Незаметно для меня закончился сентябрь, и в свои права вступил октябрь. На улице резко похолодало, солнце скрыли тяжёлые тучи, а дожди шли почти каждый день. Как изменилась погода, так и поменялось настроение людей. Прохожие старались не задерживаться на улице, спеша укрыться на работе или у себя дома, в зависимости от ситуации. Я проснулась почти в обед и из-за этого чувствовала себя неважно. Вставать не хотелось, но я себя кое-как заставила. Сегодня на занятия идти было не нужно, ведь воскресенье – выходной день.

Марьям уже на кухне пила чай, а Лейла ещё спала, так как ночью плохо себя чувствовала. Кажется, чем-то отравилась.

– Наконец-то проснулась, я уже хотела пойти проверить, дышишь ты или нет, – фыркнула Марьям.

– Не дождёшься! – сонно проговорила я и пошла в ванную.

Умывшись и почистив зубы, я тоже налила себе чай и присоединилась к подруге:

– Ты давно встала?

– Часов в восемь… И спать уже не хотелось. Я немного убралась и только сейчас села завтракать.

– Поздний завтрак у нас сегодня, – улыбнулась я. – Что-то мне хлеба с маслом захотелось.

Я встала, чтобы взять хлеб из шкафа, так как на столе его не увидела.

– Так он у нас ещё вчера закончился, надо идти в магазин. Но мне неохота, – заявила Марьям.

– Мне тоже неохота. Я ещё не проснулась толком, – жалобно проговорила я.

– Давай тогда в «камень, ножницы, бумага», – засмеялась Марьям.

– Давай, – мне тоже стало смешно.

– На счёт три. Раз… Два… Три… – крикнула Марьям.

Я показала бумагу, а Марьям – ножницы.

– Давай иди, дурында, – захихикала моя подружка.

– Вообще нечестно, – ворча, я встала и пошла переодеваться. Приведя себя в порядок, я взяла деньги и отправилась за хлебом.

Выйдя на улицу, я ожидала, что меня встретит сырая погода. Но светило солнце, хотя было достаточно прохладно. Так как я мерзлячка, оделась я тепло и холода не чувствовала. Мне нужно было перейти дорогу, но передо мной остановилась красивая чёрная машина. Я в них не особо разбиралась, но точно знала, что недешёвая. Мне пришлось остановиться. Стекло водительской двери опустилось, и я увидела Фарида. Он улыбнулся и, открыв дверь, вышел на улицу.

– Ассалам алейкум!

– Ва алейкум ассалам! – ответила я на приветствие.

На нём было чёрное длинное пальто, похожее на моё. Только у меня был женский вариант, а у него – мужской. Значит, мы с ним по стилю подходим друг другу. От этой мысли мне стало смешно.

– Как дела? – заулыбался Фарид, заметив мою улыбку. – Вижу, у тебя хорошее настроение.

– Да, погода прекрасная, – не могла скрыть свои эмоции я. – И настроение отличное. А ты как? Купил новую машину?

– Хвала Всевышнему, купил лучше, чем та, которая у меня была. Представляешь?

– Это как? – не поняла я.

– Да я сам не поверил, когда увидел цену. Такие машины обычно дороже стоят. Но мужчине срочно нужны были деньги, и он продал дешевле. Так что я ещё с деньгами остался, и машина новее моей бывшей.

– Рада за тебя! – искренне проговорила я. – Всевышний вознаградил тебя за твою доброту ко мне.

Фарид улыбнулся мне, но промолчал.

– Ты здесь рядом живёшь? – спросила я.

– Да, я с Мухтаром снимаю квартиру чуть дальше вашего дома. А ты куда?

– В магазин. Хлеб нужно купить.

Фарид, естественно, пошёл со мной. Он накупил мне сладостей, фруктов, разных продуктов и… хлеб. Я пыталась сопротивляться, но это было бесполезно. Не драться же с ним?! Когда мы вышли из магазина, Фарид проводил меня до подъезда.

– Кстати, – неожиданно я вспомнила одну вещь. – У твоего друга Мухтара есть невеста?

– Да. А что? – удивился Фарид.

– Просто интересно, – пожала я плечами. – Он хочет жениться на этой девушке? Или его тоже заставляют?

– Нет, он в школе влюбился в неё. Они познакомились, и он её сразу засватал. Летом свадьба, – поделился Фарид.

