Нашу жизнь – такую многогранную, многосложную, соединяющую в себе столь различные направления, компоненты, части, – без труда можно попытаться представить себе как конструкцию, более или менее продуманную, более или менее изящную, более или менее крепкую. При этом основанием данной конструкции является смысл. И от того, насколько он глубок и серьезен, насколько он понятен для нас, насколько мы следуем ему, и зависит степень защищенности конструкции нашей жизни от повреждений.
Мы постоянно подвергаемся различным испытаниям – так устроен мир или иначе, в таком плачевном состоянии он находится сегодня, изначально будучи устроенным идеально. Несчастные случаи, злой умысел неблагонамеренных людей, предательство и коварство, болезни и преступления, стихийные бедствия и войны – далеко не полный перечень того, что создает ситуации, которые становятся для нас в полном смысле слова критическими. Проверяют, как говорится, на прочность.
И конечно, очень важно понять, что именно степень нашей прочности (или же степень прочности конструкции нашей жизни) определяет. Это то, что нам нужно знать непременно, порой чтобы попросту не погибнуть или не получить повреждения, с полноценной жизнью кажущиеся несовместимыми. Я имею в виду повреждения не физические, а психологические, душевные, ментальные.
Виктор Франкл часто повторял известные слова Ницше: «У кого есть ЗАЧЕМ жить, тот выдержит любое КАК». И это истинная правда. Когда человеку хорошо, когда его существование безоблачно, он может просто наслаждаться им, подобно тому, как овечки наслаждаются зеленой травкой на лугу, прозрачной водичкой в реке и теплым солнышком, согревающим и радующим их, нимало не задаваясь теми или иными метафизическими вопросами.
Но долго безоблачной жизнь не бывает. И стоит прийти испытаниям, сгуститься тучам, как человек начинает задавать именно этот вопрос: «Зачем мне все это?» Изначально – имея в виду испытания и тучи, но в случае продолжительности этого непростого периода вопрос «Зачем?» адресуется уже ко всей жизни в целом.
И главная проблема здесь, в случае такого острого и болезненного вопрошания, заключается в том, что жизнь ответа на него не даст. Она просто есть. Ответ необходимо будет дать самому человеку. То есть каждому из нас. Это мы сами должны понять – зачем нам жизнь. И зачем мы. Иначе говоря, нам нужно самостоятельно найти свой смысл – то, ради чего мы и правда хотим жить. Наше «ЗАЧЕМ», помогающее справиться с самыми разнообразными «КАК».
Смысл оказывается тем, что помогает нам жить, но во многих случаях он становится и чем-то гораздо большим: дает шанс выжить, когда кажется, что шансов на это уже нет. Смысл объясняет, зачем нам жить в принципе, это объяснение дает нам необходимую мотивацию и, как следствие, энергию, ресурсы, чтобы жить – в любых условиях. Если нужно – то несмотря ни на что и вопреки всему.
У каждого человека есть те или иные ценности – они могут совпадать с теми, что именуются общечеловеческими, могут быть сугубо личными, даже очень причудливыми и непонятными окружающим. Но они обязательно есть: ценности – это, по сути, просто то, что для конкретного человека важно. И отдает он себе в этом отчет или нет, но руководствуется он при принятии решений, как правило, не чем-то другим, а этими самыми ценностями. И в этом плане изменение ценностей, их трансформация существенным образом меняют и поведение человека в различных ситуациях, порой обуславливают принятие новых, принципиально иных, нежели прежде, решений.
И поэтому свои ценности, как уже упоминалось, нужно знать и отличать их от ценностей чужих, внедренных в наше сознание или навязанных нам.
Но смысл… Смысл – то, что неизмеримо важнее и выше наших отдельных ценностей и, решусь сказать, даже их совокупности. Если они помогают нам понять, для чего нам что-либо, то смысл – это ТО БОЛЬШЕЕ, РАДИ ЧЕГО ВООБЩЕ ВСЁ. Это как бы единый фокус, в котором собирается вся наша жизнь.
Те, кто знаком с таким направлением развития и обучения человека, как коучинг, знают, скорее всего, об одном из его популярных инструментов – так называемой пирамиде логических уровней Роберта Дилтса[35], по сути, описывающей всю структуру земной жизни человека. «Пирамида», как это нередко бывает, давно уже живет «самостоятельно», поскольку ею пользуется множество специалистов, – названия ее уровней могут немного меняться, их трактовка также подчас оказывается немного различной, однако сам принцип деления жизни на уровни и их наполнение в целом остаются неизменными. И я в данном случае обращаюсь к «Пирамиде» как к идеальной иллюстрации того, что хочу объяснить, – также позволяя себе при этом определенную вольность как в названии уровней, так и в их трактовке.
Первый ее уровень – уровень окружения, то, что отвечает на вопросы «кто?» и «что?», по сути – весь видимый мир, то, в чем мы живем, начиная едой, одеждой, квартирой и заканчивая коллегами на работе, друзьями и самыми близкими для нас людьми.
