Войско вели Ронсар и Тейдо. Они ехали бок о бок, неизменно глядя вперед. Говорить было не о чем. Каждый из них кутался в собственные мысли, как в плащи. И хотя ночь была теплой, воздух пропитался меланхолией и тщетностью, от которых бросало в дрожь. Этой ночью все под знаменем короля-дракона чувствовали себя прескверно. Враг еще даже не взялся за клинок, а Менсандор уже потерял своего короля.

Глава сорок первая

Старейшина Джоллен поглаживал бороду, глядя на тлеющие угли в очаге; рядом с ним сидела его жена Морвен. Напротив поместились Алинея, Брия и Эсме. Все трое смотрели на Джоллена, ожидая, что он скажет. Тени мелькали на стенах; в одном углу стрекотал сверчок. Наконец, старейшина глубоко вздохнул, поднял глаза и сказал:

– Да, все верно. Вам надо немедленно возвращаться. Сон, как и сказал Бьоркис, это предупреждение или знак того, что вы должны присутствовать при предсказанном событии. Вам надо спешить.

– Спасибо, старейшина Джоллен. Твои слова меня успокаивают. А возвращаться мы все равно решили, – ответила Брия.

– Я мог бы собрать Совет старейшнин, но уверен, они сказали бы то же самое. Понимаю, что вы так и не успели отдохнуть, а теперь опять надо идти. Но мы будем молиться, чтобы вам хватило сил на дорогу.

– А вот мне не нравится даже мысль об отъезде, – сказала Эсме. – Только я успела понять, что это моё место, а теперь опять надо уходить.

Джоллен посмотрел на нее, кивнул и пробормотал себе под нос что-то, словно видел в молодой женщине то, чего не мог увидеть никто другой.

– Возможно, Бог говорит с тобой, Эсме. Может быть, у него есть местечко для тебя здесь, среди нас. В любом случае, в Декре ты всегда желанный гость. Возвращайся, когда сможешь, и живи здесь, сколько захочешь. Иначе, боюсь, ты не справишься со своими бедами.

Последние слова старейшины удивили Эсме.

– Разве Брия рассказывала вам о моих... моих бедах?

Джоллен мягко улыбнулся.

– Нет, моя госпожа. Мне не нужны рассказы. Я и так вижу, что тебе выпало стать участницей многих печальных событий в последнее время. Как только ты вошла в ворота нашего города, я понял, что ты сейчас как маленький ребенок, потерявшийся в незнакомом мире.

Эсме опустила глаза и начала рассматривать свои руки, лежавшие на коленях.

– Это так заметно?

– Вовсе не для всех, – успокоил ее старейшина Джоллен. – Но это часть моего дара – видеть состояние души человека. Я говорю не для того, чтобы пристыдить тебя, Эсме. Просто, чтобы знала: нам известно о ваших страданиях, и мы молимся за вас с тех пор, как вы пришли.

– Я благодарна вам за ваши молитвы. Мне здесь и правда хорошо. Я впервые чувствую себя умиротворенной, с тех пор... – Ее голос дрогнул, и она замолчала.

Морвен встала и обняла ее.

– Возвращайся, когда покончишь с делами, и оставайся с нами. Для нас будет честью принят тебя здесь.

– О каких делах ты говоришь? – Эсме оглянулась на спутников. Ответила Алинея:

– Это же тебе было видение. Всевышний с тобой говорил.

– Значит, в этих событиях есть и моя роль?

Старейшина Джоллен усмехнулся.

– Своя роль есть у всех. Но ваша роль особенная. Вист Оррен открыл вам часть своего плана. Рука Всевышнего на тебе, Эсме.

Они еще немного поговорили о повседневных вещах и о том, что им понадобится для раннего отъезда наутро. О сне Эсме больше не вспоминали, хотя всем было понятно, что прозвучало слово Бога, а значит, за ним последует какое-то великое событие, пока скрытое завесой будущего. Дамы разошлись по своим комнатам. Морвен проводила их до дверей, сказав напоследок:

– Утром я принесу вам завтрак и провожу вас.

