Мои шаги эхом отражались от стен странного помещения. Внизу горел приглушенный свет.

Проход за мной с шумом закрылся. Интересно, как теперь отсюда выйти? Ничего, что-нибудь придумаю, Эрни ведь сумел выбраться.

Я пригляделась.

Небольшая комната напомнила еще один зал библиотеки. Только более вычурный и старинный. Кресла с резными ручками, камин, который освещал темноту стен, красные ковры с причудливыми узорами, шкаф на ножках и бесконечные стеллажи с надписями на незнакомом языке.

В тусклом свете я прочитала: «istorie».

Наугад взяла с полки одну из книг в красном переплете с золотым тиснением.

Книга называлась «Сотворение». На первой странице был странный рисунок: воины в латах и доспехах сражаются друг с другом на поляне рядом с замком.

В этот момент рисунок ожил, послышался лязг копий, звон мечей, гортанные голоса. Похоже, рыцари бились не на жизнь, а на смерть.

Дверь сверху скрипнула, и послышались чьи-то шаги.

Черт! От неожиданности я выронила книгу.

В тишине раздался недовольный голос миссис Уинстон:

– Берри, у тебя что-то срочное? Мне надо подготовить отчет для Господина.

Знакомый низкий голос ворчливо ответил:

– А ты как думаешь, Шарлотта?

Я с опаской огляделась. Надо где-то спрятаться. Дверца шкафа приглашающе скрипнула.

Других вариантов у меня все равно не было. Подхватив книгу и карту, я быстро залезла в шкаф и зачем-то прошептала: «Спасибо».

Дверца закрылась, и мне оставалось только наблюдать за гостями в замочную скважину.

«Место, куда приходят ОНИ»… Неужели «ОНИ» – это Берри и его хозяйка?

Если честно, то, что кот разговаривает, меня больше не смущало. Наверное, после беседы с кольцом, ночных галлюцинаций и оживших картинок в книге Нину Райн трудно чем-то удивить.

Внутри шкафа оказалось душно и темно, пахло нафталином вперемешку со старой бумагой. Под ногой у меня что-то хрустнуло.

Слава богу, миссис Уинстон с котом этого не услышали. Они были слишком заняты разговором.

Кот запрыгнул на стол, покрытый красной обивкой, и распушил хвост:

– Новая девчонка! От нее надо избавиться! Она опасна… – Мистер Берри прищурил желто-зеленые глаза.

– Опасна, и чем же? Ты ведь про Нину Райн? – Миссис Уинстон села на стул рядом с черным паршивцем.

– Да, мр-р-р-р… Ненавижу их семейку! Младшая Райн устойчива к магии, понимаешь, Шарлотта? Она ничего не забывает даже под Его влиянием! Разве ты не помнишь, в какой щекотливой ситуации мы находимся? – Кот сделал пару шагов в сторону собеседницы, отчего стол слегка скрипнул.

– Кто-то расправляется с учениками – как с жертвами, так и со слугами, уже второй месяц, Шарлотта Уинстон! Глядишь, и до нас дело дойдет!

Он прищурил один глаз и начал нервно вылизываться.

Старая учительница тяжело вздохнула:

– Что правда, то правда, только не наше это дело, Берри. Хозяева и без нас разберутся, а девчонка… Даже если она что-то заметит, ей никто не поверит. К тому же скоро ночь Жатвы. Нина Райн – жертва, недолго осталось сестре твоего любимчика Эрни. – Миссис Уинстон усмехнулась. От этой усмешки по моей коже пробежали мурашки.

Кот ударил по столу лапой. Раздался глухой звук, ваза с желтыми сухоцветами жалобно звякнула.

– Не называй его имя! Из-за него, из-за клятого Эрни я стал жалким четвероногим домашним зверем! Будь он проклят! Думаешь, приятно так жить? Есть из миски, мяукать, смотреть на всех снизу вверх! Я потерял гордость, Шарлотта. Мр-р-р!

– Ну-ну, не кипятись. – Миссис Уинстон погладила кота по мохнатой голове. – Мы уже не так молоды, где твое благоразумие, Берри!

– Подумаешь, всего лишь триста лет, – ответил ей ворчливый голос собеседника. – Лучше налей мне глинтвейн.

– Да-да. – Миссис Уинстон метнулась ко мне, то есть к шкафу. Сердце пропустило пару ударов. Я представила, как она открывает дверь, находит меня, а Берри довольно повторяет: «Я же говорил, от девчонки надо избавиться».

Вместо этого учительница подошла к стеклянному настенному шкафу и достала оттуда широкий бокал и бутылку с красноватой жидкостью.

Затем налила глинтвейн и протянула бокал мистеру Берри, который сидел на краю стола в позе, совсем не подходящей для кота: он закинул лапу на лапу и улыбался.

