Спящие ничего не ведают о том, что происходит вне их, во внешнем мире. Они витают в своих снах – подобно тому, как умерший, он или она, уже не причастен к этому миру и может видеть иные реалии. У семян и цветов свои пути. У воды и ветра, пылинок и звезд, солнца и луны – свои.

[Бог говорит], мы созидаем тернии, – они хороши как хворост для топки, и розы, источающие аромат, – розовую настойку можно использовать как лекарство. Тернии – жесткие и колючие, а розовые лепестки – нежные и податливые, но то и другое – совершенно. У некоторых людей жесткая наследственность – как тернии, у других мягкая, как лепестки. Мы располагаем суждением и различением целей. Семена похожи одно на другое, но из одного вырастает яблоня, из других – гранаты, айва, груша, слива. Однако ты должен приложить руку, чтобы помочь им раскрыть себя. Посади их в почву.

Грубые люди уместны в одних ситуациях, сердечные друзья – в других. Меч и гнев, учтивость и покорность как зерцало понимания, – применим все это как разные инструменты. Тела – покровы, помогающие обозначить душу. Расстелим свою одежду на прибрежных камнях: отстираем ее, затем прополощем, выжмем и повесим сохнуть на ветках дерева. И ныне мы сидим и чиним обновленные одежды, очищая и обновляя наши тела – одеяние души.

Иные стяжают почести и положение в обществе. А мы – скопидомы сокровищ любви и тайн присутствия. Занятие, которое не радует и не наделяет душу пристанищем, – пустая трата времени.