Понедельник наступил слишком быстро. В воскресенье я почти не выходил из квартиры — большую часть дня работал. Пару раз выглядывал, проверить, не появляется ли Дилан, но она вела себя тихо.

Я облажался, когда высадил ее у дома. Я специально держал дистанцию, потому что это притяжение было опасным. Всю последнюю неделю в поездке я старался держаться подальше, виделся с ней только когда без этого было никак.

Она, черт возьми, на меня работала, и все это только усложняло ситуацию.

Это всего лишь влечение.

Я справлюсь.

Но за этот уик-энд я по ней скучал. После того как мы провели вместе столько времени за последние пару недель. Мне не хватало ее дурацких вопросов и сарказма.

Но я это переживу.

Сегодня по дороге на работу мы почти не разговаривали. Мы оба почти одновременно написали Галлану, и он добавил нас в общий чат. Но мы и там друг друга не замечали — только сообщили, что готовы, чтобы нас забрали. Похоже, теперь и она меня избегала: кроме короткого приветствия, я от нее ничего не услышал.

Сегодня у нас был обед с моим отцом и Роджером — нужно было обсудить все, что произошло в поездке.

Ну, кроме сексуального напряжения и идиотских розыгрышей, которые мы друг другу устраивали.

А вечером я собирался ужинать с Сабиной. У моей сестры был талант возвращать меня на землю. Она собиралась принести еду навынос и рассказать про своего нового парня.

Вот такое отвлечение мне и было нужно.

Дилан выделили кабинет через два от моего. Я услышал смех и направился туда. Остановился в дверях и увидел, как мой брат Себастьян сидит напротив ее стола и флиртует вовсю, а она заливается смехом.

Ну конечно.

Он же чертовски смешной брат.

Душа любой компании.

Парень, у которого ни одной серьезной кости в теле.

— Прошу прощения, я не мешаю? — спросил я, стараясь скрыть раздражение.

Себастьян был ловеласом, а Дилан — красивой женщиной. Он бы точно попытался выстрелить.

Я знал его достаточно хорошо.

Дилан подняла глаза, и плечи у нее напряглись, когда она увидела меня.

— Здравствуйте, босс. Чем могу помочь?

Та еще язва.

— А, я смотрю, кто-то решил показать, что он тут главный. Большой, волосатый тунец, да? — Себ расхохотался.

— Большой кахуна, — я закатил глаза.

— Точно. В общем, я просто зашел познакомиться с нашим новым главным юристом. Хотел пригласить ее посмотреть отдел маркетинга и представить всем.

— У нее девяностодневный испытательный срок. Я бы не стал знакомить ее со всем офисом заранее, — я приподнял бровь и встретился с ней взглядом, когда она одарила меня своим фирменным убийственным взглядом.

— Папа сказал, что она почти получила работу, если поездка прошла удачно. А Дилли говорит, что все прошло отлично.

Черт бы его побрал. Он уже придумал ей прозвище.

— Это еще не решено. У тебя разве нет работы?

— Не особо. Работа, знаешь ли, теплая. Папа хочет, чтобы я вникал, так что я просто присматриваю за процессами. Может, сходим за кофе, я покажу тебе все, Дилли?

Он встал, а у меня сжались кулаки.

— С удовольствием. Спасибо, Себ.

Отлично. У нее и для него было прозвище.

Просто замечательно.

— Я вообще-то зашел напомнить про обед. Галлан будет ждать нас внизу чуть раньше полудня.

— Ага, я в курсе, босс. Спасибо, что напомнил. Увидимся позже.

И она, покачивая бедрами, прошла мимо меня.

Я стоял и смотрел, как они уходят по коридору, болтая без умолку, пока мой брат флиртовал вовсю.

Я простонал и вернулся в свой кабинет.

Следующие несколько часов я с головой ушел в работу, пока моя ассистентка Тони не появилась в дверях и не сказала, что пора на встречу.

— Черт. Ладно, спасибо. Мисс Томас готова?

— Да. Я только что видела, как она села в лифт и поехала вниз.

Я кивнул и направился к лифтам, а потом — к ожидавшей машине. Галлан уже почти закрыл дверь, но, увидев меня, снова ее распахнул.

Я сел внутрь.

— Привет, — буркнул я. — Как утро прошло?

— Нормально. Я занялась парой вопросов, которые просил Роджер, и познакомилась со всеми в рекламном отделе.

— Ага. Вы с Себом выглядели очень уж уютно.

Она прищурилась.

— Я думала, мы завязываем с тоном?

— Я сказал, чтобы ты завязала, а не я.