Мы стояли возле подъезда, пакеты Фарид положил на лавочку. Нужно было быстрее распрощаться с ним, так как я боялась столкнуться с Ризваном или его соседями.

– Рада за них, – улыбнулась я.

Хотя на душе стало грустно. Ведь нам с Фаридом так просто не дадут пожениться.

– Не переживай, – улыбнулся дагестанец. – И наша свадьба будет, по милости Создателя. Я обещаю тебе, что сделаю всё для этого! – сказал он, попрощался со мной и пошёл к машине. А я счастливая смотрела ему вслед.

Увидев меня с пакетами, подруги удивились. Но узнав, кто всё это купил, стали меня дразнить, как малыши в детском саду. Лейла сегодня чувствовала себя намного лучше, поэтому с удовольствием села завтракать.

– Хватит Дагестану кормить Чечню, – захихикала Марьям.

– Ага, так же Ингушетию и Татарстан, – подхватила татарка.

– Кстати, Фарид машину новую купил, – и я в подробностях рассказала им про транспорт парня.

– Сафия, а что будет, если про ваше общение кто-нибудь узнает? – заволновалась Марьям. – Если Алик или Альбина что-то пронюхают, такое начнется… А если Ризван или его соседи увидели бы вас возле подъезда? Вы бы осторожнее!

Тут я вспомнила, как Альбина вцепилась в мой кулон, и рассказала об этом подружкам.

– А что такого? – не поняла Лейла. – Фарид религиозный, праведный. Разве он будет плохим мужем для Сафии?

– Ты не понимаешь! – возразила Марьям. – У нас, у вайнахов, (общее название чеченцев и ингушей, буквально переводится как «Наши люди») для большинства – позор выйти замуж за парня другой национальности. Каким бы праведным ни был парень, он должен быть вайнахом. У нас даже между собой: ингуши за ингушей, а чеченцы за чеченцев. Что там говорить за других! Есть такие случаи, когда девушка выходила за парня другой национальности, и её родные переставали с ней общаться. Понимаешь? Не признают больше…

– Но я знаю чеченок, которые вышли за дагестанцев или за арабов. Родные нормально отнеслись, – стояла на своём Лейла. – И вообще это неправильно! Если к мусульманке приходит свататься праведный мусульманин, и девушка согласна выйти за него, то её родные не должны отказывать.

– Полностью с тобой согласна! – не стала спорить Марьям. – Но для многих это ничего не значит. Пусть хоть выпивает, но зато свой…

Я молча слушала подружек, не в силах что-либо произнести. В руках сжимала кулон. Имею ли я право его носить? Не обманываю ли я Фарида? Ведь я дала ему согласие выйти за него. Вспомнила дядю и Макку – как много они для меня сделали. И казалось, что я очень подло с ними поступаю.

Но от мысли поставить точку в общении с Фаридом мне стало так плохо, что я чуть не разрыдалась.

– Сафия, ты чего? – с тревогой смотрела на меня Марьям.

Оказывается, я вцепилась зубами в свою руку и не заметила этого. От этого на руке остались следы – так сильно сжала!

– Ой! – опешила я, гладя на место укуса.

Лейла покачала головой.

– Сафия, не бросай Фарида. Что-нибудь придумаем… Когда делаешь намаз, проси у Аллаха, ведь Он слышит каждую мольбу!

– И осторожнее! – в который раз напомнила Марьям. – Хотя, кому я об этом говорю…

На следующий день в университете меня ждал сюрприз. Когда я на первом этаже распрощалась с Марьям и Лейлой, ко мне подошёл Фарид и вручил небольшую коробку и букет цветов.

– Ты чего? – опешила я.

Но он быстро отошёл от меня и ничего не сказал. Вот это да! Я счастливая и растерянная стояла посреди коридора, не зная, что делать. Коробку решила открыть потом и спрятала её в сумку. К счастью, никто из знакомых не заметил, кто именно вручил мне цветы. Я пошла к нужному кабинету.

– Сафия! – окликнула меня Ксюша, я сразу узнала её голос.

– Привет! – поприветствовала я подругу.

– Вот это да! – с восторгом смотрела она на цветы. – Это от кого?

– От парня… – я не знала, что ей ответить.

– От Фарида? – тихо проговорила она.

– Откуда ты знаешь?! – удивилась я.

