выкрикнула Агата без буквы «эр» (то ли она её потеряла, то ли её ветер унёс).

– Какой подарок? – наконец отозвался я.

– Клатч этот! Бабушка подарила его маме. Когда та школу окончила. И забыла… Сама подарила, а потом захотела забрать.

Я задумался. Но Агату это не устраивало.

Она снова ущипнула меня и продолжила:

– Так нельзя! Нельзя дарить подарки, а потом их забирать. Понимаешь?

Я понимал и согласно закивал:

– А откуда ты знаешь про клатч?

– Мне мама рассказывала… – уже не так настойчиво и уверенно ответила Агатка. – Когда я его канючила. Она сказала, что это подарок.

Пару минут после этого разговора мы летели молча. Каждый явно думал о своём, а я ещё думал: слышала ли мама наш разговор? И вообще, хороший ли у драконов слух?

И тут рядом с моим ухом кто-то зашмыгал носом.

– Та-а-ак не-э-эльзя-а-а! Не-э-эльзя-а-а! – ревела Агата. Она стала тереть лицо руками, размазывая сопли, а после прижалась к шее дракона и продолжила: – Бедная, бе-э-эдная ма-а-амочка! Бе-э-эдный кла-а-атч!

Мне казалось, этот день больше не сможет меня удивить: мама превратилась в дракона, в доме пожар, мы летали над городом, упали в зоопарке в вольер с козлами, катались с драконом на автобусе, забрались через балкон в бабушкину квартиру, бабушка, Агата и мама подрали́сь… Я мог бы ждать инопланетян на ужин или что в Москве вдруг в самом центре города появится море. Но нет: Агате стало кого-то жалко. До слёз.

Ну ничего себе!