– Я служу господарю Владу.

– И значит, автоматически служишь нам в его отсутствие. Или мне набрать папочку и пожаловаться на тебя? Поверь, я придумаю, что сказать, чтобы он собственными руками свернул твою хиленькую шею.

Бесник опомнился, вышел из-за стола и отправился открывать дверь. А через минуту вернулся на кухню с двумя коробками пиццы.

– Отлично, – с улыбкой сказала Мария. – Цыган знает своё дело.

– Твой водитель купил нам пиццу?

– Милая сестра, он цыган! Разумеется, он её украл. Но краденая еда даже вкуснее!

Я накинулась на пиццу, как зверь. Она оказалась чудесной, на тонком тесте, с помидорками черри, грибами, ветчиной и болгарским перцем. Это не та резиновая подошва, которую продают у нас в городке, в забегаловке на конечной остановке общественного транспорта. Как-то мы ходили туда с подругой, так вот она с удовольствием ела так называемую пиццу на толстом куске теста с кое-как наваленной начинкой, уже остывшую и с таким запахом, что я ещё часа три после посещения этого заведения не могла думать о еде.

Но, если настоящая пицца такая, как эта, тогда я понимаю, почему это культовое блюдо завоевало весь мир!

Красавчик недовольно сморщился и долго-долго выковыривал из своего куска пиццы грибы (потому что это плесень! Люди не должны есть плесень!) и все кусочки лука (потому что не любит лук). В результате по центру его тарелки красовался треугольный кусочек пиццы, а вокруг него были хаотично разбросаны лук и грибы. Смотрелось это смехотворно и даже как-то жалко.

Поэтому я отвернулась и встретилась взглядом с Бесником. Он пялился на меня так, что, кажется, забыл моргать.

– Как ты сюда попал?

– Господарша…

– Как ты сюда попал? – с нажимом повторила я.

– Вы такая красивая!

Я опасливо покосилась на Мирослава. При нём нельзя было говорить, что кто-то, кроме него, красивый, чтобы не получить в ответку получасовую лекцию о его сходстве с Брайаном Краузе. Но красавчик был так увлечён отбраковкой лука со своего куска пиццы, что никак не отреагировал.

– Как он сюда попал? – спросила я у Марии, потому что конструктивный диалог с румыном вряд ли был возможен.

– Через балкон.

– Но у тебя же?..

– Тринадцатый этаж, – кивнула она. – Но этот полуголый маньяк влетел на балкон в виде вороны, а потом просто обратился в человека и стал настойчиво ломиться в мою квартиру.

Я повнимательнее посмотрела на Бесника. Действительно, на нём не было ни рубашки, ни футболки, ни даже майки. Надеюсь, хоть штаны на нём есть. Впрочем, наклоняться под стол, чтобы проверить, на месте ли его штаны, я точно не буду.

– Зачем ты пришёл? То есть прилетел?

– Чтобы иметь счастье видеть вас!

– Видите, как вас много и как мало меня! Но можете не сомневаться, я убью вас… – сказала я монотонным голосом, состроив самое занудное выражение лица и…

Ах да… Я не в России… Кто тут может в советскую классику? Кто тут смотрел кино про трёх мушкетёров? Ну разве только Мирослав… Хотя если он и смотрел что-то, кроме своей «Голубой лагуны», то давно забыл всё под впечатлением от Брайана Краузе.

…В общем, все напряглись. Кого так много? Почему много? И почему меня мало? И кого я убью? Всех?! Убью родную сестру?! Да как можно! Это же не по-христиански, в конце концов! Убью красавчика?! О нет, я не посмею убить такое совершенство! Убью Бесника? О да, конечно, он сочтёт за счастье умереть от моих рук, если я положу его, умирающего, к себе на колени, подарю прощальный поцелуй взасос и, желательно, буду при этом абсолютно голой! Ну или хотя бы без лифчика… или в лифчике, но без…

Мне пришлось поорать. Потом порычать. Особо возмущённым показать клыки (у меня клыки?!). Убедиться, что до всех дошло и все заткнулись. Сделать несколько глубоких вдохов для успокоения. И только потом минут десять объяснять, что я ничего такого уж не имела в виду, что это просто неточная цитата из мушкетёрского фильма по Дюма, не особенно к месту, и что на самом-то деле я пацифистка, противница убийств и вообще…

На этой фразе Мария театрально рассмеялась. Красавчик-спецагент удивлённо улыбнулся. Только полуголый румын продолжал влюблённо пялиться на меня. Блин, я ведь и забыла, в каком эротичном халатике я тут сижу! Немудрено, что он буквально лапает меня глазами!