– Да ладно тебе! – махнула она рукой. – Вы плохо скрываете свои чувства. И кулон твой от него! Я сразу поняла, что вы влюблены друг в друга, – засияла Ксюша, словно говорила о своих отношениях.

Она взяла букет в руки, нюхая и любуясь цветами.

– Ого! – неожиданно к нам подошли Ризван и Юнус.

– От кого же цветы? – спросил брат. – Ксюша, это не ты пару дней назад переживала из-за ссоры с парнем? Помирились?

Юнус хмуро смотрел на Ксюшу и на букет. И тут до меня дошло: они тайно встречаются, и парень подумал, что букет для Ксюши. Вот почему недоволен! У меня всё похолодело внутри. Ксюша тоже стояла растерянная. Значит, Ризван не знает про их отношения…

Тут прозвенел звонок, и мы поспешили в аудиторию. Ксюша по дороге отдала мне цветы.

– Извини! – мне было неудобно перед девушкой.

– Ты о чём? – смутилась та.

– Мы с Марьям видели вас с Юнусом. Так что не у меня одной есть секрет, – я подмигнула девушке.

– Ничего, я потом всё ему объясню, – не стала отрицать очевидное Ксюша.

Все в аудитории с интересом уставились на меня и на букет.

– Вот это да! – любовалась цветами Натия. – Откуда?

– Из магазина! – захихикала Элина, которая сегодня села с нами.

Альбина побледнела, увидев меня, и сразу же зашептала что-то на ухо Белле.

– Вот они могут, – покачала головой Натия.

– Сейчас думают, от кого букет, – подмигнула мне Ксюша.

– Конечно, трудно понять, от кого, – сделала вид, будто задумалась Элина.

– Вы тоже знаете от кого? – испугалась я.

– Половина университета знает, – закатила глаза Натия. Мне стало нехорошо.

На перемене, после первого занятия, Ксюше пришло сообщение. Прочитав его, она побледнела.

– Я сейчас, – сказала она и вышла в коридор.

Поняв, что пришёл Юнус, я решила выйти за ней. В коридоре действительно стоял парень, и они тихо ругались с Ксюшей.

– Я знаю, кто подарил тебе эти цветы! – гневался парень. – Я видел этого дагестанца с цветами. И давно ты общаешься с Фаридом?

– Клянусь, я с ним не общаюсь!

– И ещё со мной начала тайно общаться! – злился Юнус. – Мало одного парня?

– Не говори так со мной! – психанула Ксюша.

– Сама виновата!

Видя, что ситуация зашла слишком далеко, я поспешила к ним. Увидев меня, Юнус резко замолчал. А Ксюша, красная, чуть ли не плакала.

– Это мои цветы, Юнус, – чувствуя себя ужасно, призналась я другу своего брата.

– Да, конечно… Не нужно «выгораживать» свою подругу, – горько усмехнулся чеченец.

– Клянусь тебе! – тихо призналась я. – Фарид общается со мной.

– Не нужно, молчи! – схватила меня за руку Ксюша. – Да она врёт, меня пытается спасти…

– Что? Ты серьёзно? – не веря в происходящее, внимательно посмотрел на меня Юнус.

– Честно, – чуть ли не плача, произнесла я. – Вот кулон, смотри. Тут орёл и волк. Это его подарок мне. И за операцию Фарид заплатил, поэтому продал машину…

– Вот это да! – парень в шоке присел на лавочку.

– Пожалуйста, не говори никому, – взмолилась Ксюша. – Её же убьют, если узнают.

– Я не могу так поступить с Ризваном! – вскочил Юнус. – Как ты могла, Сафия, так поступить с родными?

Я молчала, склонив голову, не зная, что и сказать.

– Она же не специально, – вступилась за меня Ксюша. – Пожалуйста, сделай вид, что ничего не знаешь. И мы тоже не скажем… Ну, если вдруг что… Что ты знал.

– Мы просто общаемся, – тихо сказала я. – Он религиозный и воспитанный парень. Хочет сватать меня летом.

– Сафия, ты прекрасно знаешь, что тебе не разрешат за него выйти!

– Аллах способен на всякую вещь! – громко ответила я.

Юнус и Ксюша с удивлением посмотрели на меня.

