Повозившись немного и ощущая некоторый неуют, я влезла на диван с ногами, устраиваясь поудобнее полулежа. Но ощущение дискомфорта не ушло, а напротив, стремительно усиливалось, заставляя нервно оглядываться по сторонам. В груди росло напряжение, на грани восприятия появился все нарастающий звук, словно тонкая струна издавала пронзительный высокий свист. Он ввинчивался в голову, заглушая все остальное, заполняя меня без остатка, и когда в мире, казалось, не осталось ничего, кроме этого непереносимого звука, он резко оборвался.

Перед моими глазами на фоне чистого синего неба возникла фигура летящего на меня молодого человека с вцепившейся в него Юной. Я еще успела подумать, что сейчас меня раздавят в лепешку, как с удивлением увидела, что они оба спокойно пролетели сквозь меня, шлепнулись на траву и прокатились кубарем еще пару метров, застыв распластанными куклами. А обширный кусок скалы, с которого только что прилетела эта парочка, медленно проседал вниз, пока с грохотом не обрушился в пропасть.

Когда прошел первый шок, я, озираясь, пыталась сообразить, где мы, и что за пируэты с летающими мальчиками-девочками. Хоть и привыкла я уже ко всяческим чудесам, но это уже слишком даже для меня.

Юна встала, как будто и не падала, и помогла молодому человеку приподняться. Он настороженно смотрел на меня и косился на поддерживающую его девушку. Видно было, что он понимает в произошедшем еще меньше меня. Да и ушибся, наверное, порядком.

- Где мы? - Мысленно взмолилась я. - Что происходит?

- Не паникуй, Маша. Мы в Крыму, на курорте, - она даже сейчас умудрялась веселиться, посмеиваясь и осматривая потерпевшего - спасателями работаем. А вот этот молодой человек, твой коллега, полетать сегодня решил. Но ты ему весь кайф обломала.

- Ничего я не делала. Просто здесь оказалась как-то. Постой, а я? А вы сквозь меня? Так я дома сейчас? - я с интересом осматривала себя, вроде все как всегда, не прозрачная. Камушек вон попой чувствую, для убедительности активно поерзала в траве. И снова вопросительно уставилась на девушку.

- Да здесь ты, здесь. - Засмеялась она. - Просто я тебя на долю секунды сместила, чтобы не зашибить. А то остались бы все без Машеньки, да и без меня тоже, куда ж я без тебя. Послушай, давай все потом выясним, а сейчас мальчика в себя привести надо. - Она закончила осмотр и удовлетворенно кивнула сама себе, обращаясь к юноше.

- Все в порядке? Болит что-нибудь?

* * *

Легкий ветерок шевелил густые черные волосы юноши. Он стоял на краю высокой скалы, застыв, словно памятник. Далеко внизу простиралось бескрайнее море. Тимур жадно вглядывался в знакомую картину и с сожалением думал, что уезжает из родного края самое меньшее на год. Он сожалел не о том, что не поступил в институт после школы. Он вообще не хотел никуда поступать, но родители настаивали на получении высшего образования, а перечить старшим в их семье было не принято. Поэтому он без возражений поехал подавать документы на факультет градостроительства, да не куда попало, а в МАИ - Московский Архитектурный. Надо сказать, что сам Тимур меньше всего грезил о строительной карьере, но это было несбывшейся мечтой его отца, и не постараться воплотить ее он не мог себе позволить. А юноша всей душой любил свою землю. Каждый камень, каждый уголок был для него особенным. И будь его воля, он поступил бы в геологический институт на заочный. И не пришлось бы покидать родные края. Он так задумался, глядя вдаль, что пропустил момент, когда скала предупреждала его об опасности. Этот шорох и легкое подрагивание камня под ногами были давно знакомы Тимуру, и не раз выручали его в горах. Но сегодняшнее состояние сыграло с ним злую шутку. Задумавшись, он очнулся, когда скала начала ощутимо потрескивать. Каким-то внутренним чутьем он понял, что до обвала остались считанные мгновения и, попытавшись оттолкнуться и отпрыгнуть в сторону, можно лишь усугубить положение. Но и осторожно отступить он уже не успевает. Панический ужас охватил его, парализовав тело. Юноша стоял в оцепенении и терял последние мгновения, когда вдруг внутри него словно что-то взорвалось и по телу, выжигая сознание, прокатился горячий вал жара. Последнее, что увидел Тимур - прекрасное лицо ангела, мелькнувшего перед ним и с силой толкнувшего его назад.

Очнувшись, он не сразу понял, где находится. Перед ним на коленях стояла прекрасная девушка - его ангел. А чуть поодаль сидела на траве девчушка с золотыми волосами и смотрела на него яркими синими глазами, казалось, что они светятся. Таких глаз просто не бывает. Понятно, он на небесах. И, кажется, его о чем-то спрашивают.

* * *

На лице молодого человека так явно выразилось непонимание, что Юна приветливо улыбнулась и повторила свой вопрос.

- Болит что-нибудь?

Юноша неуверенно посмотрел на нее, перевел взгляд на меня, приподнялся на локте, пошевелив плечами, подтянул одну ногу, вторую. Покрутил головой вокруг. Взгляд его зацепился за знакомую скалу, обрыв, и на лице медленно начало проступать понимание.

