Наконец, над фальшбортом возникло лицо Дарвина. Даже не взглянув на надвигающийся смерч, хотя шторм, казалось, заполнил весь мир своим грохотом, отшельник быстро перелез через борт и схватился за сеть

– Осторожно! – крикнул Тейдо. Ветер заглушил его слова.

Дарвин дважды срывался, но в последний момент восстанавливал равновесие. Наконец он просунул руку в ячейку сети, укрепился и примерился. Тейдо снова крикнул. «Прыгай!». Дарвин полуобернулся, прикинул расстояние и прыгнул. Как только отшельник оказался в лодке, Тейдо оттолкнулся от корпуса судна. Трейн и Ронсар взялись за весла. Лодка отошла от корабля. Тейдо сел к рулю. Он держал курс к берегу, обозначенному слабой белой полосой на фоне мрака. А смерч все рос и рос. Всасывая все больше воды, он подрагивал, как длинный, злой палец, но неизменно приближался к маленькой лодке. Отряд боролся с волнами. Каким-то образом Тейдо удавалось удерживать лодку, направляя ее к берегу, а Трейн и Ронсар, дружно работая веслами, с каждым гребком продвигали ее вперед. Дарвин, держась за борт побелевшими пальцами, поднял лицо к небу и взмолился:

– Боже, Отец всего сущего, упаси нас от этой бури. Дай нам достичь берега, ибо без Твоей помощи мы погибнем.

Никто на борту не слышал слов молитвы, но все понимали, чем занят Дарвин, и повторяли в уме то же самое. Тейдо предостерегающе крикнул. Все посмотрели туда, куда указывала вытянутая рука кормчего. Смерч навис над ними, словно живой, яростный зверь. Тейдо бросился на дно лодки, призывая остальных сделать так же. Сверху рушилась гора воды, готовая вот-вот накрыть лодку. Вой шторма сделался нестерпимым. И вдруг, когда они уже готовились встретить смерть, все исчезло. Ни звука. Ничего. Дождь прекратился. Вода успокоилась. Дарвин поднял голову и посмотрел вверх.

– Смотрите! Смерч перескочил через нас!

Так и было. Водяной смерч, который всего несколько мгновений назад вздымался над ними, угрожая смахнуть крошечную лодку и людей в свою ненасытную пасть, поднимался обратно в облака. Торнадо извивался над ними, как червь, роющий землю, направляясь на сушу. Затишье длилось всего несколько секунд. Ветер и вода налетели с новой силой. Лодка беспомощно завертелась в потоке, руль врезался в корму, ломая петли. Тейдо бросился к румпелю, но поздно. Руль бесполезно болтался в руках. «Скалы!» – закричала Алинея. Впрочем, все и так видели то появляющиеся, то исчезающие под волнами корни острова. Скалы походили на ряд острых зубов, защищающих мелководный залив за ними. В другую погоду прибой бесполезно бился о них, и даже самый неопытный моряк прошел бы над ними. Однако теперь каменные зубы яростно скрежетали, приведенные в неистовство кипящим морем. Волна высоко подняла лодку и бросила вперед. Отхлынув, вода обнажила скалу. Ронсар уперся веслом в камень и оттолкнул лодку так, что она едва задела хрупким корпусом нерушимый камень. Очередная волна снова высоко взнесла суденышко и толкнула вперед. Трейн вскочил и перехватил весло, чтобы оттолкнуться от очередной преграды. Но не успел. Из воды высунулся каменный зуб, а потом раздался тошнотворный хруст. Лодка с размаху легла на вершину огромной скалы, а ведь они считали, что эта опасность уже позади. Корпус лодки выгнулся. Волна отступила, и суденышко повисло на камнях, несколько мгновений повисело, словно рыба, насаженная на острогу, а затем стало заваливаться набок. Следующая волна подхватила поврежденную лодку, расколола ее пополам, выбросив людей в бурлящее, яростное море.

Глава тридцать первая

Нимруд шагал по высокой стене своего замка, плащ вился за плечами. Иссиня-черные волосы, пронизанные белыми прядями, похожими на молнии в черных грозовых тучах, торчали в диком беспорядке. Злой волшебник хихикал.

– Дуй, ветер! Гром, реви! Молния, рви небеса! Я, Нимруд, так повелеваю! Ха, ха, ха!

Колдун не управлял штормом; буря случилась сама по себе. Зато он черпал силу из ужасающей мощи катаклизма, с удовольствием поглядывая на залив, куда должен прибыть корабль Пиггина. Нимруд его не видел – слишком далеко; замок был построен на вершине самой высокой из скалистых гор, которые поднимались из моря, образуя этот затерянный остров. До залива было не меньше лиги по прямой. Гром колотил в наковальню высоко в небесах, налетал безумными порывами ветер с моря. Нимруд смотрел; его худое старое тело трясли пароксизмы безумного ликования; зловещие черты лица освещались частыми вспышками молний. Волшебник пел, пританцовывал и смеялся, радуясь шторму. Наконец на землю начали падать первые тяжелые капли дождя. Колдун не хотел уходить, но он очень не любил сырость. Пришлось вернуться в свои покои.