– Хорошо, я ничего не знаю. Но я поговорю с Фаридом. И спрошу у Ризвана, как он смотрит на браки между чеченками и дагестанцами… – вдруг решил Юнус. – Фарид хороший парень – это правда. Хотя, я не в восторге от ситуации. Даю слово не говорить ничего никому. И больше пусть он тебе не дарит цветы… Глупый поступок!

Поблагодарив парня, я вернулась в аудиторию, оставив влюблённых поговорить. Когда я зашла в кабинет, хотела посмотреть на содержимое коробки, но, увидев любопытные взгляды в мою сторону, решила оставить это на потом. Преподаватель, увидев мои цветы, предложил оставить их у него в кабинете до конца занятий в вазе с водой. Я так и сделала… Это лучше, чем таскать их с собой по университету.

После уроков, когда в библиотеке мы встретились с Фаридом, я рассказала ему про ситуацию с Юнусом.

– Извини, это моя вина…

– Ничего, значит, так должно было быть.

– А сколько парней живёт с Ризваном в квартире?

– Мой брат Ахмед, Юнус, Мансур и дагестанец Курбан.

– Надо сказать Курбану, чтобы с нами стал жить. А то эти чеченцы раздавят его, – усмехнулся Фарид.

– А Юнус к тебе не подходил? – спросила я с беспокойством.

– Нет, я его и не видел, – ответил Фарид. – Ты за это не переживай. Я всё улажу.

– Хорошо, не буду.

Мы с Фаридом уже закончили работу над проектом, но оставались в библиотеке каждый день, чтобы побыть вместе.

Выходя из университета, Фарид вспомнил, что забыл сумку в библиотеке, и побежал за ней. Я осталась его ждать возле выхода, держа свой красивый букет. Тут ко мне подошли Альбина и Белла.

– Приветик, Сафия, – поприветствовали меня девушки.

Я кивнула, ничего не сказав.

– Как ты возгордилась, получив цветы, – с презрением посмотрела на меня Белла.

– Конечно, первый букет в её жизни, – противно засмеялась Альбина. – Что, Сафия, не привыкла к такому вниманию?

– Просто Фариду жалко стало девочку, выросла без родителей… – притворным голосом, будто жалея меня, заговорила Белла.

– Откуда вы знаете?

– Бутылка с надписью, кулон с волком и орлом, ваше поведение… Это всё уже не скрыть! – возмутилась Альбина.

– Так это ты положила открытую бутылку мне в сумку?

– Ты это не докажешь!

Я скрестила руки на груди и с усмешкой сказала:

– А тебя зависть съедает, что при всей твоей боевой раскраске он на тебя не посмотрел? Бедняжка, так старалась, а Фарид не оценил.

Альбина поменялась в лице, самодовольная ухмылка сползла.

– А ты, Белла, может, и выросла с родителями, в отличие от меня… – с жалостью посмотрела я на Беллу. – Но они тебе не дали того, что мне дали мой дядя и его жена. Самоуважение, воспитание и скромность – это явно то, что прошло мимо вас обеих! Не меня жалейте, а свой образ жизни поменяйте!

– Я всем расскажу, что ты общаешься с Фаридом, – гневно проговорила Альбина. – И тогда…

– Не только мы с Сафией что-то скрываем, – неожиданно появился Фарид и перебил девушку. – Вот у тебя, Альбина, какие секреты?

Девушка побледнела, Белла тоже выглядела встревоженной.

– Если ты решила угрожать Сафии, то я вынужден поступить так же с тобой, – хмуро посмотрел на девушек дагестанец. – И с тобой, Белла.

Обе выглядели растерянно, но ничего не сказали.

– Предупреждаю, если вы ещё раз заговорите в таком тоне с Сафией или расскажете о наших отношениях кому-то… Ваша тайна станет всеобщим достоянием, – в гневе произнёс Фарид. – Уж не вам двоим кого-то упрекать! Пошли, Сафия.

Мы вышли из университета, а парень минут пять не мог успокоиться. Хорошо, что он услышал только конец разговора.

– Ты уверен, что Альбина никому ничего не скажет? – беспокоилась я. – Или Белла?

– Не переживай, – успокоил меня парень. – Они не осмелятся…

И он хитро улыбнулся.

– Что они такого сделали? – удивилась я.

– Извини, какими бы они ни были, но низко мужчине сплетничать о женщинах.

Я кивнула, но, конечно же, интерес мой стал ещё сильнее.