- Вроде нет... А вы кто? Как здесь оказались? - он боязливо покосился на обрыв.

- Да так, мимо пролетали - заливисто расхохоталась Юна. Это получилось у нее так заразительно, что через минуту мы веселились уже втроем, снимая стресс и едва не катаясь по траве. Отсмеявшись, мы познакомились. Молодой человек, Тимур, недавний выпускник средней школы, пришел сюда, на свое любимое место, попрощаться перед отъездом. Он с грустью в больших черных глазах окинул взглядом раскинувшееся внизу море, каскадом спускающиеся вниз скалы, зеленые островки раскидистой крымской сосны, обнял руками колени и печально вздохнул, уткнувшись в них подбородком. Не повезло ему нынче с экзаменами, поэтому он решил уехать на заработки. Семья большая, помогать надо. Мы проболтали еще часа два. Разговаривали молодые люди в основном между собой, но я не чувствовала себя лишней и с удовольствием валялась на траве, глядя в не по-осеннему чистое небо, иногда поддакивая, подхихикивая и вставляя свои вопросы. Каким-то образом Юне удалось убедить юношу в том, что мы просто проходили мимо, услышали треск и столкнули его с падающей скалы. Он даже не задал вопроса откуда и куда мы проходили на этой высоте, почему две девчушки гуляют в горах одни и теперь совсем не торопятся домой, хотя солнце уже уверенно склоняется к горизонту.

Он с ожидаемым обожанием смотрел девушке в рот и только кивал головой. А я тихо радовалась. Вот он, наш новый проводник! Теперь я поняла, почему Юна его коллегой назвала. А Юна параллельно успевала болтать с Тимуром и мысленно объяснять мне, как мы здесь оказались, и что вообще произошло.

Перед нашим эффектным появлением юноша стоял, задумавшись, на своем любимом утесе, куда часто приходил просто посидеть. Едва слышное потрескивание камня он услышал не сразу, а когда понял, в чем дело, руки и ноги оцепенели, в глазах потемнело и очнулся он уже лежа здесь, когда Юна осматривала его. Оказывается, его сила проснулась в момент смертельной угрозы и рванула, затмевая разум. Если бы не это, он, вероятно, успел бы отпрыгнуть и сам. Сидя у себя дома, я почувствовала грозящую ему опасность, а высвобождающуюся родную силу услышала, как пронзительный звук. Дальше действовала не осознавая.

- Вот и еще одним свойством овладела - успокоила меня подруга. - Пространственный прыжок - это еще одна неотъемлемая особенность проводника. В момент наивысшей опасности появляется способность мгновенного перемещения в место, где нужна помощь. - Она помолчала. - Ох, торопишься, Маша, рано тебе помогать другим, сама еще нуждаешься в заботе. Хотя, если бы ты не «прыгнула», я не смогла бы ему помочь, потеряли бы парня.

- Ой! А Данилыч? Он же там с ума сходит!

- Не переживай, я его сразу успокоила, он ждет нас.

Мне даже стыдно стало, так чуть-чуть... совсем не подумала, что должен ощущать наставник, когда мы обе исчезли у него на глазах. Положим, к подобным фокусам Юны он уже должен привыкнуть, а вот со мной такое впервые. Как, впрочем, и для меня. Еще неизвестно, у кого шок больше был. Совесть моя замолчала, и я снова начала прислушиваться к болтовне ребят. Они уже обменивались телефонами - интересно, откуда он у Юны? - о чем-то договаривались и собирались завтра созвониться.

Но день клонился к вечеру и нам пора было расставаться. Девушка ловко увильнула от настойчивого предложения со стороны Тимура проводить нас до дома, мотивируя романтикой расставания в таком прекрасном месте, и мы разошлись в разные стороны.

- Юна, а как я теперь домой попаду? - с тревогой спросила я радостно порхающую по камням девушку лишь только мы отдалились. Она удивленно взглянула на меня, взлетая на очередной скальный выступ.

- Так же, как и сюда.

- Но ты ведь сказала, что я могу переместиться, только в минуту опасности. - Я остановилась, озираясь вокруг. - А сейчас?

Девушка остановилась, вернувшись назад и присела рядом на камень, притянув меня к себе.

- Знаешь, не удивлюсь, если ты сама вернешься, а если не сможешь, я помогу. Ты очень быстро учишься, чересчур быстро. Излишне... Ладно, нам пора. Давай, пойдем домой.

И не успела я сообразить, спросить, что для этого нужно сделать, как оказалась у себя на диване рядом с Юной, встретив полный восторга, горящий взгляд синих глаз Данилыча.

- Даже я не верил, что это возможно! - Возбужденно заговорил он. - Рассказывайте!

- Иван Данилович - мягко остановила его девушка - Маша устала, давайте отпустим ее на полчасика, а я вам все-все расскажу.

Я благодарно взглянула на подруженьку и пошла к себе. Спасибо ей. Понимает. Моя многолетняя привычка прошлой жизни сказывается и здесь. В минуты сильной усталости или напряжения, когда нет сил уже даже шевельнуться, несколько минут душа - и я снова жива. Вот и сейчас, прихватив смену одежды, я направилась в ванну. А освежившись, расслабившись, почувствовала зверский голод и потащила всех ужинать.

* * *