Она закатила глаза, когда мы остановились у ресторана. Нас проводили к столику у окна, и отец написал, что они с Роджером задержатся на пятнадцать минут. Мы заказали газированную воду и сидели молча, пока вокруг гудел зал. Это был дорогой ресторан в центре, вечно забитый под завязку.

Она явно все еще злилась из-за того, что случилось, когда я высадил ее у квартиры. Из-за того, что я почти перешел черту. Она фактически выставила меня за дверь, и слава богу, потому что сам я бы уйти не смог.

— Я… э-э… хотел… — начал я и осекся, подняв глаза.

Дилан резко втянула воздух, и это привлекло мое внимание. Она смотрела куда-то мне за плечо, широко раскрыв глаза.

— Эй. Не задавай вопросов. Просто подыграй мне, я потом все объясню, — сказала она, и в ее голосе прозвучало отчаяние, чего от нее я точно не ожидал.

Ее ладонь легла на мою, и она придвинула стул ближе. Она откинула голову и рассмеялась — явно фальшиво, потому что мы даже не разговаривали, — а потом уткнулась лицом мне в шею.

Мягкие губы коснулись чувствительного места под ухом.

Черт возьми.

Эта девушка заводила меня так, как я и представить не мог. Моя рука инстинктивно легла ей на плечо, потом запуталась в шелковистых волосах, пока я вдыхал ее запах.

— Дилан. Что ты здесь делаешь? — низкий голос заставил меня вздрогнуть.

Она отстранилась, переплела пальцы с моими и положила наши руки на стол — явный жест, чтобы он понял, что мы вместе.

Мужику было за сорок, серебро в волосах выдавало его с головой. Дорогой костюм, тяжелый взгляд, впившийся в нее.

Мне это чертовски не понравилось.

Она даже не поздоровалась. В голосе звучала злость.

— Я здесь со своим парнем. Иди найди свой столик и шагай дальше.

Выстрел прозвучал.

Черт. Я видел ее злой и раньше, но это был другой уровень.

— И давно вы встречаетесь? — спросил он. У него дернулась челюсть, кулаки сжались по бокам. Я умел считывать позы и реакции в конфликте. Этот тип был на грани.

Только не при мне.

— Моя девушка попросила вас отойти. Я могу либо вывести вас сам, либо вы решите не устраивать сцену и уйдете к черту сами.

Дилан сжала мою руку.

— Да, мужик, без проблем. Просто удивился, увидев тебя, Дилан. Я тебе звонил несколько раз, а ты, очевидно, меня заблокировала.

Что, мать твою, вообще происходило?

Она снова прижалась ко мне и слегка прикусила мочку уха, и я едва не рассыпался прямо за столом на глазах у этого придурка, который кипел, глядя на нас.

Наконец до него дошло. Я проследил взглядом, как он пошел вглубь ресторана. Он сел за столик к группе мужчин, спиной к нам. Потом обернулся и встретился со мной взглядом.

Да. Я тебя вижу, ублюдок.

Он резко отвернулся. Дилан отстранилась, посмотрела в его сторону, затем придвинула стул на пару сантиметров и сделала глоток воды. Я ждал.

И ждал.

— Что это, мать твою, было? — прошипел я, и она резко подняла голову.

— Ничего. Не раздувай. Сейчас придут твой отец и Роджер.

— Я спрашиваю, кто это, черт возьми. Либо ты говоришь мне, либо я сейчас туда пойду и спрошу сам.

У нее отвисла челюсть.

— Это просто парень, с которым я сходила на свидание. Один раз. Всего один. Мы пару недель созванивались, пока я не согласилась встретиться, а он оказался полным крипом. Все. Они идут.

Это еще не конец. Я докопаюсь.

— Простите, что опоздали. Ты же знаешь, как пресса, — сказал отец, садясь напротив Дилан, а Роджер занял последний свободный стул.

У меня в голове все еще крутился тот урод с другого конца зала.

— Ничего страшного. Я с радостью расскажу обо всех потрясающих встречах за последние две недели.

Дилан замолчала, когда подошел официант, и мы быстро сделали заказы, чтобы перейти к делу.

Я откинулся на спинку и дал ей вести разговор, вмешиваясь только когда меня напрямую спрашивали. Это был ее момент, и она его заслужила. В поездке она пахала как проклятая, и если бы я приписал себе хотя бы половину интереса к будущему с «Лайонс», я бы соврал.

Она все тщательно подготовила и очаровала каждого до последнего.

Нам подали еду, и мы продолжили разговор за обедом. Но я не мог выбросить из головы этого ублюдка, который явно выбил ее из колеи, как бы она ни делала вид, что это не так.

