Я не успела оправиться от этой новости, как Терлеев ошарашил меня второй.

— А еще, нам надо расписаться.

— Что?

— Когда ты станешь моей законной женой, никто не посмеет посягнуть на тебя.

Я покачала головой, пытаясь проанализировать ситуацию. Терлеев действовал трезвым рассудком, но, что говорило его сердце? Да, он недавно намекнул на свои чувства, но насколько они сильны?

— Ты хочешь защитить меня? Таков твой план?

— Да.

Логический ответ человека, который уже все решил за меня.

Конечно, мне бы хотелось больше эмоциональности и романтики. Но я помнила о том, что этот мужчина отдал за меня свой клуб, который очень много для него значил. Он говорил о любви на своем языке. И, пусть, я не всегда понимала его, я ценила поступки Руслана по отношению ко мне. Он любил так, как умел. И я приняла эти правила, когда ушла с ним. Когда выбрала его.

— А вдруг ты пожалеешь о своем решении?

— Нет, — тут же последовал четкий и уверенный ответ.

— Хорошо, я стану твоей женой.

— Как знал, поэтому заранее прикупил нам кольца.

Я закатила глаза. Этот мужчина был очень самоуверен. Он даже не предполагал, что я могу отказаться.

— Когда у нас роспись?

Руслан нахмурился и взглянул на наручные часы.

— Сегодня. Через три часа.

— Уже? — ахнула я.

— Нельзя тянуть.

— Блин, я понимаю, что роспись не предполагает пышных торжеств, белого свадебного платья и букета невесты, но я все же надеялась, что смогу в этот день выглядеть чуть красивее обычного.

— Не переживай, малышка. Я не совсем олух. Я предполагал и это, — усмехнулся он. — В гостиной тебя ждет парикмахер и визажист. А также дизайнер Генри Отто.

— Тот самый, который шьет платья для ковровых дорожек?

— Да, он. У него есть несколько эксклюзивных платьев в коллекции, и он с радостью переделает их прямо под тебя за считанные часы.

— Спасибо!

Я всплеснула руками и побежала в гостиную.

Три часа надо мной трудились люди, создавая для меня уникальный образ. Они крутились, суетились, шумели вокруг меня, споря между собой и ругаясь. и все для того, чтобы я в день своей свадьбы не чувствовала себя ущербной.

Через два с половиной часа я была готова. На голове: низкий пучок с белыми, живыми цветами, на шее: колье с бриллиантом. Свадебное платье: цвета слоновой кости, приталенного кроя, с V — образным вырезом, длинными руками и оголенной спиной.

Терлеев был в классическом черном пиджаке, черных брюках и рубашке в тон моего платья. На шее был галстук, на рукавах запонки с бриллиантами.

Мы молча сели в машину и поехали. Когда водитель открыл мне дверь, я увидела, как трясутся мои пальцы. Я всегда думала, что свадьба — это нечто трепетное и романтичное. Моя же свадьба была продуманной стратегией.

Нас расписали, и Руслан достал коробочку с кольцами.

Когда он надел кольцо на мой палец, он стиснул мою руку.

— Твоя рука, как обжигающий сухой лед. Почему? — он испытывающим взглядом уставился в мои глаза.

— Я… все еще сомневаюсь.

От моего признания у Руслана дернулась челюсть.

— Ты же согласилась.

Я вздохнула.

— Я растеряна. Я, как будто, попала в искаженную реальность. Это не моя свадьба, не мое кольцо, не мой счастливый день… я представляла себе всё это совсем иначе, когда мечтала об этом событии.

— А я никогда не думал о подобном. Потому что знал, что всегда буду один.

Я внимательно посмотрела на Руслана.

— Что изменилось?

— Я встретил тебя.

— Просто все так быстро.

— Для человека, который любит, это время длилось бесконечно долго. Теперь, я могу назвать тебя официально моей. И мне важен лишь этот миг. Через тридцать лет я, возможно, не вспомню ни фасон твоего платья, ни как прошел этот день, но я всегда буду помнить, что именно в этот день, пятого мая, я надел кольцо на твой палец и назвал тебя своей женой.

У меня закружилась голова. Все происходящее определенно было нереальным, на грани вымысла и фантастики. Мужчина, в которого я влюбилась, тоже любит меня. И даже если наша свадьба мало напоминала мне мою мечту из детства, мужчина, с которым я связала свою жизнь — был тем самым человеком.

Руслан был прав, когда говорил о том, что всё забудется.

Важно то, что останется наша любовь, и это главное.

Когда мы вышли из загса, мне показалось, что я ощутила чей-то взгляд, устремленный прямо на меня. Я начала оглядываться по сторонам, но не увидела ничего подозрительного.

— Что-то не так? — тихо спросил Руслан, заметив мою тревожность.

— Нет, мне показалось. Нервы пошаливают, — я взяла мужчину под руку и с любовью посмотрела на него, — поехали домой.