Цели и принципы воспитания и обучения обусловливают создание педагогических методов, под ко торы ми подразумеваются пути и способы реализации педагогических принципов и целей. Следовательно, педагогические методы являются практической частью процесса воспитания и обучения.
Педагогические методы можно разделить на две группы.
а) Методы воспитания ученика. Родители, воспитатели и учителя должны изучить теоретические и практические методы, соответствующие определённым основам и целям, выбрать из них тот метод, который наиболее соответствует имеющимся условиям, и следовать ему в воспитании своего ребёнка, воспитанника и ученика. Например, это может быть метод подражания, побуждения, наказания, осуждения, пренебрежения или др.
б) Методы самовоспитания. Стремящийся к совершенству человек должен ознакомиться с теоретическими и практическими методами духовного очищения, которые соответствуют определённым основам и целям, и выбрать из них наиболее подходящий метод, который поможет ему самосовершенствоваться. Это, например, может быть метод очищения от пороков, украшения добродетелями, поминания и размышления и др. Кроме того, поскольку человек стремится к совершенству, по столь ку он берёт пример с тех, кто уже достиг более высоких ступеней совершенства.
Более всего внимание Маулави привлекали методы самосозидания, духовного и гностического воспитания. Но при этом он не пренебрегал и методами воспитания ученика. В этой главе мы хотим пред ста вить обе группы методов воспитания с точки зрения Маулави и сопоставить его взгляды со взглядами других мусульманских мыслителей, особенно тех, кто выделялся в ишракизме и гностицизме.
Воздействие социальных и географических условий на человека не подлежит сомнению. Также никто не ста нет отрицать влияния родителей, воспитателей, учителей и в целом окружающих людей на ребёнка. Поэтому родители, преподаватели и общество в целом должны быть знакомы с педагогическими методами, чтобы правильно использовать их в воспитании учеников. Ниже мы представим методы воспитания с точки зрения Маулави.
Один из педагогических методов – подражание и следование образцу. Это один из практичных и объективных способов воспитания и обучения, имеющий большую эффективность. В первые годы своей жизни ребёнок берёт пример с родителей, учителей, друзей, одноклассников. Так формируется его личность. Немного повзрослев, он начинает подражать видным общественным, культурным, политическим деятелям.
Если родители, воспитатели, учителя и известные личности будут демонстрировать подрастающему поколению хороший пример, то можно с уверенностью сказать, что они смогут изменить личность и ми ро воззрение детей. Поэтому им следует в первую очередь исправить самих себя, так как дети считают их поведение примером для подражания.
Маулави разъясняет этот метод в очень красивой аллегорической форме и приписывает его ‘Али. Он рас сказывает, что однажды некая женщина прибежала к Имаму ‘Али и в растерянности стала говорить, что её ребёнок забрался на крышу и подошёл к самому её краю. Как бы она ни звала его, он не идёт к ней, а она боится, что он вот-вот сорвётся и упадёт. Она умоляла Имама о помощи. И тогда ‘Али посоветовал ей поднять на крышу другого ребёнка, потому что её сын возьмёт с него пример и, последовав за ним, отойдёт от края крыши. Женщина поступила так, как было ей сказано, и спасла своего ребёнка от опасности.
Метод создания примера для подражания широко используется в Исламе. В Священном Коране указывается два способа его использования.
1. Одни айаты называют пророков примерами для подражания, которым необходимо следовать:
«Посланник Аллаха – образцовый пример для вас, для тех, кто возлагает надежды на Аллаха, [верит в при ход] Судного дня и поминает Аллаха много кратно»[823];
«Прекрасный пример для вас – Ибрахим и его последователи»[824].
2. Другие айаты рассказывают о житии этих про роков и таким образом показывают практическое следование небесному руководству. В них мы читаем, например, о стойкости пророков, об их высокой нравственности, об отношениях учителя и ученика на примере Хизра и про рока Мусы.
В исламских преданиях также указывается на этот метод, и, как признаётся сам Маулави, он научился этому методу из исламских источников. К примеру, Имам Садик говорил: «Призывайте людей к Исламу своими делами, а не словами»[825].
Видные учёные современности Пиаже и Морис Дебесс также уделяли особое внимание методу создания примеров для подражания, считая его важным факто ром развития ребёнка и лучшим способом его вступления в общество. Согласно проведённым исследованиям в сфере социального обучения, личность ребёнка в целом формируется в первые семь лет. В этот период подражание другим является главным способом обучения, которое начинается с первого года жизни и более не прекращается[826]. Благодаря этому ребёнок учится у своих родителей, воспитателей, учителей, друзей и окружающих людей ходить, говорить и в целом жить. В юношеском возрасте, когда человек пытается познать себя, сформировать и выразить свою личность, он оказывается под сильным воздействием того, с чем сталкивается, и естественным образом берёт пример с родите лей, родных и близких, учителей, знаменитостей.
Поэтому следует\ помнить, что подавать хороший пример так же важно, как и подражать ему, т. е. родители и учителя могут своим достойным поведением утвердить в обществе благие качества и добродетели[827]. Исходя из этого, метод подражания является самым эффективным и влиятельным методом воспитания.
Великий мусульманский философ Ибн Сина также высказывался о методе подражания. Он считает, что обучение должно быть коллективным и что ученик должен общаться со своими сверстниками, особенно теми, кто отличается благим нравом и хорошими качествами, так как дети учатся друг у друга и стараются не отставать от других[828].
Мухаммад Кутб пишет: «Исламская педагогика, прежде всего, основывается на методе подражания, так как самый практичный и эффективный метод воспитания – это демонстрация живого примера»[829].
Великие гностики также считают метод подражания и следования своим старцам-наставникам фундаментальной основой гностицизма. Как было сказано, Маулави утверждает, что этот метод взят им из Ислама. Основатель философии озарения Шейх Ишрак также убеждён в том, что ученик перенимает поведение своего учителя и что без наставника невозможно достичь мудрости и духовного воспитания, ведь он открывает своему последователю новые горизонты и облегчает путь к новым познаниям и достижениям[830].
Сам Шейх Ишрак совершил много путешествий и перенёс немало трудностей ради того, чтобы найти себе пример, достойный подражания. Он пишет: «Мне почти тридцать лет, и большая часть моей жизни прошла в странствиях и поисках осведомлённого спутника»[831].
Теперь приведём несколько двустиший Маулави об эффективности метода подражания:
Одна женщина пришла к Муртазе,
Сказала: «Мой ребенок оказался на краю жёлоба.
Когда зову его, не идёт в руки,
А если оставлю, боюсь, он упадёт вниз.
Он неразумен, чтобы, подобно нам, понять [слова],
Если скажу ему: «Иди ко мне, чтобы [избежать] опасности!»
Не понимает и жестов рукой,
А если и понимает, не обращает внимания, это тоже бесполезно.
