Глава 7

«Статья 49 Конституции Российской Федерации: Каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда». Эту надпись я прочитала на плакате в кабинете, где у нас проходило последнее занятие. К счастью, моя сумка и предметы, которые находились внутри, сильно не промокли. В бутылке, когда я её оставила на столе, было не так уж много воды. А тот, кто её поставил мне в сумку, крышку открутил слабо. Вода вытекла не вся, но было жутко неприятно. У меня не было сомнений, что это сделала Альбина. Только как я это докажу? Да и какой в этом смысл? Я не стала поднимать панику, кому-либо говорить об этом, кроме как Ксюше. Бутылку я выкинула, а всё остальное можно было высушить. И проблема решена…

Я сидела на последней паре вместе с Ксюшей. Она кому-то писала сообщение, при этом счастливо улыбаясь.

– С Мишей переписываюсь, – объяснила мне она.

– Не трудно догадаться, – подмигнула я ей.

Через пару минут она отложила телефон в сторону. Преподаватель нудным голосом, без каких-либо эмоций, рассказывал нам о законах Древнего Рима:

– Особую роль в разработке системы римского права сыграли классические юристы I–III вв., учение которых стало основой современного европейского права. Они делили всё право на три подсистемы: естественное право, право народов и цивильное право. Под естественным правом понимаются законы природы, существующие помимо воли человека (отсюда обожествление права) и свойственные не только людям, но и всему живому…

Я почувствовала, что меня клонит в сон – голова казалась очень тяжёлой, а глаза стали слипаться. Как хорошо было бы заснуть… Вдруг я вспомнила о встрече с Фаридом и сразу почувствовала бодрость, моя сонливость пропала. Как только закончилась пара, я попрощалась с Ксюшей и вышла в коридор. Там стоял Алик. Он явно ждал меня. На нём были синие джинсы и светлая кофта. Он поправил свои русые волосы и с улыбкой подошёл ко мне.

– Привет! Как дела, Сафия?

– Хорошо, а ты как?

– Тоже хорошо. Я что хотел… Давай прогуляемся по улице, зайдём в кафе? Погода отличная! – он с надеждой посмотрел на меня, а я не знала, куда себя деть.

– Со мной? – как будто весь мой разум куда-то делся, я не знала, что сказать.

– Да, конечно, – удивлённо произнёс Алик.

– Извини, но у меня сейчас подготовка к проекту, я не смогу.

– Да? – изменился в лице Алик. – Ну, значит, в другой раз…

– Извини, мне нужно идти, меня ждут, – сказала я тихо.

– Да-да… Понимаю. Удачи тебе в твоём проекте!

– Спасибо! Тебе тоже, – я поблагодарила парня, и мы разошлись.

Когда я зашла в библиотеку, Фарид уже ждал меня за столом. Парень сидел в самой дальней части комнаты. Как обычно, одетый во всё чёрное, он сидел с серьёзным лицом. Чувствуя лёгкое волнение, я медленно пошла в его сторону. Помимо нас, в зале находились другие студенты, которые остались после занятий. Некоторых я знала в лицо, они тоже готовились к проекту со своими напарниками. Через столик от нас Альбина сидела с парнем из Индии. Лицо её выражало недовольство, она косо поглядывала на меня.

– Ассаламу алейкум, Сафия.

– Ва алейкум ассалам, – ответила я Фариду, избегая его взгляда.

Я чувствовала, что он смотрит на меня. Не спрашивая больше ни о чём, он начал нашу подготовку. По его виду было заметно, что он чем-то недоволен, но я не могла понять, в чём дело. Опять настроения нет, что ли? Когда я посмотрела на него, он хмуро смотрел в учебник, взятый с полок библиотеки. Моё настроение испортилось…

«И вовсе я ему не нравлюсь! Кажется, я его даже раздражаю» – грустно думала я.

Я посмела не согласиться с ним в одном из пунктов нашего дела, и он недовольно посмотрел на меня. Я тоже, скрестив руки на груди, посмотрела на него.

– Ты не один решаешь, как должен выглядеть наш проект, – тихо, но твёрдо проговорила я.

– Ну извини, я не виноват, что ты не понимаешь суть этого задания.

– Как жаль, что тебе досталась такая глупая напарница! – меня задели его слова.

– Тебе бы следовало больше заниматься учёбой, а не сердечными делами.

– Что? – опешила я.

– Ты меня слышала, – холодно произнёс Фарид.

– Если у тебя проблемы или нет настроения, не нужно на мне срываться! – вскочила я со своего места и пошла прочь.

