Если должник внезапно свалился в банкротство, то простых механизмов аналитики не хватит, ведь накладывается специфика возбужденного дела.

Даже если на балансе нет имущества, по тому, как идет дело о банкротстве, можно оценить эту процедуру как контролируемую, неконтролируемую или вообще не имеющую смысла.

Перечислим ряд разграничивающих эти варианты признаков.

1. Процедура под контролем

Конечно, понять, контролируется ли та или иная ситуация, довольно сложно. Приведем лишь несколько ситуаций, которые могли бы свидетельствовать об этом.

● Должник активно возражает против требований всех кредиторов, кроме одного. Как правило, это аффилированное лицо, но его аффилированность вытекает из поведения, а не формальных признаков.

Согласие дебитора с требованиями такого кредитора в суде через признание исковых требований позволяет этому кредитору первым подать заявление о признании должника банкротом и, следовательно, установить контроль за процедурой как минимум на этапе наблюдения (подробнее об этом механизме я буду рассказывать в следующей главе).

● На этапе рассмотрения требований независимого кредитора требования такого кредитора неожиданно покупает третье лицо, как правило по номинальной стоимости.

Поскольку ликвидность долгов компаний-банкротов сомнительна, то такую покупку следует рассматривать как попытку перехвата контроля за введением процедуры путем замены заявителя и также утверждения лояльного управляющего.

Также на урегулирование может указать резкая смена стратегии ранее активного независимого кредитора: от давления на должника он может перейти либо к пассивному поведению, либо к действиям в интересах должника (например, начать принимать нужные должнику решения на собрании кредиторов).

● Стремительное принятие собственником должника решения о добровольной ликвидации на фоне рассмотрения в суде заявления о банкротстве от какого-либо кредитора также может быть признаком установления контроля.

Решение о ликвидации влечет за собой введение в отношении должника упрощенной процедуры банкротства и немедленного перехода в стадию конкурсного производства.

Такие действия могут ускорить ход процедуры и лишить кредиторов возможности защитить свои права (по причине нехватки времени кредиторы могут не успеть выявить злоупотребления со стороны собственников и руководства должника).

Длительная тишина в процедуре (сроки идут, сделки не оспариваются, имущество не выявляется, кредиторы и управляющий ничего не делают) может быть как признаком установления контроля со стороны дружественных должнику лиц, так и признаком того, что ни у кого из участников процесса нет идей по дальнейшей работе.

Для того чтобы понять, что именно происходит, необходимо тщательно изучить хронологию процедуры и выяснить, действительно ли независимый управляющий утвержден в процедуре.

2. Процедура без контроля

Нередки ситуации, когда в деле о банкротстве не происходит ровным счетом ничего, кроме продления сроков ее проведения: кредиторы не посещают собрания кредиторов, управляющий не истребует имущество и документы у бывшего руководства, не ищет и не продает имущество, не требует привлечения руководства к субсидиарной ответственности.

Если признаков, описанных в предыдущем пункте, нет, а затишье есть – высока вероятность, что процедурой никто не занимается. Это значит, что никто из участников процесса не имеет ни ви́дения, ни воли, ни тем более ресурсов на продолжение работы с дебитором. Приведу несколько примеров.

● Одним из ярких признаков процедуры без контроля будет являться отсутствие кворума на собраниях по итогам процедуры наблюдения. Безучастное поведение кредиторов при выборе последующей процедуры и управляющего – плохой знак.

● Аналогично и длительное бездействие управляющего в вопросе поиска активов (притом что отчетность на дату перед банкротством их отражала) может указывать на то, что он не знает, ни как именно их искать, ни что вообще нужно искать. Управляющий может быть занят бесполезной работой по истребованию каких-то документов у бывшего директора вместо активной работы с контрагентами (например, поиска дебиторской задолженности или транспорта должника на хранении у кого-то).

● Частым примером процедуры без контроля являются процедуры, инициированные налоговым органом: назначенные случайным образом управляющие, как правило, не проводят заблаговременный анализ ситуации и занимаются во время процедуры преимущественно задумчивым созерцанием происходящего, а не попытками как-то изменить ситуацию.

● Парадоксально, но примером бесконтрольной процедуры является и так называемый сценарий «Лебедь, рак и щука». На практике это ситуация, когда в деле нет мажоритарного кредитора (т. е. нет «главной» силы), у всех или ряда участников дела есть активное желание в нем участвовать, но при этом они не склонны к продуктивному сотрудничеству. На радость должнику, подобное положение приводит к войне всех против всех (за исключением должника), когда один кредитор оспаривает сделку с другим, третий жалуется на управляющего, а управляющий занят спорами с кредиторами. Такие ситуации часто случаются в делах о банкротстве крупных организаций, кредитовавшихся одновременно в нескольких банках: мы неоднократно становились свидетелями длительного противостояния двух банков за право на залог имущества при полном бездействии этих же банков в вопросе предъявления претензий бенефициару бизнеса.

Значит ли это, что процедура бесперспективна? Отнюдь нет.

Это значит лишь то, что написано выше: у процедуры просто нет интересанта.

К сожалению, часто бывает так, что процедура попадает в нужные руки слишком поздно: сроки для оспаривания сделок уже пропущены, собственники бизнеса спрятали личное имущество слишком далеко, а провести финансовое расследование по горячим следам не получится, так как все следы уже давно остыли.

Это не приговор и не безвыходная ситуация. О возможных путях решения этой проблемы я буду писать дальше – в главе 9 «Взыскание, когда кажется, что все уже упущено».

Главное – понимать, что чем больше времени прошло, тем меньше остается вариантов того, что вообще можно сделать с долгом.

3. Процедура не нужна

Бывают ситуации, когда процедура банкротства, к сожалению, не имеет никакого смысла. Однозначно определить такие ситуации сложно, поэтому желательно обращаться к профессиональным взыскателям для проведения проверки. Однако мы можем привести несколько примеров, когда обращение с заявлением, вероятно, лишено смысла.

● Налоговая пришла и ушла. Налоговый орган подает заявление о банкротстве должника, суд просит профинансировать процедуру либо принести доказательства наличия у должника имущества, но ничего из этого в суд не поступает, после чего производство прекращается.

Почему это показательно? У налоговой агрегируется огромный объем информации – от движений по счетам до имущества компаний и их собственников. И если при всей полноте данных налоговой не удалось убедить суд – возможно, что никаких перспектив вернуть долг уже нет.

Но не стоит и торопиться с выводами. Часто огромный объем аналитической информации налоговая компенсирует недостаточной квалификацией кадров либо отсутствием времени на анализ такой информации, в связи с чем вполне «живой» дебитор, с которого можно что-то получить, получает плашку «безнадежного».

● Караул устал, Тузик сдох и т. д. При анализе каждого сложного долга нужно понимать, что источником для его погашения может являться только какая-то иная деятельность: бизнес могут перезапустить в новой компании, с помощью регистрации бенефициара в качестве ИП либо каких-то родственных/близких лиц. Если проведенная проверка по всем доступным источникам не выявила никаких признаков «жизни», очень высока вероятность, что бизнес вашего должника прекратил свою деятельность навсегда.

Такая ситуация очень характерна для молодых компаний, которые, оказавшись в кризисной ситуации, не справляются с ней и уходят на дно окончательно.