Я много раз показывала ему молоко и грудь,
Он отворачивает от меня глаза и лицо.
Во имя Истинного! Вы, о великие [мужи],
Приходите на помощь в этом мире и в том мире!
Скорее придумай лекарство, ибо трепещет мое сердце,
Что в страдании я потеряю плод своего сердца».
[‘Али] сказал: «Принеси какого-нибудь ребёнка на крышу,
Чтобы тот мальчик увидел своего сородича.
К сородичу он быстро пойдёт от жёлоба,
Сородич всегда любит сородича».
Женщина так и сделала, и когда её ребенок увидел
Своего сородича, радостно повернул к нему лицо.
В сторону крыши направился от края жёлоба,
Знай, что сородич всегда влечёт сородича[832].
В этом рассказе Маулави очень изящно описывает пользу и влияние этого метода, и, что самое главное, он приводит пример из жития Имама ‘Али. Также он призывает наставлять людей на праведный путь своими благими деяниями, так как практическое наставление не только эффективнее, чем теоретическое, но и лучше демонстрирует, что проповедник не стремится к силе и славе:
Когда Сулайман входил каждое утро на рассвете
В мечеть, чтобы наставлять рабов [Божьих],
Он поучал, иногда речами, музыкой и пением,
Иногда действием, то есть коленопреклонением или молитвой.
Поучение действием притягательней для людей,
Ибо оно проникает в душу каждого слышащего и глухого.
Воображаемого превосходства в нем меньше,
Его влияние на паству сильно[833].
Человек по природе нуждается в любви и нежности. Поэтому ребёнок хочет, чтобы его обнимали, носили на руках, играли и нянчились с ним. Это всё естественные потребности, которые должны удовлетворяться.
Психологические исследования доказали, что активное присутствие ровесников очень позитивно влияет на психическое развитие ребёнка. Если ребёнок проводит большую часть времени в одиночестве вдали от общества и ему не хватает любви и внимания, как это часто бывает в детских приютах, то его развитие идёт медленнее, и у него появляется больше психических расстройств. В своих работах Шпиц называл это явление «негативным влиянием няни вместо мамы». Результатом отлучения ребёнка от матери, т. е. нехватки любви и внимания, может быть либо отставание в развитии, либо его нарушение[834].
По мере роста и развития ребёнок всё больше нуждается в проявлении любви со стороны родных и близких. В период полового созревания, когда в нём усиливается потребность проявления любви к другим, он особо нуждается в тёплой и дружественной атмосфере дома, в школе и в обществе. Поэтому родители и учителя должны пользоваться методом проявления любви и с его помощью облегчить воспитание ребёнка. И будет ещё лучше, если они станут откровенно выражать свою любовь на словах, так как открытое проявление позитивных эмоций укрепляет добрые отношения между воспитателем и воспитанником.
Однако следует учитывать, что чрезмерное проявление любви к подопечному так же вредно, как и не проявление. Это может лишить ребёнка чувства не зависимости и уверенности в себе, превращая его в из неженного, самодовольного эгоиста с завышенными ожиданиями. По этому воспитатели должны проявлять свою любовь к воспитаннику в необходимой мере, не впадая в крайности.
Маулави считает метод проявления любви очень эффективным, способным изменить человека изнутри. Благодаря ему воспитатель может вызвать любовь и доверие воспитанника, чтобы тот мог делиться с ним своими секретами.
Любовь придаёт человеку силы терпеть невзгоды так же, как заставляет власть имущих смириться со своим рабским положением. Так говорили Маулави и все мусульманские мыслители. Секрет быстрого распространения Ислама заключался в любви Пророка к людям, о чём сказано в Коране: «По милосердию, внушён ному тебе Аллахом, ты[, Мухаммед,] простил им. Если бы ты был суровым и жестокосердным, то они не пре мен но покинули бы тебя»[835].
Любовь Пророка к людям стала причиной того, что Ислам приняли даже его самые лютые враги. Благодаря этой любви все мусульмане настолько сильно привязались сердцем к величайшему учителю человечества, что всеми силами поддерживали Ислам и ничего не жалели ради своей веры. Путём проявления любви Пророк создал из людей эпохи невежества общину самых верных, набожных и добродетельных людей.
Да, величайший учитель опирался в своем призыве на любовь и нежность. Он наказывал своим последователям: «Любите детей и будьте к ним сострадательны»[836]. Беря с него пример, Имам Садик говорил: «Если вы любите кого-то, то скажите ему об этом, ибо это укрепит любовь меж вами»[837].
Следуя завету Посланника Аллаха, мусульманские мыслители строили свои педагогические учения на основе любви и нежности. Так, например, Шахид Сани в книге «Мунйат ал-мурид» пишет, что качества хорошего воспитателя – это любовь к воспитанникам, благонравие и мягкость в общении. Опираясь на айаты Корана и предания, он заключает, что каждый учитель и воспитатель должен облагораживать свой нрав в отношении воспитанников, проявлять к ним любовь, обращаться ласково и показывать свою расположенность. Однако при этом он, как искусный исцелитель, должен выбирать тот или иной педагогический метод, исходя из имеющихся условий[838].
Шейх Ишрак также считал, что любовь порождает знания и является одним из главных условий достижения совершенства. Он называл её основой всех сфер и отраслей[839].
Теперь приведём несколько двустиший Маулави о силе проявления любви:
Из-за любви горькое становится сладким,
из-за любви медь превращается в золото.
Из-за любви винный осадок становится прозрачным [вином],
из-за любви болезни излечиваются.
Из-за любви умерший оживает,
из-за любви шах становится рабом.
Эта любовь есть порождение [Божественного] знания.
Разве может недостойный муж воссесть на такой престол?[840]
Не ограничиваясь разъяснением сильного и глубокого влияния любви в притяжении и покорении умов и сердец, Маулави считает связь воспитанника и воспитателя связью части и целого, а ведь если часть от делится от целого, то она погибнет:
Сказал Пророк: «Для вас, о вельможи,
я как отец, сострадательный и добрый,
Потому что вы все – части меня».
Часть от целого зачем отрываете?
Часть была отрезана от целого и стала бесполезной,
член был отрезан от тела и стал мертвечиной[841].
Поощрение – один из главных методов исламской педагогики, так как она зиждется на любви и снисходи тельности. Путём поощрения можно повышать интерес и желания воспитанника к совершению благих дел и укреплять в нём чувство любви, уважения и уверенности в себе.
Если поощрение не даёт нужных результатов или даже приводит к обратному эффекту, то в целях предупреждения воспитанника и предотвращения повторения недостойных поступков, а также ради сохранения здорового микроклимата в семье, школе и обществе вначале следует сделать ему выговор, а затем и наказать. Разумеется, применение наказания призвано не навредить, а наставить воспитанника на правильный путь, ведь беспечность к отклонениям приводит к негативным последствиям.