Второй уровень – уровень поведения или действий. Это все, что касается нашей деятельности на земле, опять же – начиная тем, что мы делаем в общении с нашим ближним кругом и заканчивая деятельностью трудовой. Сюда же относятся все наши поступки, от самых незначительных до оказывающих влияние на нашу жизнь и жизнь других людей. То, что мы делаем на уровне поведения, способствует изменениям на уровне окружения, определяет наше место, нашу позицию в нем.
Третий уровень – компетенций, умений, навыков. Это то, что умеем, чему мы научились. Совершенствование на этом уровне обуславливает бо́льшую свободу и бо́льшую эффективность на уровне действий и, опять же, оказывает влияние на наше положение в окружающем мире, то есть на уровне окружения.
Четвертый уровень – уровень ценностей и убеждений (среди них могут быть и так называемые ограничивающие убеждения, нуждающиеся в пересмотре и корректировке). Он принципиально отличается от тех, что находятся под ним, – своей значимостью и наполненностью. Он отвечает на вопрос, что нам необходимо на уровне окружения, нужно ли нам это на самом деле или нет, ради чего предпринимать какие-то действия на уровне поведения, чему и для чего учиться на уровне компетенций. То есть наши ценности помогают нам понять, насколько ценно и важно для нас что-либо, насколько это соотносимо с ними, вносят в нашу жизнь определенность. И чем лучше мы ориентируемся на данном уровне, тем более структурированной, продуманной, цельной становится наша жизнь.
Пятый уровень – уровень ролей или идентичности. Если человеку задают вопрос, кто он, то после целого ряда попыток ответить на него одним словом или хотя бы одной фразой он понимает, что потерпел фиаско. Я не смогу сказать, кто я, а вы не сможете сказать, кто вы, это нечто, вполне не выразимое словом. Мы можем только знать, чувствовать, кто мы, но и то лишь отчасти. Знает каждого из нас совершенно только Тот, Кто нас создал, именно поэтому максимально полно мы узнаем себя в личном общении с Ним. Но опять же – даже обладая этим внутренним знанием, чувством, пониманием своего главного «Я», мы не можем передать его другим адекватным способом, слова тут тоже оказываются бессильны, речь идет о таинстве, в слове не раскрывающемся.
А нам все-таки бывает нужно объяснять – хотя бы отчасти, – кто мы: окружающим людям, себе самим, требуется, в конце концов, что-то писать в своем резюме, когда мы устраиваемся на новую работу или как-то представляться при знакомстве. То есть обозначать, кем мы являемся для определенных людей, при определенных обстоятельствах, в определенное время. И здесь нам помогает уровень ролей. Речь тут ни в коем случае не идет о какой-то игре, о попытке замаскироваться, сбежать от себя. Наоборот, этот уровень позволяет перечислить хотя бы некоторые, наиболее важные наши составляющие, то, из чего мы «собираемся». «Сын», «муж», «мама», «предприниматель», «священник», «студент» – это всё фрагменты, важные части того, что есть мы в целом. И внимание к ним позволяет объемнее и яснее увидеть себя. И даже в какой-то момент провести ревизию – все ли эти роли нам нужны или от каких-то стоит отказаться и заменить их другими. Или же «отредактировать»: например, преобразовать «жену» в «счастливую жену», «предпринимателя» в «креативного предпринимателя», «сотрудника» в «надежного сотрудника». Это «редактирование», конечно же, приведет к серьезнейшим переменам в жизни в целом.
Все эти уровни, что перечислены выше, охватывают собой нашу жизнь, позволяют лучше увидеть, понять ее, разобраться в ней. Но уровень шестой определяет ее в целом, собирает ее в единый фокус. Этот уровень обычно называется уровнем миссии – «ТОГО БОЛЬШЕГО, РАДИ ЧЕГО ВСЁ». Для меня же это уровень смысла (я ведь сказал, что оставляю за собой право на «вольности»). Именно смысл и есть «ТО БОЛЬШЕЕ, РАДИ ЧЕГО ВСЁ».
Наверное, я мог бы постараться объяснить это и без «Пирамиды Дилтса», но решил все же воспользоваться ею: она и правда очень наглядна и позволяет действительно представить жизнь как структуру, как ту конструкцию, о которой я уже начал говорить прежде. Ну и, кроме того, возможность познакомить с ней тех, кто не слышал об этом инструменте прежде, тоже показалась мне ценной, тем более что работать с ним можно очень разнообразно, не шаблонно, решая для себя сложнейшие вопросы – из числа тех, к которым люди часто и не находят, как подступиться.