– Не стоит беспокоиться, – сказала королева. – Вы и так много сделали для нас.

– Никаких беспокойств, – отмахнулась Морвен. – А вот чего мне действительно жаль, так этого того, что я не успела повозиться с вашими малышками. Они очаровательны! Возвращайтесь поскорее, и Квентина обязательно прихватите. Он слишком долго пробыл вдали от нас.

– Он бы с радостью. – Брия взяла Морвен за руки. Подошел Джоллен и встал позади жены. – Помолитесь за него, пожалуйста... помолитесь за него и за моего сына.

– Не беспокойтесь. Мы обязательно это сделаем, – ответил Джоллен. – Мы ведь и так все время молились с вашего прихода и не перестанем возносить молитвы, пока не убедимся, что у вас все хорошо. – Он замолчал и окинул женщин долгим внимательным взглядом. – Не беспокойтесь, – повторил он. – Вы не зря пришли к нам. Вы сделали то, что должны были сделать, и Всевышний рад дать вам благословение. А если Он обещал, Он обязательно исполнит. Идите и помните, что Он всегда верен тем, кто следует Его путями. – Гости и хозяева обнялись и вышли в прохладную летнюю ночь под мириады звезд.

Этой ночью они улеглись спать спокойно. За время, проведенное в Декре, они сблизились, но пока еще не настолько, чтобы говорить об этом друг с другом. Возможно, впереди их ждали злые дни, но теперь им легче было противостоять им.

* * *

– Толи? Ты спишь? – спросил принц Герин. Мальчик придвинулся ближе к лежащему рядом мужчине.

– Нет, – ответил Толи, поворачиваясь к нему. – Ты что-то хотел?

– Мне показалось, что кто-то ходит в коридоре.

– Я тоже слышал. Это стража. Они следят, как бы мы не просочились сквозь трещины в стене.

– Они следят за нами еще пристальнее, чем прежде. Почему, как думаешь?

– Видишь ли, они не хотят, чтобы с нами что-то случилось, пока не узнают, поймали они на нас что-нибудь или нет.

– А что они хотят поймать?

– Это просто месть, Герин. Нимруд уже пытался украсть трон Менсандора, и...

Прежде чем Толи успел закончить, дверь заскрежетала и с треском распахнулась. Толи тут же вскочил на ноги.

– С чем пожаловал? – спросил он, когда посетитель вошел в камеру.

– Как вам тут отдыхается, мои пленники?

– А, сам Нимруд! – мрачно произнес Толи. – Зашел самолично поиздеваться?

– Нет, нет! Зашел сказать, какую цену я назначил за ваши никчемные головы. Отправил письмо о выкупе. Король его получил, и теперь у него нет другого выбора, кроме как подчиниться.

– Что ты написал ему, змей?

– Просто сообщил, что готов освободить пленников в обмен на некий предмет, представляющий ценность для короля. – Нимруд злобно рассмеялся: – Ха! Этот предмет ему больше не понадобится!

– О чем ты говоришь? – Толи сделал шаг вперед.

– Стой, где стоишь! – крикнул Нимруд. Затем, более спокойным голосом продолжил: – Вот так-то лучше. Интересуешься, какой предмет я имею в виду? – Он пожал плечами, и его тень на стене в свете факела изогнулась нелепым образом. – Так и быть, скажу тебе. Мне нужен его меч.

– Сияющий! – ахнул принц Герин. Он подошел и стоял теперь рядом с Толи.

– Да, вроде так его называют. Мне говорили, что это прекрасное оружие, хотя сам я его еще не видал.

– Нет! – воскликнул Герин. – Король ни за что не откажется от Сияющего!

– Вот и посмотрим, – усмехнулся Нимруд.

– Принц прав. Король-дракон не отдаст тебе Сияющий. Ты хочешь унизить трон, но этого не будет.