Следовательно, поощрение и наказание необходимы для того, чтобы добиться лучших результатов в воспитании и обучении, и потому нельзя применять одно, пренебрегая другим.
Что такое поощрение и наказание?
Поощрение – это позитивная реакция на хорошее поведение воспитанника. Эта реакция может быть разной. Так, например, воспитатель может похвалить своего подопечного, выразить свою любовь к нему, до верить какое-нибудь ответственное дело, сделать какой-нибудь подарок и т. д.
Наказание – это негативная реакция на плохое поведение воспитанника. Она также может быть разной. Например, воспитатель может хмурить брови, жёстко говорить, холодно относиться, специально игнорировать, что-то запретить, дать сложное задание и т. д.
Как видно, поощрение – это вознаграждение того, кто старается выполнить свои задания, а наказание – это воздаяние ослушнику за его проступки. Смысл поощрения и наказания заключается в том, что нельзя одинаково относиться к хорошим и плохим поступкам воспитанников.
Здесь возникают два главных вопроса: что думают Маулави и другие мусульманские мыслители о поощрении и наказании, особенно о телесном наказании, и каков взгляд Ислама на этот счёт?
Ислам признаёт принцип поощрения и наказания, так как не считает добро и зло равными меж собой и не относится к благодетелям и злодеям одинаково. Как сказано в Коране: «Не равны добро и зло»[842]. Имам ‘Али в своём нетленном письме к Малику Аштару пишет: «И да не будут злодей и добродетельный в твоих глазах равны, ведь в этом для добродетельных в их добродеянии – разубеждение, а для злодеев в их злодеянии – наставление! И предназначь каждому из них то, что он сам себе предназначил»[843].
Ислам отдаёт предпочтение поощрению, но если оно не приносит должного результата, а лёгкие формы наказания, т. е. игнорирование, строгий тон, суровый взгляд, не оказывают воздействия, то дозволяются ли телесные наказания?
Физическое наказание ради собственного удовлетворения запрещается. Но если не остаётся иного пути исправления воспитанника, то физическое наказание как исключительный метод допускается, но при условии соблюдения определённых правил.
Маулави закладывает основу воспитания и обучения на поощрении и проявлении любви и во многих местах говорит об их определяющей роли. Но вместе с тем он говорит и о наказании. Ведя речь о дозволенности применения физического наказания в определённых случаях, Маулави отмечает, что истинный учитель является поверенным Господа и потому никогда не прибегнет к наказанию в своих интересах и ради собственного удовлетворения. Он использует этот метод с целью исправить недостатки ученика. Если учитель накажет своего подопечного так, что тот умрёт, то ему самому не грозит никакая кара, потому что он является поверенным Бога. Но если отец, наказывая своего ребёнка, убьёт его, то он должен выплатить виру, так как, возможно, он прибегал к наказанию в своих интересах:
Когда учитель ударит юношу и тот погибнет,
на учителя не падёт ничего, пусть не боится,
ведь учитель – помощник [Бога] и попечитель,
для любого попечителя решение будет таким же.
Не обязан служить учителю тот [= юноша],
поэтому учитель, мучая того, своей выгоды не ищет.
А вот если отец ударит, то ради себя самого ударит,
непременно от [ответственности] платить за кровь он не освободится[844].
Известный мусульманский мыслитель Джахиз пишет о поощрении и наказании следующее:
«Система бытия зиждется на поощрении и наказании. Без них не будет правильного руководства. В системе воспитания и образования также необходимо, чтобы старательность поощрялась, а лень – наказывалась. Потому что поощрение и наказание – как два крыла птицы. Подобно тому, как птица не может лететь с од ним крылом, система воспитания и образования не может привести к желанной цели, если будет прибегать толь ко к поощрению или станет искать решения в наказании. Разумеется, поощрение и наказание – очень сложное искусство, которое требует знания и умения использовать его в подходящий момент»[845].
Ибн Сахнун считает, что наказание – это один из педагогических методов, который учитель обязан применять ради большей старательности учеников, их правильного воспитания и недопущения того, чтобы они мешали друг другу. Однако наказание сверх трёх обычных ударов недопустимо[846].
Великий мусульманский философ Фараби пишет:
«Наказание – это не только способ предотвращения пороков, но и побуждения к добродетелям. Поэтому желательно обращать внимание на роль боли и удовольствия людей по двум причинам: ради предотвращения пороков и ради побуждения к добродетелям»[847].
Мусульманский педагог Кабиси считает, что воспитатель должен вначале использовать лёгкие формы наказания. Если это не даст никаких результатов, то лишь в последнюю очередь он может прибегнуть к физическому наказанию от одного до трёх ударов в соответствии с провинностью[848].
Другой великий мусульманский философ Ибн Сина считает, что поощрение и наказание – это своего рода гарантия выполнения намеченной программы воспитания и образования. Он утверждает, что существует разные виды и формы поощрения и наказания, и убеждён, что реакция учителя на плохое поведение ученика должна быть соответствующей и проявляться постепенно. Вначале ему следует отворачиваться, затем хмуриться, после этого вселять страх, потом осуждать, и лишь в исключительных обстоятельствах он может прибегнуть к физическому наказанию[849].
Доброе увещевание – один из общепринятых в Исламе методов воспитания и обучения. Увещевание – это взвешенные и уместные слова, которые исходят из глубины сердца с целью призвать к добру и праведности, и которые выражаются мягко и кротко, так как благожелательны.
Польза доброго увещевания заключается в том, что оно устраняет беспечность, подавляет гнев и страсть, смягчает и очищает сердце[850]. Для того чтобы жить достойно, человек часто нуждается в знаниях и наставлениях. Но так как он беспечен и себялюбив, большая часть действительности скрыта от него. И так как он действует без необходимых знаний, в конце его ждёт сожаление. Но если кто-нибудь из добрых побуждений обратится к нему с благим увещеванием, своевременно и взвешенно разъяснит ему истину вещей, то он избежит многих трудностей и проблем.
Порой сказанные другим человеком слова оказывают большое воздействие, даже если он не сказал нам ничего принципиально нового. Потому что человек создан таким, что доброжелательное назидание позитив о влияет на него. Он может знать многое, но не придавать этому значения. Потому-то воспитатели должны разъяснять своим воспитанникам истину в форме доброго увещевания.
Всевышний Господь не только называет себя увещевателем[851], а Коран – увещевающей книгой[852], но и повелевает Пророку призывать людей к Исламу добрым увещеванием: «Призывай[, о Мухаммад,] на путь Гос пода мудростью и добрым увещеванием»[853]. Также Он говорит, что Лукман воспитывал своего сына увещеванием[854].
