“Отказано” — размашисто писал поперек проекта Домбровский.

“Проект закрыть” — писал уже на другом листе…

“С выражением глубочайшего сожаления вынужден вам сообщить, что мы разрываем…” — это было уже в почте. На английском языке.

Стиснув зубы, с лицом, превратившимся в маску, Константин Домбровский сидел и методично уничтожал собственный бизнес.

В кабинете был выключен свет. Перед Домбровским на столе стоял бокал, наполненный янтарной жидкостью. И отсветы от монитора причудливо бликовали, преломленные гранями стекла.

“В Крым уеду, — говорил сам себе Домбровский, — к морю. Дом там шикарный, Людка… Блин! Людка! Этот дом оформляла полностью Людка… Нет. Не уеду. На яхту и в Турцию! А еще лучше, в кругосветку! Чтобы не появляться тут года полтора! А может, волна где накроет… Или осяду где-нибудь на диком острове… Или…

И в этот момент Константин услышал странный протяжный крик в коридоре.