Краем глаза я заметил, как он направился в сторону туалета. Я убедился, что Дилан занята вопросами отца и Роджера.

— Прошу прощения, — сказал я и поднялся из-за стола.

Они кивнули и продолжили разговор, а я скользнул по коридору к мужскому туалету. Когда я вошел, этот ублюдок как раз застегивал ширинку. Я подошел к раковине и включил воду, чтобы помыть руки.

Он встал рядом, и наши взгляды встретились в зеркале.

— О, привет, — он прочистил горло, яростно намыливая руки, будто готовился к операции. Он нервничал. — Просто хочу предупредить тебя по-мужски. Не стоит слишком в нее вкладываться.

Я выключил воду, взял пару бумажных полотенец и внимательно его оглядел.

— И почему же?

— Она та еще динамщица. Я сводил ее в лучший ресторан в той захолустной дыре, где она живет, мы вернулись к ней, а она меня отшила. Она решила, что я пришел просто выпить вина и поболтать. Девчонка вообще не в себе.

Он выключил воду и вытер руки.

Вот почему ты продолжаешь ей названивать, хотя она тебя заблокировала?

— То есть ты из тех парней, которые считают, что если купили женщине ужин, она им что-то должна? — я шагнул ближе.

Он поднял руки, нервно хихикнув.

— Обычно и ужина не требуется, но да. Я взрослый мужик. Я не собираюсь ухаживать за какой-то школьницей.

У меня вскипела кровь, руки чесались врезать ему как следует.

— И при этом она, скорее всего, вдвое моложе тебя.

— Слушай, мужик. Я знаю, что она тебе нравится, но просто предупреждаю. Она врезала мне по паху и потом достала нож. Она чертова психопатка.

Нож? Любопытно.

— Интересно, с чего бы ей пришлось защищаться и доставать оружие. И если она такая ненормальная, почему ты до сих пор ей звонишь? Почему она тебя заблокировала? — я сделал шаг вперед, прижимая его спиной к стене.

— Я… э-э… хотел все прояснить.

— Что именно ты хотел прояснить? Что раз ты купил ей ужин, тебе можно ее трахнуть? Ты это имеешь в виду?

Его глаза расширились, он отвел взгляд. Жалкий кусок дерьма.

Этот тип был самодовольным ублюдком.

И единственная причина, по которой Дилан Томас могла достать нож, если она почувствовала угрозу.

Я обхватил его за шею и прижал большой палец к кадыку.

— Ты знаешь, как легко перекрыть человеку воздух? На самом деле все сводится к давлению.

Я навалился на него весом, и он не дернулся. Его слова едва слышались.

— Я вызову полицию.

— Сомневаюсь, придурок, — я усмехнулся. — Видишь ли, я могу сказать, что ты мне угрожал, а я защищался. И я очень сомневаюсь, что ты захочешь скандала перед теми мужиками, с которыми ты тут сидишь. Вряд ли кто-то одобрит то, что ты лез к женщине, а потом продолжил ее преследовать.

Он сдавленно вдохнул, когда я усилил нажим.

— Ладно. Прости, — он заскулил, как последняя тряпка.

— Да. Ты еще пожалеешь. Если ты хоть раз посмотришь в сторону Дилан Томас, я тебя найду и, черт возьми, прикончу. Ты будешь не первым, так что не испытывай судьбу.

Я просто пытался до усрачки его напугать. Я убивал в бою, но ему об этом знать не обязательно.

Он закивал, лицо налилось багровым, а страх в глазах говорил сам за себя.

— Ладно, — выдавил он.

Я убрал руку с его горла и отступил. Он несколько раз закашлялся и согнулся, упираясь руками в колени, пытаясь восстановить дыхание.

Дверь открылась, и в туалет зашли двое парней из его компании. Он быстро выпрямился и повернулся к раковине.

— Мы уже начали за тебя переживать, — один из них усмехнулся и кивнул мне, когда я прошел мимо.

Я направился к выходу и задержался, чтобы услышать, что он скажет.

— Да, мне нужно было сделать пару звонков. Моя девушка сегодня прилетает из Нью-Йорка, — сказал этот ублюдок, когда дверь за мной закрылась.

Меня бесило, что то, что между ними произошло, напугало ее настолько, что она схватилась за оружие. Она была не из робких. И я, черт возьми, вынужден был признать, что мне до безумия нравилось, что она без колебаний умеет за себя постоять.

Когда я подошел к столу, ее взгляд встретился с моим, и я понял, что она все знает. По тому, как она на меня смотрела.

Она не злилась.

Она была заинтригована.

Но если ей нужны ответы, сначала ей придется ответить на мои вопросы.