Самый очевидный ответ – потому, что это невероятно жестокая отрасль. Да, производители в последнее время начали вкладывать деньги в улучшение содержания скота, но делается это крайне медленно и далеко не везде. И даже если когда-нибудь всех животных переведут на свободный выпас и запретят любые калечащие, инвазивные практики, такие как спиливание рогов у коров, цель животноводства не изменится: жизненный цикл домашней свиньи или курицы все равно будет заканчиваться умерщвлением.

Мы обычно стараемся не думать о том, откуда берутся котлеты в наших чизбургерах. Все знают, что коров убивают для того, чтобы приготовить стейк, но как это делают, видеть никто не хочет. И то, как построена индустрия, отражает это нежелание в полной мере. Фермы, где разводят крупный рогатый скот, свиней или птицу, обычно строят вдали от посторонних глаз. Животные, которые там живут, обезличены, а труд настолько механизирован, что работники некоторых предприятий не могут с уверенностью сказать, кто из них осуществляет забой. Но убийство, пусть даже привычное и разделенное с коллегами, не может не оставлять следов в сознании. Не зря сотрудники животноводческой сферы то и дело демонстрируют проявления посттравматического стрессового расстройства. И в сытое время, не нуждаясь в том, чтобы непременно поесть мяса, люди вполне естественно приходят к тому, чтобы начать искать альтернативу существующему порядку вещей.

Масла в огонь подливает и то, что животноводство – одна из сфер хозяйствования, которые жестко критикуются защитниками окружающей среды. Мало того что животные производят очень много навоза, а их выращивание требует огромного количества воды (чтобы получить 1 кг свинины, нужно потратить 6000 л воды; с говядиной дело еще хуже – на производство килограмма этого мяса воды расходуется 15 500 л)[96]. Растущее число животноводческих ферм – один из факторов, способствующих потеплению климата. Хотя на самом деле их вклад в общую корзину не так велик – всего 5,8%. Энергетика, например, отвечает за производство 73% антропогенных парниковых газов[97].

Труднее поспорить с тем, что животноводческая отрасль – настоящий убийца биоразнообразия. Мясо-молочная промышленность очень сильно влияет на природные биосистемы: чтобы расчистить место для пастбищ, люди вырубают леса и осушают болота. После этого землю перепахивают и засевают монокультурой – люцерной или кормовыми злаками. В результате, как мы уже выяснили, страдают насекомые, а вслед за ними – птицы и хищники. Если же этот аргумент покажется вам недостаточно впечатляющим, подумайте вот о чем: сейчас на нашей планете 59% биомассы всех млекопитающих – это домашние животные. На людей приходится еще 35%, в то время как диким видам остаются жалкие 6%[98]. Сюда умещаются все – от белки до слона и синего кита, причем численность диких животных продолжает падать. Цифры таковы, что тут и добавить нечего.