Итак, смысл «ТО БОЛЬШЕЕ, РАДИ ЧЕГО ВСЁ», становится для человека, который нашел, определил его для себя, тем, что организует, пронизывает, скрепляет и вместе с тем одухотворяет всю его жизнь. И чем в большей степени мы реализуем его, тем больше мы испытываем удовлетворение. Мы перестаем искать счастья как чего-то непонятного, недостижимого, не гоняемся за ним, как за мифической Жар-птицей, оно неожиданно для нас оказывается тем, что реализации смысла сопутствует, неразрывно связано с ним. Является его – не побочным – а самым что ни на есть прямым результатом.
И вместе с тем смысл – это не только то, что ведет нас к нашему счастью, но и то (вот очень важный момент!), что позволяет нам выстоять в тяжелейших испытаниях, выйти из самых мрачных тупиков, остаться собой тогда, когда извне всё препятствует нам в этом. То, что дает нам возможность сохраниться, избежать разрушения.
Я упоминал уже о том, что есть такое понятие, как эволюция смыслов, как переход от смысла к смыслу – от менее совершенного к более совершенному, от локального к глобальному, от дающего необходимые ответы в текущей ситуации до способного предоставить такие ответы вообще в любой ситуации. Но я не говорил, как определить «уровень», «степень универсальности» или «качество» смысла. Скажу об этом сейчас.
Качество смысла проверяется достаточно просто (хотя и уходят на это порой годы и даже десятилетия проб и ошибок): оно напрямую связано с тем, насколько прочной делает он конструкцию нашей жизни.
Поясню, что это значит. Например, смыслом жизни человека был успех, его внешние составляющие: достижения, положение, уважение, финансовое благополучие. И вот он, не справившись с обстоятельствами (война, кризис, смена условий, в которых он привык работать), лишился всего, что прежде было для него главным. Он оказывается перед лицом очень сложного вопроса: для чего продолжать жить дальше? И даже – нужно ли это в принципе.
Или другой пример. Мать видит смысл своей жизни в сыне, в котором не чает души. Но он погибает: сегодня, к сожалению, окружающая реальность полна рисков. И жизнь для нее на этом заканчивается. Мрачная, черная, холодная стена. И она перед ней – со своей болью и пустотой.
Или еще. Спортсмен, уверенно шедший к победе в Олимпийских играх, видевший смысл только в победе и больше ни в чем и вдруг узнавший, что у него – рассеянный склероз. И нет больше пьедесталов, нет золотых медалей, нет рекордов, нет телекамер и репортеров. Опять – боль и пустота.
Я помню поразивший меня рассказ о человеке, для которого смыслом жизни был праздник, радость, которую он создавал для окружающих, – так, как мог, как сам это понимал. Со временем он, состоятельный человек, разорился. Что делать дальше, он не понимал. Можно было заняться чем-то новым, можно было радоваться тому, что есть близкие люди, любящие его и готовые ему помогать. Но он – здоровый и достаточно молодой – буквально угасал. И как-то всего лишь одной фразой все объяснил: «Праздник закончился…» А вскоре покончил с собой. Потому что смыслом его жизни был праздник, другого он, к сожалению, найти не смог.
Эти смыслы, о которых я сказал выше, как можно видеть, не делают конструкцию жизни прочной. Наоборот, они обуславливают ее хрупкость, зависимость от множества обстоятельств, порождают тревогу, связанную с риском столкнуться с невозможностью их реализации.
Но вот иной смысл: служение, помощь людям, которым хуже, чем нам самим. Он гораздо совершеннее: тут не требуются особые возможности – ни физические, ни финансовые, ни административные. Любая помощь, любой труд оказываются ценными и приносящими удовлетворение, наполняющими жизнь. Однако и здесь есть определенная черта: болезнь, предельное изнеможение, старость и критическая слабость могут все же сделать прежнее служение ближним невозможным и породить внутренний кризис – если этот смысл был единственным или главным, если над ним не было иного, если он не стал трамплином, ступенькой к смыслу более высокому (а такое вполне может быть).
И наконец, смысл религиозный. Смысл, который заключается в жизни, бытии, общении и единении с Богом. Он – самый надежный и совершенный, решусь утверждать это, поскольку уверен: опровергнуть подобное утверждение невозможно. Тут уже ничто: ни нищета, ни болезнь, ни немощь не могут отнять у человека способов к его реализации. Его не может отнять даже смерть: ведь верующий человек идет к телесной смерти как к переходу в вечность, к непосредственному, недостижимому для нас на нашем земном пути общению с Богом. То есть этот смысл выдерживает проверку не только жизнью, но и смертью. Создает конструкцию, которой не страшен вообще никакой удар, конструкцию предельной прочности.
Именно поэтому я и говорю об эволюции смыслов. О необходимости в постепенном переходе от смыслов менее совершенных к более совершенным. От подножия к самой вершине смысла. Это то, в чем нуждаемся все мы. По крайней мере, те из нас, кто хотел бы всегда чувствовать ценность, полноту и счастье жизни. И не бояться смерти.