– Эйрих?! – крикнул он, сбрасывая плащ. – Зажги благовония. Чудесная буря, отлично возбуждает! – Он спустился по спиральной каменной лестнице в сводчатую комнату внизу. Здесь все было каменным, а из обстановки – только алтарь-пентаграмма посреди. Эйрих с факелом в руке суетился вокруг алтаря, зажигая ароматные свечи в низких канделябрах, установленных по углам алтаря. – Оставь меня, – приказал Нимруд, дождавшись, пока загорится последняя свеча.

Колдун улегся на алтарь и сложил руки на груди. Позволил дыханию замедлиться, стать поверхностным, не вдыхая глубоко благовония. Вскоре он впал в глубокий транс, и дыхание стало совсем незаметным. Разум Нимруда воспарил вместе с клубами цветного дыма. Дым рассеялся. Колдун летел высоко над землей лицом к лицу с надвигающейся бурей. Волшебник моргнул и принял форму пустельги, парящей в грозовом воздухе. Тело дрожало от волнения, когда он сновал меж катящихся облаков, круто ныряя и снова поднимаясь ввысь. Но землю из вида не упускал. Прямо внизу на вершине горы темнел его замок. На западе к заливу резко спускались поросшие лесом холмы, похожие на спины усталых зверей. Дальше лежал сам залив. В свете полыхнувшей молнии зоркий взгляд пустельги ухватил что-то на воде. «Интересно, что бы это могло быть? – подумал он про себя. – Подлечу поближе, посмотрю. – Нимруд устремился к земле, держа курс на залив. – Корабль! – мысленно выкрикнул он. – Неужели это корабль Пиггина? Я не ждал его так скоро. – Птица зависла в воздухе над водой, ветер трепал ее перья. Далеко внизу маленькая лодка отвалила от борта корабля. – Ах! Вот и мои гости!» Он помчался обратно в замок, через бойницу влетел в сводчатую комнату, сел на краю алтаря и превратился в струйку дыма, втянувшуюся в распростертое на камне тело. Как только дым исчез, глаза волшебника распахнулись, и он резко сел.

– Эйрих! – крикнул он, – сюда немедленно! Где этот глупый слуга? – пробормотал он, спрыгивая с алтаря. – Эйрих! – крикнул он снова и услышал торопливые шаги в коридоре. Нимруд встретил его у двери.

– Ты звал, мудрый? – Эйрих простерся на камне перед колдуном.

– Да, жаба. У нас есть работа. Наши долгожданные гости прибывают. Надо подготовиться к встрече. Зови стражу. Пусть возьмут их и тащат к моему трону. И побыстрее! Не будем терять время!

* * *

Толи и Квентин стояли уже перед третьим постоялым двором. В отличие от первых двух этот располагался на пристани у самой воды. На ветру качалась потрепанная вывеска: «Летучая рыба». Надпись была сделана жирными синими буквами, буквы помельче сообщали имя владельца – «Баскин».

– Дальше уже ничего нет. Последняя корчма в Бесту, я думаю, – заметил Квентин. – Должно быть, здесь они и останавливались. Пошли. – Он кивнул Толи. Джер, пораженный, как и любой его соплеменник, видом города, последовал за ним, не отрывая глаз от набережной.

– Простите, сэр, не вы ли будете Баскин? – вежливо спросил Квентин у первого человека, которого они встретили внутри. Мужчина поднял на него взгляд поверх стопки монет, которые он пересчитывал.

– Мой добрый друг! – радушно воскликнул он.

– Так вы Баскин, сэр? – снова спросил Квентин, пораженный поведением этого человека, которого он явно видел впервые.

– К вашим услугам. Конечно, да! Если вам нужен Баскин, вы его нашли. Что я могу сделать для вас... – он бросил не самый одобрительный взгляд на Толи, – для двух молодых сэров?

– Видите ли, мы ищем несколько человек… они проезжали здесь... то есть через Бесту некоторое время назад.

Мужчина почесал в затылке. Лицо его приобрело насмешливое выражение.

– Под ваше описание, сэр, много кто попадает…

– Их было четверо...

– Уже лучше, но не слишком. Многие торговцы путешествуют не поодиночке.

– С ними была дама. Очень красивая.

– Так, так, намного лучше... но нет, не могу вспомнить. С кем они плавали?

– Я... я не знаю, сэр.

– Говорите, здесь останавливались?

– Ну, то есть могли... наверняка сказать не могу, но это последнее место в Бесту, где они могли бы остановиться... если бы они это сделали.

– Дайте-ка подумать, – Баскин поскреб свой небритый подбородок. – Я правильно понял: вы ищете людей, которые пришли неизвестно когда, остановилась неизвестно где, и плавали неизвестно с кем. Так?

Квентин покраснел и опустил глаза.

– Да это не беда, сэр! Я просто хотел удостовериться... Значит, говорите, с ними была леди… красивая... Помню одну. Она еще носила мужскую одежду…

– Да, да, это, скорее всего, они и были! – воскликнул Квентин.

