– Вы?.. Правитель Эн?..

– Верно. К сожалению, мой Тайхо не смог присоединиться ко мне, но я надеюсь, что тоже смогу быть вам полезен. Или же вы хотите говорить исключительно с Тайхо?

– Нет-нет, что вы, всё в порядке, – окончательно запутавшись в происходящем, ответила Ёко. В ответ мужчина улыбнулся и, опустив палец в бокал с вином, продолжил:

– Ну, пожалуй, стоит начать с самого начала. Прежняя королева Кэй скончалась примерно год назад. Ныне она известна как последняя королева Ё. Вам что-нибудь известно о ней?

– Нет, – покачала головой Ёко.

Король Эн удовлетворённо кивнул.

– Её звали Дзёкаку, и у неё была младшая сестра – Дзёэй. И в итоге эта Дзёэй узурпировала трон.

– Узурпировала трон?

– Да. Короля всегда сопровождает Кирин. Точнее, Кирин выбирает короля. Вы же слышали об этом, верно?

– Да, мы знаем.

– У последней королевы Ё был Кирин. Его звали Кэйки. Это имя вам что-нибудь говорит?

– Мы встречались. Это он притащил меня сюда.

– Когда королева Ё умерла, королевство осталось без правителя,– снова кивнув, продолжил правитель Эн.– И Кэйки немедленно приступил к поискам нового короля. Однако спустя пару месяцев меня достигла неожиданная весть – новый правитель Кэй взошел на трон. Ещё в тот момент мне показалось, что это гио.

– Гио?

– Лже-король. – С этими словами король Эн вынул палец из бокала и написал на столешнице иероглифы этого слова. – Королей выбирают Кирины; человек, взошедший на трон без благословления Кирина, автоматически становится лже-королём. К тому же появление истинного правителя сопровождается благими знамениями, происходящими по всей стране, однако ничего подобного не происходило после того, как Дзёэй объявили королевой. Скорее наоборот: после того как она взошла на трон, участились нападения ёма, а посевы пострадали от насекомых-вредителей. Все факты указывают на то, что Дзёэй – ненастоящая королева.

– Я не…

«Я не совсем понимаю», – хотела ответить Ёко, но правитель Эн перебил её:

– Установив, что мы имеем дело с лже-королевой, я провёл небольшое расследование и выяснил, что она приходится сестрой последней королеве Ё. Но, в отличие от своей сестры, Дзёэй – обычная женщина; она не может попасть в королевский дворец и, следовательно, не может по-настоящему править страной. Таким образом, дело начинает принимать серьёзный оборот.

Ёко до сих пор не понимала, что ей хочет сказать правитель Эн, но она внимательно слушала его, стараясь ничего не пропустить. Тем временем правитель Эн продолжил:

– В итоге Дзёэй обосновалась в замке одного из наместников провинций и устроила свою коронацию прямо там. У простого люда не было никаких возможностей убедиться в истинности новой королевы, скорее наоборот, они желали обрести нового правителя и с готовностью поверили ей. В итоге Дзёэй заявила, что наместники провинций устроили против неё заговор и пытались помешать ей попасть в королевский дворец и занять трон. Простой народ поддержал её, и Дзёэй, окончательно осмелев, объявила войну провинциям, отказавшимся признавать её власть. Она заклеймила наместников этих провинций предателями и диссидентами, после чего набрала себе новых чиновников и офицеров. Затем она объявила всеобщую мобилизацию.

На этом моменте правитель Эн заметно погрустнел. Помолчав какое-то время, он тяжело вздохнул, после чего продолжил свой монолог:

– Предыдущей королеве потребовалось много времени, чтобы утвердить свою власть по всему королевству, однако правила она недолго. Королевство Кэй на тот момент ещё не до конца оправилось после тех событий, и недовольство крестьян росло. В итоге они восстали против господ, после чего в двух провинциях к власти пришли самозванцы и ещё в трёх установилась военная диктатура.

– Неужели никто не смог доказать, что Дзёэй – лже-королева? – удивлённо спросила Ёко.

– Некоторые пытались,– покачал головой король Эн.– Когда наместники провинций спросили у Дзёэй, куда делся её Кирин, она заявила, что это они его прячут. Но спустя какое-то время у неё действительно появился Кирин. Она показала Кэйки публике и заявила, что спасла его из вражеского плена. Демонстрация Кирина в животной форме оказалась крайне весомым аргументом в её пользу, после чего две из четырёх оставшихся провинций переметнулись на её сторону.

– Она показала им Кэйки. Значит, Кэйки…

– Судя по всему, его похитили, – с мрачным видом кивнул правитель Эн.

Вот почему Кэйки не пришёл за ней. Конечно, это был не самый худший из всех вариантов, которые Ёко представляла себе, но он определённо вошёл в десятку худших.

– Выходит, это Дзёэй посылала к Ёко убийц? – спросил Ракусюн.

– Это невозможно. Речь ведь идёт о нападениях ёма. Такие нападения – не редкость. Однако ёма никогда не выслеживают каких-то конкретных людей – они нападают на всех подряд. Хотя… если это были сирэй, это меняет дело.

– Сирэй?

– Кирин обладает особой силой, позволяющей ему приручать ёма и отдавать им приказы. Такие приручённые ёма называются сирэй. Приказывать им могут лишь приручившие их Кирины, ну и выбранные этими Киринами короли, ведь королевская власть происходит от самих богов. Но в обычной ситуации приказать сирэй напасть на кого-либо может лишь Кирин.