Маулави очень часто ведёт речь о добром увещевании. Так, он утверждает, что Божьи пророки воспитывали своих последователей назиданием и увещеванием, и называет увещевательным свой метод воспитания, выраженный в форме рассказов и аллегорий. В этом отношении он обращает особое внимание на два главных момента:
1. Если увещевание взвешенно, уместно и своевременно, оно оказывает очень большое влияние, настолько большое, что может изменить мировоззрение и ми ро ощущение людей. Говорят, когда пророк Давуд начинал проповедовать, его благая речь, шедшая прямо из сердца, в корне меняла людей в лучшую сторону. Также из истории нам известно, что, когда колдуны Фараона услышали проповедь пророка Мусы и увидели его деяния, то отреклись от того, чем раньше занимались, не побоявшись мучительных наказаний своего правителя.
2. Главное условие воздействия увещевания – готовность слушателя воспринять его. Если у человека нет внимающего сердца, то какие бы проповеди ему не читали, они на него не повлияют. Он просто не ста нет их слушать. Как известно, очень многие упрямые люди яростно противостоят добрым увещеваниям и опровергают их, отстаивая свою правоту.
Теперь приведём несколько двустиший Маулави о добром увещевании:
Пророки сказали про себя: «Доколе
мы будем давать тому и этому проповеди и советы?..»[855]
Услышь этот рассказ и сочти его за увещевание,
чтобы не утомиться [потом] от недостатка и вреда[856].
В этих двух двустишиях речь идёт о том, каким образом пророки воспитывали последователей, и о том, что рассказы «Маснави» призваны увещевать читателей и наставлять их на праведный путь. Маулави пишет, что необходимо вслушаться в его рассказ и принять его как назидание, чтобы не отчаяться из-за тех трудностей, которые постигнут нас и наших близких в этом мире:[857]
У кого-нибудь, от Адама и доныне,
разве был голос, подобный орга́ну,
Который во время каждой проповеди умерщвляет по двести [человек]?
Человека его прекрасный звук уничтожает!
Лев и лань собираются в это время
к его наставлениям, не заботясь друг о друге.
Горы и птицы вторят его словам,
и те и другие во время [его] призыва являются его собеседниками[858].
В этих двустишиях речь идёт об удивительном воздействии проповеди пророка Давуда.
Мусульманские мыслители не только считали доброе увещевание одним из самых эффективных методов воспитания и обучения, но и, следуя ему, оставили в своих книгах немало проповедей. Так, например, Ибн Сина начинает свои проповеди следующими словами:
«Самый разумный человек тот, кто старается ради загробной жизни и прозорливо смотрит на этот мир, считая его изменчивым и преходящим… а самый лучший и красивый дар – это увещевание»[859].
Шейх Ишрак в конце книги «Хикмат ал-ишрак», прибегая к методу доброго увещевания, пишет в разделе «Завещание автора» следующее:
«Завещаю вам, братья мои, соблюдать повеления Аллаха и отречься от того, что Он запретил, полностью покориться Ему, прекратить бесполезные слова и дела и избегать всего сатанинского. Братья мои, знайте, что постоянные мысли о смерти помогают стремиться к совершенству»[860].
Ещё один общепринятый мусульманскими учёными метод воспитания и обучения – совещание. Это один из древних педагогических методов, который веками практиковался человечеством в самых разных формах, а за последние полвека даже превратился в отдельную специализацию.
Совещание – интеллектуальный и мировоззренческий процесс, который протекает между тем, кто обращается за советом, и советчиком с целью утверждения или изменения позиции первого, чтобы он мог по ступить более разумно и решил возникшую у него проблему. Следовательно, совещание – это более дли тельный процесс, чем обычное назидание и увещевание.
Маулави достаточно часто говорит о позитивной роли совещания, отмечая, что оно помогает людям по смотреть на возникшие вопросы в другом ракурсе, отнестись к ним более мудро и принять более правильные решения. Он не только напоминает о необходимости совещания, но и разъясняет его главные принципы, которые должны соблюдаться советчиком и обращающимся за советом человеком, чтобы оно было максимально полезным. Например, советчик вначале обязан детально узнать о возникшей проблеме, задавая тому, кто обратился за советом, необходимые вопросы, затем проникнуться к нему любовью и состраданием, вселить в него надежду и хранить его тайну.
Ниже мы приведём несколько стихов Маулави о важности совещания, его роли и условиях, а затем рас смотрим позицию Ислама и мнение некоторых мусульманских мыслителей.
Посоветуйся ты с праведниками,
знай, что [даже] Пророку велено: «Советуйся с ними!»
Потому было «дело их по совещанию»,
что благодаря совету меньше бывает упущений и кривды.
Сии разумы как сияющие светильники:
двадцать светильников дают больше света, чем один[861].
В делах необходимо спрашивать совета,
чтобы в конце было поменьше раскаяния.
Община спросила: «У кого нам спросить совета?»
Пророки отвечали: «У разума-имама».
Если ты советуешься со своей плотской душой,
то что бы он ни подсказала, поступай вопреки этому подлецу[862].
Совет восприятие и рассудительность даст,
разумы разуму свою помощь окажут[863].
Потому что если один разум объединится с другим,
[это] препятствует злодеяниям и злословию…
Если один ум объединится с другим умом,
то свет увеличится, и виден станет путь[864].
Совещание – не только одна из самых древних разумных традиций в истории человечества, но и один из исламских принципов, составляющих основу не только педагогической, но и культурной, политической и социальной систем Ислама. О нём очень многое сказано в Священном Коране и изречениях религиозных лидеров. Сам Господь повелел пророку Мухаммаду совещаться в своих делах с мусульманами[865], невзирая на то, что, как говорит Маулави, нет более правильного мнения, чем мнение Пророка:
Повеление «советуйся с ними» Посланнику пришло,
хотя и решения нет его решению равного[866].
Священный Коран гласит, что истинные мусульмане отличаются своей склонностью к совещанию: «Вершат свои дела по взаимному совету»[867]. Примечательно то, что, во-первых, сура называется «Совет», хотя речь о нём идёт лишь в айате 53. Во-вторых, Господь упоминает совет меж двух очень важных вопросов – молитвы и милостыни.
О совещании, его целях и задачах, качества советчика и обращающегося за советом человека и т. д. можно говорить очень долго, но здесь мы не станем вдаваться в такие подробности.
Мусульманские мыслители придают совещанию огромное значение. Они всегда прибегали к нему как к очень полезному методу воспитания. Так, Ибн Сина пользовался этим методом как в деле воспитания и обучения, так и при лечении психических болезней. При ведём два примера.
Ибн Сина утверждает, что обучение должно быть коллективным, и считает, что детям необходимо учиться вместе со сверстниками, так как это увеличивает их тягу к учёбе. Кроме того, обмен мнениями и обсуждение пройденных уроков между детьми развивает их мышление[868].