– Стой! – услышала я за спиной голос Фарида, но не стала возвращаться или оборачиваться.

Все, кто был в библиотеке, с интересом смотрели на нас, но я от злости никого не замечала.

«Напыщенный павлин! Самовлюблённый нарцисс! Что он вообще о себе возомнил?! И при чём тут какие-то «сердечные дела»? Это он о нас? О моих чувствах к нему? – мысленно негодовала я, ощущая стыд. – Неужели так очевидно, что он мне небезразличен? Буду с ним теперь общаться так сухо, чтобы у него и мысли не возникло, что он мне нравится!».

Я шла по пустым коридорам, где почти никого не было. Редко кто-то проходил мимо. Вдруг мой телефон зазвонил. Достав его из кармана, я взяла трубку. Это была Марьям.

– Сафия, ассаламу алейкум!

– Ва алейкум ассалам!

– Ты ещё в университете?

– Да, а что?

– Купи хлеб, а то у нас закончился. И килограмм сахара.

– Хорошо, нет проблем…

– А что это ты с нами не поделилась радостной новостью? – захихикала Марьям.

– Я думала, что мы подруги… – крикнула Лейла в трубку, да так громко, что я поморщилась от неожиданности.

– Вы о чём? – не поняла я.

– Тут Алик хвастался, что ты согласилась общаться с ним серьёзно… – сказала Марьям. – Когда мы были в аудитории, он чеченцам из нашей группы рассказывал. Да ещё на русском языке это говорил.

– Да это бред! Он врёт! – возмутилась я.

От неожиданности я остановилась, почувствовав головокружение.

– Так и думала, что не всё чисто… – проговорила Марьям.

– Вот он обманщик! Как так можно врать?! – чуть ли не плакала я от возмущения.

Почувствовав, что не одна, я обернулась. Передо мной стоял Фарид.

– Марьям, потом поговорим… – я положила трубку.

Он задумчиво смотрел на меня. Мне пришлось отвести взгляд.

– Ты что-то хотел? – сухо спросила я.

– Значит, Алик наврал?

По моему телу прошла тёплая волна, от которой сердце стало биться быстрее.

«Он решил, что я общаюсь с Аликом… А тот специально говорил на русском, чтобы Фарид всё понял. И он поверил… Он меня ревнует?» – задумалась я.

– Ну! Алик врёт?

– О чём?

– О том, что вы с ним серьёзно общаетесь!

– Это моя личная жизнь! – холодно произнесла я.

Моё сердце забилось еще чаще. Слабость резко нахлынула, и мне стало тяжело стоять. Рядом была лавочка, я присела на неё. Вдруг я почувствовала, что из моего носа снова идёт кровь. Отвернувшись от парня, рукавом кофты я быстро вытерла её. Фарид подошёл ко мне, не заметив моих действий.

– Посмотри за моей сумкой, – попросила я его. – Мне срочно надо…

Не вдаваясь в подробности, я быстро пошла в уборную, оставив сумку на лавочке. Пусть парень следит за ней. Представляю, что Фарид подумал про мой неожиданный визит в женскую комнату. Кровь шла из носа, но не так сильно, как в первый раз. Глядя в зеркало, я аккуратно промыла его. Пару минут подождала, но крови больше не было. Когда я вернулась к Фариду, тот сидел на лавочке и ждал меня.

– Пойдёшь со мной в столовую? Расскажешь подробно, что ты хотела изменить в проекте. А я за это, может быть, куплю тебе кофе… И даже булочку. Но только одну!

Я улыбнулась. Злость как рукой сняло. В столовой никого не было, кроме пары студентов, а в дальнем углу сидели преподаватели.

– Что будешь есть?

– Возьми то же, что и себе.

Фарид купил мне пирожок, булочку и кофе, себе взял то же самое. Перекусив, мы снова начали работать над проектом. Я достала свою тетрадь по английскому, чтобы кое-что посмотреть в ней. Но, когда я попыталась её открыть, поняла, что тетрадь мокрая.

– Ты что, в сумку воду налила? – удивился Фарид.

Тяжело вздохнув, я рассказала обо всём, что со мной приключилось.

– Ты точно помнишь, что поставила бутылку с водой на стол?

– Да! – уверенно воскликнула я. – И тем более, если бы я положила бутылку в сумку, то не стала бы ставить её крышкой вниз.

– А кого-нибудь подозреваешь?

– Уверена, что это Альбина!

– А зачем ей это?

