Мир Марфар

Небо над северными землями пылало багровым закатом, словно сама природа предвещала конец долгой войны. Клэйтон стоял на скалистом уступе, его доспехи, иссеченные когтями тварей, тускло поблескивали в последних лучах солнца. Внизу, у подножия ущелья, кипела битва. Драконы, расправив крылья, метали огненные шквалы, выжигая ряды чудовищ, а люди сомкнули щиты, образуя живую стену. Воздух дрожал от рыков, криков и лязга стали. Это была последняя атака — остатки армии монстров, вырвавшихся из запретного леса, рвались к свободе, обезумев от ярости.

— Они пытаются прорваться к долине! — крикнул Эдрик, командир одного из отрядов, отрубая голову твари с клыками, торчащими из спины. Его лицо было залито кровью, но глаза горели. — Если пройдут — всех убьют!

Клэйтон кивнул, сжимая рукоять меча. Чешуя под кожей ладоней пульсировала, напоминая о драконе, рвущемся наружу. Он взмахнул рукой, и в небо взметнулся сигнальный шар — алый, как кровь. Ответом ему стали десятки огненных вспышек: драконы ринулись в пике, выжигая землю. Чудовища взвыли, корчась в пламени, но их было слишком много. Они лезли вперед, не чувствуя боли, подчиняясь древней ненависти.

— Второй ряд, копья! — рявкнул Клэйтон, и воины выставили оружие, вонзая его в щупальца, хватавшиеся за щиты. Один из драконов, молодой синечешуйчатый Сарин, рухнул на землю, пронзенный ядовитым жалом. Клэйтон прыгнул вниз, прикрывая его тело, и выпустил дракона. Чешуя покрыла кожу, крылья расправились, пламя вырвалось из пасти, испепеляя тварей волнами.

— Держись! — крикнул он Сарину, но тот уже не дышал.

Сердце Клэйтона сжалось, но отступать было нельзя. Он взмыл вверх, увлекая за собой десяток драконов. Их огонь слился в единый смерч, поглотив центр вражеских рядов. Земля треснула, открыв пропасть, куда рухнули десятки монстров. Люди воспользовались моментом — лучники выпустили стрелы с серебряными наконечниками, а маги ударили молниями по остаткам.

Это была победа.

Победа, которая всем слишком дорого обошлась.

* * *

Особняк Далласов встретил Клэйтона тишиной. Сбросив окровавленный плащ, он медленно поднялся по лестнице. В библиотеке, у камина, его ждала Линда. Не та, что была его парой, а настоящая хозяйка тела — та, что вернулась из другого мира.

— Они мертвы, — сказал он, опускаясь в кресло. — Все. Война окончена.

Линда кивнула. Её глаза, хоть и были знакомыми, светились иначе. Она была совершенно иной. Чужой. Все было чужим — взгляд, походка, движения и манера речи. И из-за этого рядом с ней Клэйтону было тяжело находиться. Он не мог до конца осознать, что это тело теперь занимает другая душа. Оно у него ассоциируется с его истинной, а понимание того, что сейчас там кто-то другой, причиняет боль.

— Это хорошо, — тихо вымолвила Линда, прикрывая глаза. — Значит, скоро хранительница сдержит свое обещание. Ты… ты уже решил, что скажешь Лине? Сможешь ее убедить вернуться сюда?

Больше всего на свете Линда боялась того, что застрянет здесь, в своем собственном теле. Да, здесь ее семья, к которой она могла бы вернуться, но не стала этого делать.

Линда любила свою семью, но она уже выросла и готова покинуть отчий дом. Ей пришло время строить свою семью, и она готова это сделать только с тем, кого выбрало ее сердце — с Андреем.

Именно рядом с ним она почувствовала себя живой.

Лишь рядом с Андреем она стала по-настоящему счастливой.

Если бы у нее не было надежды, что она вернется к нему, то Линда бы давно опустила руки.

— Я сделаю все для того, чтобы она вернулась ко мне, — выдохнул Клэйтон.

— Так любишь ее? Или все дело только в истинности, которая сводит тебя с ума вдали от нее?

— Раньше я думал, что все дело именно в истинности, но сейчас понимаю, что нет. Я бы полюбил ее и так. Она именно та, с кем бы я хотел провести жизнь, и та, ради кого умер бы, не задумываясь. Только вот понял я это почему-то лишь тогда, когда ее потерял. Возможно, все сложилось бы иначе, если бы я…

— Не надо винить себя. Ты ничего не потерял. У тебя будет шанс все исправить. Не упусти его, Клэйтон.