Ибн Сина обращался к методу совещания для лечения психических болезней, таких как безумство, меланхолия и т. п. В книге «Чахар макала» («Четыре статьи») Арузи говорится, что однажды Ибн Сина пришёл к больному и, осмотрев его, попросил привести кого-нибудь, кто знает все места города. Когда привели такого человека, Ибн Сина взял руку больного и, на щупав пульс, попросил гостя перечислять названия районов города. Когда тот дошёл до одного из на званий, пульс пациента стал учащаться. Тогда гость стал перечислять названия кварталов этого района. И когда он дошёл до названия одного из кварталов, пульс больного участился ещё больше. Когда же он назвал очередную улочку этого квартала, пульс участился удивительным образом, а когда он, перечисляя имена хозяев домов, упомянул одного из них, пульс стал зашкаливать. Тогда Ибн Сина понял, что больной влюблён, а его воз любленная живёт в этом доме[869].
Метод совещания является одним из видов лечения в психотерапии, проходящего в форме общения между советчиком и нуждающимся в совете человеком с целью наилучшего решения возникших у последнего проблем.
Маулави также приводит в «Маснави» рассказ о том, как некий падишах влюбился в страдающую наложницу и стал принимать меры к ее выздоровлению, а когда лекари не смогли излечить её, он обратился к Господу и стал молить Его исцелить наложницу. После этого падишах встретил одного из Божьих угодников, который взялся за лечение больной. Вот как он рассказывает эту историю:
Руку он к пульсу ее приложил и, одно-другое,
вновь расспрашивал о Произволе Небес…
На повествование истории ее навострил он ухо,
на пульс и биение его навострил он рассудок…
Город за городом, дом за домом историю она рассказывала,
ни вена /ни жила/ не дрогнула ее, ни щёки не побледнели.
Пульс её был в своем состоянии, без нарушения,
пока он не спросил о Самарканде, (который) как канд.
Пульс подскочил, лицо зарделось и побледнело,
ибо от одного самаркандца, ювелира, её отлучили.
От страдалицы мудрец эту тайну узнав,
корень боли и беды [её] обнаружил[870].
Извлечение назидания – один из неоспоримых методов воспитания и обучения в Исламе. Этот метод учит тому, что человек должен вдумываться в те или иные события, оценивать их, изучать их детали и извлекать из них необходимые уроки, чтобы в будущем не совершать ошибок.
Маулави рассказывает об этом методе в «Маснави» и утверждает, что если человек извлекает для себя назидания из действий других людей, то это является показателем его разумности, мудрости и проницательности. Он считает, что таким образом человек сможет найти своё лучшее место в этом мире.
Раз извлекла ты назидание из [судьбы] волка презренного,
то ты не лиса, ты львица моя.
Разумным будет тот, кто извлечёт назидание
из смерти друзей в беде предостерегающей[871].
Усмири гнев, открой глаза, возрадуйся,
Возьми пример с друзей [Господа], стань учителем![872]
Маулави приводит историю пророка Мусы и Фир‘ау на во всех подробностях и приходит к выводу, что каждый человек может извлечь для себя урок из это го рассказа. Он призывает нас совершить странствие в свой духовный мир, чтобы найти этих персонажей в себе. Он уверен, что в каждом из нас есть Муса и Фир‘аун, которые борются между собой, чтобы вести нас своим путём:
Упоминание о Мусе оковами для мыслей стало,
мол, это рассказы, которые давно случились.
Упоминание о Мусе – это как покрывало,
но свет Мусы – это твоя наличность, о добрый человек!
Муса и Фир‘аун – в твоём существе,
надо этих двух врагов искать в себе самом[873].
В Коране и изречениях религиозных предводителей также очень много сказано о необходимости извлечения назидания. Священные тексты побуждают чело века к тому, чтобы он мудро оценивал все события и изменения, происходившие и происходящие в этом мире, и извлекал из них уроки. Коран и предания рассказывают истории прошедших народов затем, чтобы мы учились на их примерах.
Всевышний Аллах говорит в Коране, что приводит истории пророков для того, чтобы они служили нам уроком и примером: «В повествовании о [деяниях] посланников заключено назидание для разумных мужей»[874]. Рассказывая о битве между мусульманскими воинами и служителями неверия при Бадре, Всевышний Аллах в начале и конце айата говорит, что в этом рассказе есть назидание для людей разумеющих: «Знамением для вас было столкновение двух отрядов… Воистину, в этом [со бытии] – назидание тем, кто обладает зрением»[875].
Исходя из этого последнего айата, можно заключить, что необходимо видеть во всех событиях и явлениях Божье знамение и через них постигать самого Бога. Обратите внимание, в начале айата говорится: «Знамением для вас было столкновение двух отрядов».
Религиозные лидеры также говорили, что метод из влечения назидания даёт человеку мудрость, прозорливость и защищённость. И чем больше человек извлекает уроков из жизни, тем меньше совершает ошибок. Предания гласят, что истинно верующий чело век смотрит на мир взором оценивающим и рассудительным. Имам ‘Али говорил: «Воистину, верующий взирает на этот мир оком внимания»[876].
Ислам предписывает приводить наказание пре ступ ника в исполнение в присутствии людей, чтобы это послужило уроком как ему самому, так и присутствующим. В этом принципе хорошо видна важность метода извлечения назидания. О публичном наказании преступников в Коране сказано: «А при наказании их пусть свидетелями будут некоторое число верующих»[877].
Этот метод воспитания и обучения практиковался как в старину, так и в настоящее время. Многие мусульманские педагоги, мистики и поэты очень часто обращались к нему. Например, известный поэт VI века лун ной хиджры Хакани, возвращаясь из паломничества, увидел руины не когда величественного города Мада’ин и написал очень поучительную газель. Вот некоторые её строки:
О сердце, извлеки урок из того, что видишь.
Дворец Мада’ина считай зерцалом поучений.
Зубец каждого замка даёт тебе наставление,
Наставление верха зубца услышь из корня зуба.
Ты спрашивал, куда ушли те венценосцы?
Теперь чрезо земли вечно ими беременно.
Каждый увозит из Мекки чётки из почвы Хамзы,
Ты же увези из Мада’ина чётки из почвы Салмана[878].
Са‘ди также упоминает об этом методе в своём «Гулистане»: «Счастливцы берут пример с деяний и трудов своих предшественников, прежде чем их собственные по ступки становятся примером для их потомков; зато вор не может удержать рук от кражи, пока их не укоротят.
Птица не приблизится к зерну,
Коль другую видит средь сетей;
Ты бери пример с чужой беды,
Чтобы быть примером для людей»[879].
Рассказ – один из самых притягательных и эффективных методов обучения, посредством которого можно красочно описать реалии жизни и сильно воздействовать на слушателей.
В поэме «Маснави» Маулави чаще всего обращается именно к рассказу. Он объясняет в этой форме истины духовных странствий, а также сложные и необъятные грани человечества. Он называет свою поэму анализом сущности человека и отражением его внутреннего состояния:
Послушайте-ка, приятели, этот рассказ,
сам он есть истина происходящего сейчас [в душе] у нас[880].