Я хотела сказать Фариду, что девушка к нему неравнодушна, но вовремя прикусила язык. Не красиво раскрывать чувства девушки к парню.

– Не знаю… – медленно проговорила я. – Конечно, может быть, это и не она.

Фарид внимательно посмотрел на меня и сказал:

– Ты врать не умеешь.

– Зря я вообще её имя назвала, – смутилась я. – Только Ксюша из моей группы знает про этот случай. Не хочу другим об этом говорить.

– Хорошо, я могила, – усмехнулся Фарид. – Но я прекрасно знаю эти ваши женские «никому не говорила, это большой секрет».

Он так забавно произнёс последние слова, что я засмеялась. Ему тоже стало смешно. Удивительно, он и смеяться умеет!

На следующий день, когда я пришла в университет, на первых занятиях я села с Натией, Ксюшей и ещё одной незнакомой мне девушкой. Она была из другой группы и родом из Армении.

– Меня зовут Элина, – назвала нам она своё имя.

Каждая из нас представилась ей. Оказалось, что Ксюша живёт в том же районе, что и девушка. Это сблизило их, они обменялись номерами и договорились вместе ходить в университет. Философия – очень скучный предмет, но довольно-таки тяжёлый. Преподаватель объяснял нам что-то так радостно и увлечённо, будто это приносило ему огромное счастье. На разговоры студентов он не обращал внимания.

– Марьям, которая на втором курсе, ингушка, с тобой живёт? – спросила меня Элина.

– Да. А что?

– Кажется, чеченцу из нашей группы она нравится, – тихо произнесла она. – Его зовут Беслан.

– Но он же её младше на год, – удивилась Натия.

– Ну и что? – усмехнулась Ксюша. – Моя старшая сестра вышла за парня, который младше её на два года. И ничего, живут уже четыре года в браке. Вроде, всё хорошо у них.

– Ну да… – кивнула Натия. – Просто привыкли к тому, что парни женятся на молодых.

– У нас азербайджанцы живут по соседству, – начала рассказывать нам Элина. – У них такой красивый сын. Женился на японке, она его ещё и старше… Кажется, лет на пять. Вот скандал был! В итоге, она приняла ислам, и родные парня со временем признали её. А первое время кричали, что никогда не простят сына, и что внуки от «этой азиатки» им не нужны.

– Ого… – удивилась я, почувствовав лёгкую боль, как будто кто-то кольнул меня в сердце иголкой.

«Фарид… Мне никогда не быть с ним. А я всё больше привязываюсь. Фактически, я предаю своего дядю, Макку, Ризвана – всю нашу семью».

Странная пустота проникла в мою душу. Мои соседки шептались, бурно что-то обсуждая. А я не могла разобрать слов, всё больше уходя в свой мир. Звонок, свидетельствующий об окончании пары, вернул меня в печальную реальность. Но странная слабость не покидала меня. Со страхом я провела пальцами под носом – крови не было.

– Сафия, с тобой всё хорошо? – с тревогой Натия посмотрела на меня. – Ты прям бледная…

– Всё хорошо. Я просто хочу есть, – слабо улыбнулась я, и это было правдой.

Перемена длилась всего десять минут. Я бы не успела дойти до столовой, сделать заказ и вернуться обратно. Да и сил не было куда-то идти. Придётся ждать ещё 45 минут до следующего перерыва. Третья и четвёртая пара у нас были вместе со вторым курсом. Мы с Фаридом сидели вместе, как учитель по английскому нас посадил.

– Добрый день, Сафия! – громко поприветствовал меня Алик.

Фарид странно дёрнулся, но даже не посмотрел в его сторону.

– Добрый, Алик… – слабо улыбнулась я ему.

– Ты чего такая бледная сегодня? Вот, съешь шоколадку, – Алик протянул мне угощение.

Я поблагодарила его и взяла шоколад в руки. Обрадовалась даже сладости, потому что опять не успела в столовую. Только я присела рядом с Фаридом, в кабинет вошла красивая девушка. Она стала осматривать всех студентов, как будто кого-то искала.

– Кто здесь Сафия? – неожиданно громко спросила она.

– Я! – подняв руку вверх, я с удивлением уставилась на девушку.

– Можно тебя на минуту? Нужно поговорить… – девушка с улыбкой посмотрела на растерянного Алика.

Он смотрел на неё так, будто увидел саму Смерть. Мне стало любопытно, из-за чего Алик так изменился в лице.

– Конечно можно, – я вслед за девушкой вышла в коридор.

Волнения я не испытывала, но понимала, что услышу что-то интересное.