– Жаль, – Нимруд притворно пожал плечами. – А вдруг он посмотрит на это дело иначе? Ну что такое трон? Много ли он стоит? Вряд ли дороже жизни единственного сына и наследника, и вдобавок жизни самого близкого друга?

– Я тебя понял, – холодно ответил Толи. – Ты поставил короля перед выбором. Только ты забыл, что король – это в первую очередь король, и только потом человек. Он живет для королевства.

– В любом случае, выбор интересный. Скоро выясним. В полдень через пять дней вас отведут во двор храма. Если король не принесет мне этот свой зачарованный меч, вас убьют на алтаре Ариэля. Да знаю я, что боги в наши дни не требуют человеческих жертвоприношений, знаю. Но на этот раз, почему-то мне кажется, Верховный жрец будет настаивать. И куда деваться королю Квентину с вашей кровью на руках? Интересно, как он после вашей смерти сможет ужиться с самим собой? – Нимруд отступил на шаг и высоко поднял факел. – Ну, счастливо оставаться!

Толи застыл, как изваяние, и смотрел, как исчезает старый колдун. Дверь камеры закрылась, засов проскрипел, и в камере снова стало темно и тихо. Они услышали, как Нимруд хихикает себе под нос, шагая по коридору к своему мерзкому гнезду.

– Он правду говорил? – спросил Герин, когда кудахтанье волшебника затихло.

– Да, – сказал Толи, обхватив мальчика рукой и притянув его к себе. – Боюсь, что правду. Конечно, мог и придумать всё, но мне так не кажется. Старый стервятник хочет, чтобы мы дрожали от страха; он надеется, что его новости будут гноиться в нас, как рана на животе. Но мы же этого не допустим? Нельзя терять надежду, ни на миг нельзя.

– Я боюсь, Толи. Что с нами будет?

– Не знаю, молодой господин. Теперь это уже не от нас зависит.

Глава сорок вторая

Над Пелгрином занимался туманный рассвет. Туман натягивало с мутных вод реки Сиплет. На берегу, там, где вздымался над серой водой скалистый утес, стоял замок Амерон. Ниже замка Сиплет разливался, огибая скалу, и создавал естественный оборонительный рубеж для замка. Лорд Амеронис мог чувствовать себя спокойно, особенно учитывая дикий густой лес, охранявший замок с третьей стороны. Единственный свободный подход представлял собой весьма неровную местность, что создавало для любых нападающих большие проблемы.

Тейдо и Ронсар осматривали замок в неверном утреннем свете.

– Скал здесь больше, чем я помню. И укреплен замок куда лучше, – сказал Ронсар.

– Наши позиции будут там и там, – взмахом руки показал Тейдо. – Не ближе полета стрелы. Амеронис всегда готов к битве, так что вряд ли мы застанем его спящим.

– Но кое-что можно сделать уже сейчас, пока они о нас не догадываются. Надо отправить саперов, пусть решат, куда закладывать мину. И пусть их на всякий случай прикроют лучники. Лучше с этим не тянуть. – Ронсар устало сошел с коня и вернулся к армии, ждавшей под защитой леса. Он поговорил с несколькими рыцарями, и те разбежались выполнять его приказы.

Тейдо тоже спешился и прошелся по кромке леса, внимательно изучая рельеф местности подходы к замку. Из леса выскочили два десятка саперов. В руках они несли заостренные шесты. За ними следовали лучники с длинными луками и колчанами стрел за спиной. У основания скал они разделились на группы по два-три человека и пустили в ход свои щупы, чтобы найти подходящие трещины в камне.

Ронсар встал рядом с Тейдо, наблюдая за работой саперов.

– Это не быстро, – сказал он. – Хорошо бы нам поспать до того, как проснется Амеронис и обнаружит, что замок осажден. Приказы войскам я роздал.

Тейдо потер глаза кулаком и повернулся к другу.

– Не лежит у меня сердце поднимать меч против одного из нас. Он все-таки лорд королевства.

Ронсар пожал плечами.