Рассказы «Маснави» чаще повествуют о животных, о древних мифах и легендах, об исторических личностях и религиозных лидерах, о житии святых людей и т. д. Но читатель должен отвлечься от этих внешних форм и постигнуть суть рассказов.
В Священном Коране также использована форма рассказа. Однако целью Священного Писания является не изложение той или иной истории во всех по дробностях, а наставление людей на путь спасения и счастья: «И Мы рассказываем тебе из вестей о [прежних] послан никах всё то, чем укрепляем твоё сердце. И с этими [рассказами] к тебе пришли и истина, и увещевание, и наставление для [всех] верующих»[881].
Рассказ – один из тех педагогических методов, которые широко использовались в прошлом и не утратили своей актуальности в наше время. Великие педагоги, мистики и поэты часто обращались к этому методу, вы ражая через него свои этические, педагогические, мистические, социальные и другие взгляды.
Ибн Сина, Шейх Ишрак и многие другие мусульманские философы также излагали некоторые свои мысли посредством этических и мистических рассказов. Так, Ибн Сина написал в форме рассказа «Саламан и Абсал»[882], а Сухраварди – «Ал-Гурбат ал-гарбийат»[883]. Великий поэт Са‘ди также выразил большую часть своих социальных и этико-педагогических воззрений в форме рассказа. Его книги «Гулистан» («Розовый сад») и «Бустан» («Плодовый сад») полны рассказов, которые побуждают читателя к глубоким размышлениям.
Аллегория как метод воспитания и обучения используется с целью воплощения образа мысли в воображении читателя или слушателя для его наилучшего постижения. Аллегория похожа на сравнение, с той разницей, что аллегория – это сравнение множества с множеством, т. е. когда несколько объектов сравнения сопоставляются с несколькими средствами сравнения, то это обычно называется «аллегорией». Например, сопоставление неразумных людей, которые работают с книгами, с ослами, на которых погружены книги[884].
Способность говорить аллегориями свидетельствует о широте мысли, величии разума и творческом духе. Великие гностики и мыслители часто прибегали к этому методу, чтобы объяснить духовные истины и об легчить людям восприятие сложных духовных понятий. Маулави также пользовался этим приёмом для разъяснения своих мыслей и их утверждения в умах своих читателей. Многие тонкие и сложные понятия раскрываются им посредством последовательных аллегорических рассказов. Приведём несколько примеров из его аллегорий.
Знай, что плохая мысль – это отравленный ноготь,
глубоко царапает он душу[885].
Маулави утверждает, что дурные мысли и намерения человека подобны отравленному ногтю, который не толь ко царапает и уродует душу, но и наносит смертельную рану. Эта аллегория наиболее ёмко и полно доводит до читателя мысль о разрушительной силе плохих мыслей.
Всякий, у кого слабы телосложение и естество,
не хочет, чтобы кто-нибудь был здоровым[886].
У льва детёныш похож на него,
чем же ты похож на Пророка? Скажи!..
Любой ум, в котором возникли какие-нибудь фантазии,
если ты будешь приводить доводы, его фантазии только увеличатся…
Сердце не утешится лживыми речами,
смесью воды с маслом не разожжёт светильник[887].
Са‘ди также очень часто обращается к аллегории в своих книгах «Гулистан» и «Бустан». Например:
Ясновиденья нет у меня – и когда бы меня попросили,
Что бы мог я ответить о том, кто отличий лишён?
Ведь влюблённые сокрушены даже мыслью одной о любимой,
Как же голос расслышать того, кто навек сокрушён?
Хозяин яркой краской красит зданье,
Хоть рушится, истлевши, основанье…
Осёл не будет ничему научен,
Хотя бы связкой книг он был навьючен…[888]
Философско-мистическая проза Шейха Ишрака очень изящна, полноценна и оснащена разными художественными приёмами, в особенности аллегорией. Он выражает посредством этого тропа свою творческую мысль во многих произведениях. Например, в книге «Му’нис ал-‘ушшак» он обращается к этому приёму для разъяснения тончайших мистических вопросов о любви, красоте и печали, а в трактате «Ал-Гурбат ал-гарбийат» очень красочно описывает духовные странствия человека, факторы самосовершенствования и виды за вес из света и тьмы, удивительным образом изображая само отречение человека и путь его возвращения к источнику света[889].
Нет никакого сомнения в том, что все эти мыслители позаимствовали сие искусство у вечного чуда Ислама – Священного Корана, ибо он обращается к аллегории для разъяснения высших духовных понятий. Например, деяния грешников сравниваются в Коране с маревом в пустыне и мраком в морской бездне[890], не верные – с теми, кто блуждает в непроглядном мраке[891], ханжи – со скалой, покрытой слоем земли[892], бездействующий учёный – с огрызающимся псом[893] и навьюченным книгами ослом[894].
Как было сказано, методы воспитания и обучения делятся на две группы: методы воспитания ученика и методы самовоспитания. Вышеприведённые приёмы используются для воспитания ученика. Теперь мы вкратце рассмотрим способы самовоспитания.
Вначале следует отметить, что в исламском гностицизме существуют два основных раздела в том, что касается духовного очищения. Это – ступени духовного странствия и методы самовоспитания.
Большинство гностиков и суфийских течений делят духовное странствие на семь ступеней. Часть мистиков, намного увеличив это число, доводят его до тысячи. Но и эти многочисленные ступени можно объединить в семь основных. ‘Аттар Нишабури в своей известной книге «Мантик ат-тайр» («Язык птиц») упоминает семь следующих ступеней: просьба, любовь, знание, достаток, единобожие, растерянность и растворение в Боге.
Некоторые мыслители считают, что знаменитые в персидской литературе поэмы, состоящие из семи рас сказов: «Рустам ва Исфандийар» («Рустам и Ис фандийар») и «Хафт пайкар» («Семь красавиц») – являются метафорой на эти семь ступеней[895]. К сожалению, здесь мы не можем рассмотреть ступени духовного странствования. Поэтому ограничимся кратким изложением некоторых способов самосовершенствования.
Первый шаг на пути самосовершенствования – следование своим знаниям. Если человек будет практиковать то, что знает, то Господь поможет ему, даруя свет и открывая новые горизонты.
Моралисты, педагоги и гностики считают, что следование своим знаниям – это один из важнейших методов самосовершенствования. Маулави утверждает, что мистики познали этот путь и потому последовали им, преодолевая трудности, и достигли своей цели. А те, кто изнежил себя, остались на первой ступени, так как не последовали своим знаниям.