– Кстати, ты принесла зеркало? – Кот сделал глоток и замурчал от наслаждения.

– Конечно, принесла. – Миссис Уинстон достала из холщовой сумки большое зеркало размером с самого Берри. Зеркало украшала витиеватая серебряная рама.

– Это – «Лефевр», – тихо сказал кот, глядя на свое отражение. – «Лефевр» отвечает на вопросы. Волшебное творение великого алхимика!

Они с миссис Уинстон переглянулись, и Берри продолжил:

– «Лефевр», покажи меня настоящего.

Поверхность зеркала покрылась густым туманом, который вскоре развеялся. В отражении вместо кота появился невысокий упитанный человек в старомодном костюме с бабочкой. Он улыбался и гладил себя по черным курчавым волосам.

В это время мистер Берри проводил лапой по своей мохнатой голове.

Я чуть не вскрикнула от изумления. Сомнений быть не могло – это самая настоящая магия!

– Ты прекрасно выглядишь, Берри, – с теплотой в голосе произнесла миссис Уинстон. – Если понадобится зеркало, позови меня, я открою ящик своего стола и достану «Лефевр».

В ее руках на мгновение показался небольшой ключ, который вскоре снова исчез в кармане старомодной юбки.

– Ладно, Шарлотта. Пошли отсюда. Ты права, как всегда, – грустно ответил кот. – Скоро ночь Жатвы. Скоро придет хозяин.

В его словах слышались нотки подобострастия.

– Да-да. Господин обязательно придет нас навестить. – Миссис Уинстон почтительно склонила голову. – Пошли, Берри.

Затем я услышала звук шагов в унисон с гулкими ударами своего сердца. Похоже, они удалились.

В шкафу стало невыносимо душно, руки и ноги затекли.

Я дернула ручку, прошептав: «Откройся, пожалуйста», – и дверь со скрипом отворилась.

В комнате было пусто.

Только огонь в камине полыхал красным, да тени от языков пламени извивались на стенах.

Дрожащими руками я открыла книгу «Сотворение». Именно про нее Эрни написал в карте. Значит, на пожелтевших страницах скрыто что-то важное.

К внутренней стороне обложки был прикреплен конверт. Из него торчало что-то блестящее. Я схватила за край и вытащила… диск. Обыкновенный диск, из тех, что любили слушать и смотреть лет десять назад.

Я засунула диск в сумку и, воровато оглядевшись, направилась к выходу. Пора сматываться, пока еще кто-нибудь сюда не вошел.

Там, где открывался выход в зал с энциклопедиями, была ровная стена. Сбоку, рядом с черной гравюрой, на стене виднелся рычаг. Я опустила его, и стена поднялась, открыв проход.

В библиотеке на меня смотрела знакомая фигурка кота с глазами-бусинами. Среди пыльных стеллажей и фолиантов никого не было.

Я выдохнула, испытав смесь радости и страха. Поправила помятую одежду и вышла в читальный зал.

– Эй! – В плечо что-то кольнуло. Кто-то кинул в меня ручку?

– Ты куда пропала?

Я обернулась. На меня неприязненно смотрел Майкл Корнер. От неожиданности я выронила сумку из рук, учебники рассыпались по полу.

Мисс Клоенс открыла глаза и ошарашенно на нас уставилась, а затем стукнула кулаком по столу:

– В библиотеке должна быть тишина, молодые люди!

Пользуясь моментом, я быстро собрала учебники и направилась к выходу. Говорить с Майклом абсолютно не хотелось. Не сейчас.

Корнер сидел за партой. Когда я проходила мимо него, он громко прошептал:

– Ты что, оглохла? И где ты шаталась целый час? Нашла тайную комнату?

Я вздрогнула от неожиданности, села с ним рядом и прошептала:

– Тише…

Библиотекарь снова углубилась в чтение книги. Кажется, она нас не слышала. Я выдохнула: после всего увиденного в тайной комнате меня не страшил даже разговор с Корнером.

Мы молча уставились друг на друга, я кожей почувствовала его злость.

Он вздохнул и отвел глаза:

– Ты тоже видела это вчера на балконе?

– Это? – Я сделала вид, что ничего не понимаю, хотя на душе стало спокойней: если Майкл тоже оказался в странном средневековом саду вчерашней ночью, значит, у меня нет галлюцинаций, а значит, кабинет мисс Морган и новые таблетки отменяются! От радости я даже улыбнулась.

– Ты хоть понимаешь, о чем речь? Не строй из себя недотрогу. У меня и так глаз дергается весь день.

– Хорошо, тебе нужны ответы на вопросы, а мне CD-плеер. Может, знаешь, где его достать? – Поражаясь собственной смелости, я достала из сумки диск в белом конверте.

