— Люда! Я прошу тебя, Люда! — Ирма уже готова была разреветься, но она еще не оставляла надежды вернуться туда, где их действительно ждали, а значит, она не могла себе позволить испортить макияж.

— Да подожди ты! — азартно отмахивалась подруга. — Этот! — перед ней полукругом выстроились несколько мускулистых красавцев.

Все, как на подбор, высокие, жилистые, накачанные…

И Ирма была вынуждена признать, что если представить их в одежде, то все они были очень и очень похожи на Домбровского.

— Так, — щурилась Людка. — Точно не ты! — указала она наманикюренным пальчиком в одного из танцоров. — У Костика плечи шире.

Мужчина недовольно ухмыльнулся и, виляя бедрами, отошел.

— И не ты, — ткнула в следующего Людка, — у Костика руки красивее…

— Люда! — дернула за руку подругу Ирма. — Пойдем уже.

— Да погоди! Кто-то же из них Костя! — Людмила Свиридова-Домбровская серьезно вздохнула, нахмурила брови. — Ну красавчики! Чем же вы еще различаетесь? — вскрикнула она, обращаясь скорее к потолку, чем к стриптизерам, но те поняли запрос по-своему, дернули какие-то колечки в своих очаровательных шортиках и…

— Люда! — взвизгнула Ирма.

— Нет! — тряхнула рыжей шевелюрой неугомонная дизайнерша. — Никто из вас не мой Костя! У Кости, — она послала обнаженным мужикам высокомерный взгляд, — значительно больше!

Стриптизеры, скривившись, расступились, и тут…

— Люда, — прохрипел все видевший Домбровский.

— А! — радостно запрыгала Людка. — Нашла, все-таки нашла!

Она победоносно обернулась к Ирме, но та смущенно жалась к скривившемуся Михайловскому, и тут до Люды дошло наконец, что их-то мужчины одеты в обычные костюмы!

— Костя! — вскрикнула она, но Домбровский уже развернулся и широким шагом направлялся к выходу. — Костя! — Людка, в чем была, в том и рванула за ним.