«Значит, ёма, сопровождавшие Кэйки, были его сирэй», – сопоставив факты, поняла Ёко.

– Да такого просто не может быть! – возмущённо воскликнул Ракусюн. В ответ правитель Эн кивнул, помрачнев ещё больше:

– Действительно, так быть не должно. Однако я не могу придумать никакого другого объяснения сложившейся ситуации. В нападениях на новую королеву Кэй совершенно точно замешаны подконтрольные Кирину сирэй.

– Но это ведь…

– Когда я обдумал всё это ещё раз, я понял, что у Дзёэй теоретически не должно быть ни умения управлять армией, ни ресурсов на её поддержание. Должен быть кто-то ещё. Кто-то, кто дёргает за ниточки, управляя всем из-за кулис. И, учитывая нападения сирэй, можно сделать лишь один вывод: против тебя выступает правитель другого королевства.

Ёко переглянулась с Ракусюном, после чего вновь посмотрела на короля Эн:

– И что это означает?

– Ты знаешь, что из себя представляет Кирин? – спросил король Эн вместо ответа.

– Эм, ну, это священное существо, которое выбирает правителя…

– Верно. Но ещё Кирины являются полной противоположностью ёма. Они рождаются в животной форме, но могут принимать человеческий облик. Это существа, приближённые к богам. Всё их естество пропитано сочувствием и доброжелательностью. Бывает, что они относятся к людям холодно, но ни один Кирин не выносит конфликтов, это просто не в их природе. Особенно они боятся крови – от её вида или запаха им сразу становится плохо. Кирин никогда не будет сражаться, даже чтобы защитить себя, – для этого у них и существуют сирэй. По сути, сирэй – это ёма, которые заключили контракт с Кирином и стали чем-то вроде его слуг. И да, Кирин никогда ни за что не нападёт на человека по своей воле. Напротив, он будет избегать этого любой ценой.

– Но?

– Но у Кирина всегда есть господин – правитель королевства. И хотя Кирины физически не могут желать никому зла, они всё же должны подчиняться приказам своих правителей. Те сирэй преследовали тебя потому, что какой-то правитель приказал своему Кирину послать их за тобой. Это единственное разумное объяснение.

– А могла эта Дзёэй приручить Кирина или как-либо иначе склонить его на свою сторону?

– Нет. В каждом королевстве существует лишь один Кирин, и его единственным господином является законный правитель. Исключений из этого правила не существует.

Выходило, что кто-то из правителей других королевств назначил награду за её голову. Ёко вспомнила женщину, которую встретила в горах. Она видела, как эта женщина оплакивала мёртвого ёма. Получается, это был её сирэй? И тот попугай, приказывавший ей убить Ёко. Услышав приказ, та женщина расплакалась, но всё же обнажила меч, словно неспособная воспротивиться. Если тот попугай каким-то образом передавал женщине волю короля, а сама она была Кирином… кусочки мозаики начинали складываться в единую связную картину.

– Но… чей это Кирин?

«И какому королю я не угодила?» – подумала Ёко.

– Это мы скоро узнаем, – задумчиво уставившись в даль, ответил правитель Эн.

– Но…

– Никто не посмеет тронуть тебя, пока мы за тобой приглядываем. К тому же от Кэйки они тоже просто так не избавятся – он Кирин, а если кто-то убьёт Кирина, то небеса этого так не оставят. Так что, если твоему противнику хватит ума напасть на Кэйки – его быстро раскроют.

– Я не понимаю, что вы имеете в виду.

– Я хочу сказать, что пока что лучше оставить всё как есть. Твои противники наверняка отступят и затаятся. И рано или поздно мы узнаем, кто отдавал приказы, – широко улыбнувшись, ответил правитель Эн. – Однако один лишь факт того, что Кэйки держат в плену в королевстве Кэй, оправдывает организацию спасательной экспедиции. Но, чтобы провернуть это, а также для твоей защиты тебя как новую королеву Кэй следует доставить в безопасное место. Ну что, мы отправляемся?

– Прямо сейчас?

– Чем быстрее, тем лучше. Нам хватит времени, чтобы забрать твои вещи из таверны, но затем мы должны выдвигаться без промедлений.

Ёко бросила взгляд на Ракусюна. В ответ её спутник кивнул:

– Тебе нужно идти, Ёко. Это самый безопасный для тебя вариант.

– Но…

– Не волнуйся обо мне. Иди.

Услышав их разговор, правитель Эн улыбнулся Ракусюну:

– Не волнуйся, ещё один гость вряд ли добавит много проблем. К тому же место, в которое мы направляемся, старое и полуразрушенное, но там найдутся лишние комнаты.

– Вы… вы серьёзно?!

– Ну, я полный профан в домоводстве, но если тебя это устраивает, тогда добро пожаловать в мою скромную обитель. К тому же, думаю, королеве Кэй будет спокойнее, если ты будешь рядом.

Его скромной обителью должен был быть королевский дворец Гэнэй. Ошарашенная тем, что он отозвался о нём как о «старом и полуразрушенном месте», Ёко повернулась к Ракусюну и протянула:

– Ну, пойдём. Мне будет очень грустно, если я оставлю тебя тут.

Ракусюн сдержанно кивнул.