Майкл фыркнул:

– Ну и вкус у тебя! Что за допотопная железяка. – Поймав мой взгляд, он поднял ладони.

– Хорошо, рядом с лесом есть деревня, а там магазин с разными безделушками. Может, найдешь, хотя сомневаюсь.

Я кивнула. Можно попробовать прослушать диск на учебном компьютере в классе, тогда просто куплю наушники, и все же – лучше плеер, если удастся его найти в ближайшем магазине. На этом диске наверняка хранилась тайна. Такие вещи изучают ночью в одиночестве при тусклом свете лампы. Так, наверное, поступил бы Эрни.

На миг я представила, как Эрни, лежа на кровати в спальне Нортенвиля, слушает старый дисковый плеер.

– Эй! – Майкл провел рукой перед моими глазами. – Ты всегда такая тормознутая? Даже не спросила, как дойти до магазина.

Я с возмущением перевела на него взгляд. Если честно, мне хотелось смотреть на что угодно, только не на Майкла. И это внешнее спокойствие давалось мне с большим трудом. Мысли постоянно возвращались к вчерашнему вечеру. Даже говорящий кот и зачарованное зеркало не могли стереть из памяти лицо Майкла на фоне сюрреалистичного сада с розовыми кустами.

– Хорошо, как дойти до магазина? – Я сжала руками конверт с диском, только бы не отвести взгляд от его лица, только бы не показать, как мне неловко и стыдно!

Он вздохнул и продолжил меня разглядывать так, словно перед ним был диковинный зверек:

– Сама не дойдешь. Нужно, чтобы кто-то проводил. Ты ведь не знаешь местных дорог.

Я кивнула:

– А ты знаешь?

От удивления он присвистнул:

– Хочешь, чтобы тебя проводил я? И это после всего, что мне пришлось пережить по твоей вине? – Он ткнул указательным пальцем в мое плечо. Больно! – Ты хоть знаешь, что Арабелла мечтает стереть мерзавку новенькую в порошок?

– Постой, я вовсе…

Но Майкл меня словно не слышал:

– К тому же моя репутация пострадала! Знаешь, таким, как ты, надо учиться в полуразвалившихся провинциальных школах. Кто вообще взял тебя в Нортенвиль? – Он презрительно на меня взглянул. Так обычно смотрят на пыль под ногами или на надоедливое насекомое.

– Вот как. – Я встала. Внутри закипала злость. – Ты прав. Таким, как мы с братом, самое место среди мусора. Видишь ли, не я женюсь на дочке директора, а ты. Молодец, далеко пойдешь, особенно с Арабеллой.

На миг в библиотеке повисла тишина. Мисс Клоенс отбросила любовный роман и с неподдельным интересом наблюдала за нами.

В глазах Майкла танцевали льды Арктики на фоне свинцово-серой воды. Это было бы даже красиво, если б не его яростно сжатые губы. На миг показалось, что Корнер сейчас меня задушит или сделает еще что-нибудь ужасное, а ведь мисс Клоенс довольно далеко от нас! Успеет ли она помочь? Навряд ли, кажется, моя жизнь висела на волоске, и я могла погибнуть, так и не узнав, что случилось с Эрни.

– Ты… – Он поднялся со стула.

В этот момент дверь библиотеки открылась. В читальный зал с улыбкой вошел Стив. На лице его было написано радостное ожидание.

Увидев меня, он заулыбался еще шире и стал похож на рождественского херувима.

– Час прошел, Нина! Пойдем, ты ведь обещала всему меня научить.

Взглянув на Майкла, он приветливо помахал рукой.

– Что? Всему научить? – Корнер изумленно скривился. – Чем вы там вдвоем занимаетесь?

Стив, как назло, покраснел. В один миг он стал просто пунцовым.

– Это не то, что ты думаешь, – тихо сказал приятель.

– Эм-м, Стив. – Я подошла к нему, стараясь не замечать Корнера. – Давай отложим наши дела до вечера. Мне срочно нужно зайти в магазин рядом с деревней и купить там плеер, ну или хотя бы наушники.

– Хорошо. – Стив, пользуясь случаем, быстро направился к выходу. – Давай прогуляемся.

– Я пойду с вами, – голос Майкла прозвучал как гром среди ясного неба.

Мы со Стивом переглянулись.

– А как же твоя Арабелла? – Мне стало даже любопытно. Неужели Майкла не заботит его безупречная репутация?

Он тяжело вздохнул:

– Подождет, мы ведь идем с твоим дружком. Считайте, что меня нет.

Выходя из библиотеки, я поймала расстроенный взгляд мисс Клоенс. Похоже, одно из лучших представлений этого дня заканчивалось, теперь ей придется снова углубиться в любовный роман.