– Он перестал быть лордом Менсандора, когда бросил вызов королю. Он ренегат, и поступать с ним следует соответствующе. Измена – это не мелочь.

– Я не спорю. Просто хотел бы найти другой путь. Интересно, знает ли он, что держит не только королевский меч, но и жизнь наследника?

– Думаешь, для него это важно?

– Скорее всего – нет. Но я все же постараюсь, чтобы он узнал об этом как можно скорее. По крайней мере, дважды подумает, прежде чем начинать войну.

Ронсар нахмурился.

– Ты же понимаешь, он не сдастся. Амеронис слишком горд и слишком долго ждал. Осада начнется неизбежно, и давай будем молиться, чтобы она была короткой. У нас не так много времени.

С этими словами оба повернулись и пошли обратно, чтобы заняться лагерем и подыскать местечко, чтобы поспать. Они провели в седлах всю ночь.

В замке лорд Амеронис и его друзья спали в своих постелях на тонких простынях в комнатах, увешанных гобеленами, расшитыми шелком. Амеронис привык окружать себя самыми лучшими вещами и частенько называл себя королем, по крайней мере в своих амбициозных мечтах он считал себя таковым. Сейчас он крепко спал, мечтая о том дне, когда он взойдет на Драконий трон в Зале короля-дракона. Он долго к этому стремился, но теперь уже совсем скоро его мечты исполнятся. Ведь у него в руках Сияющий! Сам меч лежал в ящичке у подножия его кровати; он не доверял даже своему собственному оружейнику и не хотел отпускать меч от себя.

На стенах замка закричали. Крики дозорных разбудили Амерониса.

– Камергер! – закричал он, и на его зов тут же явился худощавый человек с глазами ласки и коричневыми гнилыми зубами.

– Мой господин?

– Клянусь Зоаром, что происходит? Как человек может спать при таких криках? У меня гости, и я не хочу, чтобы их будили.

– Наверное, какие-то беспорядки снаружи, мой господин. Я пока не знаю причины.

– Ладно. Сам разберусь! – Лорд Амеронис откинул покрывало, вышел на балкон и поднялся на стену. Покои лорда находились в западной башне и смотрели в сторону леса. Надо отдать ему должное, он мигом сообразил, что к чему и уяснил причину своего раннего пробуждения.

– Клянусь всеми богами неба и земли! – воскликнул он. – Нас осаждают! – В этот момент к нему подбежал молодой рыцарь. Он командовал обороной замка.

– Мой господин, нас осадили!

– Это я и сам вижу! Сколько их?

– Я пока не считал. Был на надвратной стене. Один из стражников всего несколько минут назад подал сигнал тревоги. Там саперы, мой господин. Они ищут слабые места в скале.

– Люди короля?

– Я не видел на них значков, мой господин.

– Ладно. Пусть лучники отгонят их. Нечего тут вынюхивать!

– Я уже приказал лучникам стрелять. Но мы не сразу их заметили, они давно уже работают. А сейчас уже ушли.

Амеронис повернулся и посмотрел в сторону леса, где ждала армия короля-дракона.

– Так, – пробормотал он себе под нос, – уже началось. – Затем он рявкнул молодому рыцарю: – Если снова покажутся, немедленно доложить мне!

– Да, мой господин. – Рыцарь коротко поклонился.

Амеронис пошел со стены, как был, босиком, и через балкон вернулся в свои покои. Там он поспешно оделся, не забыв стеганую рубашку на тот случай, если до конца дня придется облачаться в доспехи. Затем он поспешил в оружейную, оттуда пошел к надзирателю, справиться о запасах в замке: еде, воде и корме для лошадей; затем посетил ворота и лично проследил за тем, как накладывали клинья и перекладины. Все это без лишней спешки, как человек, хорошо знающий войну и подготовку к ней. Он давно ждал этого дня. Он занимался делами бесстрастно, как ветеран, как наследник отца, также стремившегося к трону и знакомого с тем, как пользоваться властью и как ее достичь. Он станет королем, поклялся он себе, или умрет, пытаясь им стать.