С точки зрения Маулави, смысл знания – это действие, и потому критерием человечности должны быть практические действия, а не теоретические знания. Необходимо обращать внимание на то, следуют ли учёные своим словам или нет? Ибо если их знания будут воплощаться в дела, то это озарит не только самих учёных, но и заблудших людей, направляя их на праведный путь. Поэтому тот, кто не следует своим знаниям и не делает того, что говорит, подобен бесплодному дереву:
Человек подобен дереву, а корень его – завет,
о корнях же надобно заботиться с усердием…
Не будь же ослеплен его знанием, ищи завета,
ибо знание подобно скорлупе, а завет – его ядро[896].
Шахские всадники в скачке умчались,
олухи в конюшне разгрузились[897].
Маулави уверен, что истинное знание – это знание через свидетельствование, приобретаемое только через действие. Разумеется, следование внешним наукам может постепенно открыть путь к совершенству и привести к интуитивно-априорному знанию:
Знание, которое не бывает от Него без посредника,
оно не продержится долго, как и краска [украшающей] камеристки.
Однако если такой груз ты прилежно потащишь,
то груз заберут и пожалуют тебе радость[898].
Са‘ди пишет:
«Кто учился наукам и не применил их на деле, похож на человека, вспахавшего волом землю, но не посеявшего семян»;
«Одного человека спросили:
– На кого похож учёный без трудов?
– На пчелу без мёда, – ответил он»;
«Двое напрасно трудились и без пользы бились: тот, кто копил и не воспользовался накопленным, и тот, кто учился и ничего потом не сделал.
Как много в жизни ты ни выучил наук,
Коль не приложишь их, то будешь неуч, друг…
Осёл не будет ничему научен,
Хотя бы связкой книг он был навьючен…
Безмозглый скот – как может он узнать,
Что он везёт – полено иль тетрадь?»[899].
Шейх Ишрак также считает следование знаниям одним из главных способов достижения совершенства и потому призывает к благим делам тех, кто стремится к самосовершенствованию. Он уверен, что истинные по знания придут тогда, когда человек станет повышать свои сведения путём добрых деяний и духовных упражнений[900]. Ссылаясь на айат «А тех, которые радели за Наше [дело], Мы наставим на Наши пути. И, воистину, Аллах с теми, кто вершит добро!»[901] и изречения
Пророка «Кто искренне ради Аллаха будет совершать благие дела в течение сорока дней, с его сердца на его язык пробьются источники мудрости»[902], он указывает на влияние благодеяния на увеличение знаний и сравнивает следование знаниям с верховым животным. Следует отметить, что первое и последнее завещание Шейха Ишрака – применение знаний на деле[903].
Источником вдохновения всех мусульманских педагогов, моралистов и мистиков в этом плане, несомненно, является Коран. Именно Коран научил их тому, что первый шаг к совершенству – это реализация своих знаний. Всевышний Господь сравнивает тех учёных, которые не следуют своим знаниям, с ослами и со баками[904] и, осуждая их, говорит: «Неужели вы станете призывать людей к добродетели, предав забвению свои [деяния]»[905].
Пророк сказал: «Учёные бывают двух видов. Одни следуют своим знаниям. Они будут защищены от плохих последствий Судного дня. Другие беспечны и не следу ют своим знаниям. Они несчастны и в Судный день будут воскрешены в таком состоянии, что обитатели ада будут страдать от их смрада и зловонья»[906].
Имам ‘Али сказал: «Знание сопутствует действию, и кто знает, должен действовать, ибо знание вопиет о действии, и хорошо на призыв этот ответить, иначе знание покинет тебя»[907].
В Коране и преданиях можно найти очень многое о связи знания и действия, следования знаниям, опасности бездействующего учёного и т. д., но здесь мы ограничимся вышесказанным.
Любовь к Богу – наилучший эликсир, который питает исламскую этику, педагогику и гностицизм. И, так как она имеет несколько ступеней, первые ступени можно назвать методами воспитания и обучения, а последние – его целью.
Маулави считает любовь самым лучшим методом воспитания и утверждает, что духовное само совершенствование возможно посредством неё. Потому что любовь имеет такую силу, что меняет влюблённого, лишает его плохих свойств, направляет к единению с Воз любленным и объясняет, что нрав и поведение влюблённого должны соответствовать Его ожиданиям, а это создаёт благоприятную почву для самовоспитания. Влюблённый видит весь мир красивым, так как смотрит на него глазами Возлюбленного и видит только Его. Любовь ведёт влюблённого к самоотречению и слиянию с Возлюбленным, чтобы он одно за другим перенял Его качества:
Всякий, чья одежда от любви разорвалась,
он от жадности и изъяна полностью очистился.
Здравствуй, о любовь, обмен приятный наш,
ты – врачеватель всех недугов наших.
Ты – лекарство от спеси и чести /тщеславия/ нашей,
ты – Ифлатун [= Платон] и Джалинус [= Гален] наш.
Тело приземленное от любви на небеса взошло,
гора пустилась в пляс и ловкой стала[908].
Любовь, как котел, способна вскипятить море;
любовь точит горы, как песок.
Любовь раскалывает в небе сотню расщелин,
любовь сотрясает землю без причины[909].
Любовь Того избери, у Которого все пророки
обрели от любви Его могущество и владычество.
Ты не говори: «Нас не пустят к тому Шаху на приём».
Со щедрыми дела [иметь] нетрудно[910].
Шейх Ишрак посвятил описанию любви и её влиянию целый трактат, который назвал «Фи хакикат ал-‘ишк» («Об истине любви»). В частности, он в нём пишет: «Любовь – это средство, которое приводит ищущего к искомому, а путника к совершенству. Поэтому необходимо пожертвовать ради любви коровой своей души. Той коровой, которая обладает двумя го ловами. Одна голова – это алчность, а другая – мечты. И эта корова не разбирает молодых и старых. Поэтому для того, чтобы впустить в себя любовь, необходимо пожертвовать своей плотской душой. Если путник ста нет влюблённым, то любовь сможет полностью поглотить его и вознести до ступени тех, кому Господь скажет: «Войди в круг Моих рабов! Войди в Мой рай!»[911].
Метод самоконтроля и самокритики помогает сохранять мотивацию при самовоспитании и само обучении. Его важность заключается в том, что хорошая личность человека не может сформироваться без постоянных благих деяний.
Самоконтроль и самокритика на языке гностиков означают постоянную и непоколебимую приверженность заключённому с Богом завету. Стремящийся к само совершенствованию человек должен всегда контролировать свою плотскую душу и оберегать свой внешний и внутренний мир, чтобы соблюдать Божьи предписания и удостоиться Его благ. Также он должен постоянно давать оценку своим действиям.
Самоконтроль и самокритика – самый лучший метод самовоспитания, и потому мусульманские мора исты и гностики уделяют ему особое внимание. Маулави много говорит об этом методе и, называя его путём к совершенству, внутреннему откровению и духовному свидетельствованию, утверждает, что без него не возможно пройти «семь городов любви»:
Если ты станешь внимательным и бдительным,
То каждый миг будешь видеть ответ на свои дела.