– Э-э… они направлялись… в такое место, куда их никто не хотел везти. Такие трудности иногда возникают.

– Но они нашли капитана?

– Думаю, да. Скорее всего. Ушли в самом начале навигации, то есть просто в первый же день. Оплатили счет накануне вечером, и ушли на рассвете.

– Но когда? Какой это был день? – Квентин затаил дыхание. Наконец он хоть что-то узнал о своих друзьях.

– О, дайте сообразить… это было десять, может быть, двенадцать дней назад. Да, довольно давно. Погодите, сейчас посмотрю... Хозяин пошел к стойке, выудил из-под нее свиток. – Да. Вот, теперь вспомнил. Они же оставили лошадей. – Он сунул бумагу под нос Квентину.

– Они сказали, чей корабль доставит их... ну, туда, куда они хотели.

– Нет, этого не слыхал. Но, знаете, всегда можно найти кого-нибудь, если заплатить хорошо. Хотя туда, куда они собирались, охотников немного. – Баскин внимательно посмотрел на Квентина и спросил: – Вы ведь не думаете последовать за ними, нет? – Видимо, в глазах Квентина он прочитал ответ. – Забудьте. Ничего хорошего из этого не выйдет. Я им тоже посоветовал держаться подальше от этого места. И вам то же скажу. Так что ступайте туда, откуда пришли, и даже не приближайтесь к злой земле.

Глава тридцать вторая

Принц Джаспин быстро шел по просторным коридорам замка Эрлотт в большой зал, где уже третий день заседал Совет регентов. За ним спешили двое телохранителей с алебардами, украшенными королевскими вымпелами. Джаспин решил напомнить непокорным регентам о своей власти и о том, что они у него в гостях. За ним семенил Онтескью с большой шкатулкой. Замыкал шествие человек в поношенной солдатской одежде. Шагал он неуверенно, обшаривая коридор глазами, словно в поисках возможного укрытия. Процессия прибыла к запертым дверям большого зала. Вход охраняли три стражника, один из которых был распорядителем Совета регентов.

– Стой! – громко приказал он. – Здесь заседает Совет.

– Совет зашел в тупик, – внешне миролюбиво произнес принц Джаспин. – У меня с собой есть средства, которые помогут Совету выбраться на прямую дорогу. Пропусти меня.

Распорядитель надул щеки, собираясь протестовать, но в это время изнутри постучали.

– Отойдите, – предупредил распорядитель принца и повернулся, чтобы открыть дверь.

– Распорядитель, Совет знает принца, – сказал сэр Бран, высовываясь из двери, и добавил шепотом, обращаясь к принцу: – Извините, сир. Я только что получил ваше сообщение, и не успел приказать этому человеку впустить вас.

– Ладно, – принц пренебрежительно фыркнул. – Вы-то готовы, вижу. – Сэр Бран кивнул и распахнул дверь. – А остальные?

– Все знают свои роли. И скажут, что нужно, когда придет время. Не беспокойтесь.

Онтескью вошел, жестом приказав человеку в солдатской одежде оставаться снаружи. Огромная дверь закрылась с грохотом; все повернулись посмотреть, кто помешал обсуждению.

– Я протестую! – одинокий голос прорезал ропот, вызванный приходом принца. – Принц не должен присутствовать на этом заседании. – Голос принадлежал лорду Холбену. Он вскочил и показывал пальцем на Джаспина.

– Я пришел как друг и принес доказательства, которые требуются Совету.

Лорд Холбен сжал кулаки и наклонился посовещаться с одним из своих друзей.

– Совет располагает собственными доказательствами, – угрюмо ответил он. Все за столом закивали головами.

– Конечно, – сладко улыбнулся принц. – Но Совет, если он того желает, может рассматривать любые доказательства, представленные любым источником.

Члены Совета важно покивали головами.

– Откуда вам известно, что Совет нуждается в каких-то доказательствах? – спросил лорд Холбен. Голос у него был напряженный, похоже, он с трудом сдерживался. – Не слишком ли длинные у вас уши, мой принц? Жаль только, что такие же длинные уши у осла.

– Держите себя в руках, сэр! Это неприлично! – воскликнул Бран. Он сделал вид, что кипит от возмущения и вот-вот бросится на сэра Холбена.

– Добрые сэры, призываю вас к сдержанности! – громко произнес глава Совета лорд Нейлор. – Совет имеет право решать, принять ли доказательства принца Джаспина. – Он повернулся к сидевшим за столом. – Что скажете, милорды?

Каждый регент, начиная с сидящих по правую руку от лорда Нейлора, встал и высказал свое мнение – надо ли принимать к рассмотрению доказательства принца. Не последним аргументом для большинства членов Совета стало любопытство – что там приготовил принц?

– Рад отметить ваше благоразумие, – сказал принц с небрежным поклоном. Он улыбнулся, но его глаза при этом оставались холодными, когда он оглядел лорда Холбена и его партию. – Дошло до меня, что Совет зашел в тупик из-за отсутствия доказательств смерти короля. И хотя мне, как вы понимаете, горько говорить об этом, не могу же я оставаться в стороне, имея возможность положить конец вашим дебатам.