Если станешь внимательным и схватишься за вервь,
Тебе не нужно будет являться [на Суд] в День воскресения…
Смотри, будь внимательным, если нуждаешься в
[чистом] сердце,
Ибо в результате каждого дела нечто появляется у тебя.
Если же твоя целеустремленность больше, чем это,
[Твое] дело поднимется выше [состояния] внимательного[912].
Наблюдай за своими состояниями,
увидь в правосудии нектар, а в последствиях угнетения – жало[913].
Шейх Ишрак также отмечает необходимость самоконтроля и самокритики. Он пишет: «Все науки служат тому, чтобы человек не был беспечен и знал, что не сотворён для стремления к погибели. Он должен пробудиться и выйти из опочивальни природы, а для этого необходим самоконтроль и постоянство»[914].
Шейх Ишрак утверждает, что большую часть своих знаний он приобрёл не путём размышления и аргументации, а посредством духовных упражнений[915]. Духовное упражнение означает, что человек отрекается от страстей, преодолевает преграды, стоящие на его пути к самосовершенствованию, приучает себя мало есть, спать и говорить и занимается самоконтролем и самокритикой[916].
С точки зрения Ислама, самоконтроль, постоянные благодеяния и самокритика – самый лучший способ самовоспитания и самосовершенствования. Обращаясь к мусульманам, Аллах говорит: «Вы сами отвечаете за себя»[917]. А Имам ‘Али говорил: «Плод самокритики – благость души»[918].
Коран – самое красивое, высокое и последнее слово Божье к человечеству. На протяжении истории эта книга смягчила самые чёрствые сердца, склонила самые гордые головы и создала из воспитанников эпохи невежества такую великую общину, которой не могла противостоять ни одна держава.
Влияние Корана было, есть и будет таким глубоким, что его чтение ввергает в трепет набожных людей[919]. Он вводит в сердца врагов такой страх, кто они призывают друг друга на помощь, чтобы противостоять его мощи[920].
Коран – это книга света, руководства, жизни, исцеления, справедливости и поминания Господа. Если читать Коран правильным образом, понять его смысл и следовать ему, то он будет путеводителем чело века, поможет в решении трудностей и приведёт к совершенству.
Маулави пишет о Коране: «Не стоит думать, что слова Корана подобны обычным словам и что они имеют обычные значения. Потому что та внешняя форма, которую ты видишь, имеет великое внутреннее со держание, которое имеет ещё несколько скрытых со держаний. Если ты будешь читать Коран, вникая в глубины его смыслов, то твоя душа настолько увеличится, что желание взлететь ввысь никогда не покинет её. Ибо Коран – книга живых людей. Он суть житие пророков, живая вода и вечная жизнь. Если ты будешь читать Коран и не примешь его, то этим отвергнешь пророков и ввергнешь себя в погибель. Никогда не воспринимай его как «Калилу и Димну» или «Шахнаме».
Маулави пишет, что для постижения смысла Корана необходимо обратиться за толкованием к самому Ко рану или к тем, кто одолел свои страсти и полностью посвятил себя этому Писанию:
Есть Коран [выразитель] состояний пророков,
[сих] рыб чистого океана (Божественного) величия.
Если прочтешь ты и Коран не воспримешь,
на пророков и аулийа’ [хоть] мельком взгляни.
А если восприимчив ты, то когда прочитаешь истории,
птице души твоей тесно станет в клетке.
Птица, что в клетке узницей является,
не ищет освобождения [лишь] по незнанию.
Духи, кои из клеток уже освободились,
суть пророки – проводники достойные.
Извне придёт их глас[, возвещающий] о религии:
«Путь к твоему освобождению – вот он, вот![921]
О смысле Корана спрашивай лишь сам Коран да того человека, который сжёг [свои] страсти,
Став перед Кораном жертвенным и приниженным,
дабы Коран стал самим его духом.
Когда масло пало жертвой для розы,
тогда ты хоть масло нюхай, хоть розу[, запах их одинаков][922].
Шейх Ишрак также считает чтение Корана эффективным способом самовоспитания и саморазвития. Он пишет: «Подобно тому, как Господь творит и созидает, Он наставляет на прямой путь и приводит к совершенству. И подобно тому, как существа неспособны творить, их слова и наставления не могут быть полезными, если того не пожелает Господь. Он пожелал, чтобы мы руководствовались Кораном. Поэтому мы должны обратиться к нему и постоянно читать его»[923].
Шейх Ишрак говорит, что чтение Корана действенно при соблюдении двух условий:
а) человек должен читать его так, будто он ниспослан только ему;
б) человек должен читать его тогда, когда он бодр и весел, ибо чтение Корана по принуждению или при усталости не даёт ожидаемых результатов[924][925]
Зикр означает положение, когда язык, сердце и душа человека заняты поминанием Аллаха, а разум поглощён мыслями о Его любви. Душа и сердце, которые вмещают в себя любовь к Богу и поминают во славу имя Его, очищаются и озаряются. Они приобретают способность отражать божественный свет и достигать истинных, недоступных разуму знаний и неописуемого спокойствия и умиротворения.
Маулави считает, что тафаккур должен совмещаться с зикром, потому что зикр улучшает и очищает тафаккур. Зикр полностью погружает человека в тафаккур и освобождает его от всего скверного. Он не только возвышает мысли человека, но и воспитывает его внутренние чувства:
Столько мы наговорили, об остальном [сам] поразмысли,
если [же] мысль [твоя] закоченеет, то ступай,
Богопоминание (зикр) произноси.
Зикр приведёт мысль к колебанию [= вызовет её вибрацию],
зикр для такой окоченевшей [мысли] солнцем сделай[926].
Поминание Истинного чисто; когда чистота приходит,
собирает пожитки и уходит скверна[927].
Взывай непрестанно к Истинному, сожги голоса гулей,
глазами-нарциссами не смотри на этого коршуна[928].
Шейх Ишрак также считает зикр действенным способом самоочищения и ставит его выше, чем тафаккур. Он отмечает, что человек нуждается в тонкой, полезной и целенаправленной мысли, а её возникновение возможно только в результате постоянных размышлений над величием Господа, над великолепием Его созданий, над грандиозностью мироздания, началом и концом бытия. Он написал много полезного о зикре и тафаккуре, о видах зикра, о временах зикра и т. д., но здесь у нас нет возможности рассказать об этом.
В заключение следует сказать, что методы само воспитания с точки зрения Маулави не ограничиваются пятью вышеприведёнными методами. В его трудах можно найти намного больше методов, но мы здесь ограничимся тем, что приведём названия некоторых из них. Это – Очищение души и сердца от пороков, Украшение внутреннего мира добродетелями, Терпение и стойкость в достижении духовных степеней, Покаяние, Следование наставнику.