Встав из-за стола, я унеслась в спальню, жестом потребовав, чтоб сестра пошла за мной. Надо сказать, что блондинка пришла не сразу и с таким недовольным видом, как будто я совершила что-то такое из ряда вон выходящее, после чего она теперь разочарована во мне до конца дней. С одной стороны, причина для недовольства у неё была…

– Не командуй мной в моём доме, – сквозь зубы предупредила она. – И вообще не командуй мной! Я твоя старшая сестра, чти иерархию! И вообще не командуй в моём доме! Это мой дом, чти…

– …право собственности?

– Да, – подумав секунду, кивнула блондинка. – И иерархию!

Увы, невзирая на некоторую справедливость её требований, меня уже перемкнуло, и препирались мы долго. Я потребовала для себя что-то более приличное из одежды. Мария возразила, что сейчас я выгляжу как истинная господарша из рода Басарабов.

Я попробовала поныть, что на меня пялится румын. Красавица заметила, что в этом нет ничего постыдного и что мне давно пора познать плотские наслаждения. Так почему бы не с Бесником? По крайней мере, он влюблён в меня, а значит, будет нежен и аккуратен. Кроме того, если мне не понравится, я могу нажаловаться папочке и наш родитель его убьёт.

Я заорала, что сама решу, когда, что и с кем делать! Что меня не спрашивали, когда обращали, что я им тоже не игрушка, что ничьим хотелкам соответствовать не намерена. И если кого-то что-то не устраивает, то я развернулась и пошла домой!

В конце концов Мария сдалась, горько вздохнула, помолилась небесам и выдала мне более закрытый пеньюар из розового шёлка, но с такими большими прозрачными шифоновыми вставками по бокам, что через них оказались видны все мои бёдра и половина груди. Ладно, в любом случае это хоть немножечко лучше, чем было.

– И что мы будем делать? – спросила я, когда мы с Марией вернулись за стол.

– Это не моя проблема, – уверенно заявил Мирослав. – Моя проблема, что я как две капли воды похож на…

– У тебя нет проблем! У тебя есть укроп! – Я вновь оборвала его заученную до автоматизма речь, потому что ну сколько можно?!

За нами охотятся непонятные люди из российского консульства или ещё откуда-то с какими-то только им известными целями. Родной дядюшка, контролирующий собакоголовых оборотней, мечтает увезти меня в Турцию и толкнуть на совращение пятилетнего ребёнка.

Мой отец за каким-то чёртом вообще запер меня в клетке, в подвале, куда не проникает солнечный свет, чтобы выяснить, почему я не реагирую на солнце. Логика? Нет, тут о ней вообще никто никогда не слышал!

– Я предлагаю уехать в цыганский табор, – лениво мурлыкнула моя прекрасная сестра. На мгновение мои глаза округлились от ужаса. – Там нас никто не найдёт. А если и найдут, цыгане не сдадут нас.

– Зато легко продадут… – как бы между прочим отозвался Мирослав.

– Закрой свой рот.

– Вы так любите цыган? – Красавчик удивлённо вскинул голову, встретившись с холодным взглядом Марии.

– Я – Мария Бальса, дочь Влада Дракулы, господарша из рода Басарабов. Не твоё дело, русский пёс, кого я люблю. Но свой рот ты закроешь, иначе я вырву твой язык, отожму из него кровь вот в этот изящный высокий фужер и выпью досуха. И эта идея нравится мне больше должного, потому что тогда мы будем избавлены от нужды без конца слушать твою трепотню о портретном сходстве с каким-то там актёришкой. Мы ведь уже были в таборе, – она повернулась ко мне, – и тебе там понравилось.

– Мне?!

– О нет, господарши, мы никак не можем уйти отсюда! – внезапно вмешался в разговор Бесник, наконец оторвав от меня взгляд.

– Это ещё почему? – хором спросили мы с сестрой.

– Потому что с минуты на минуту сюда придёт господарь Влад.

– Что-о?! – Мария аж до потолка подпрыгнула. – Ты что, сообщил ему наши координаты?

– Конечно.

– Ты идиот?! Он идиот?! – зачем-то спросила она у меня, а потом вновь переключилась на румына. – Ты идиот!

– Но… что я такого сделал? – недоумевал растерянный Бесник. Он встал и попятился к стенке, потому что абсолютно голая блондинка уже обошла стол и решительно наступала на него. – Он мой господарь, я…

– Ты вломился сюда без приглашения, ничтожный раб! И должен был подчиняться правилам этого дома и сидеть тише воды! Я просила тебя приводить сюда моего отца?!

– Сюда придёт граф Дракула? – вскинулся Мирослав.

– Князь, – хором ответили мы трое.

– Это тот, который вампир?

– Ага.

– Класс!

– Не сказала бы… – Это уже исключительно моя реплика, хотя блондинка явно была со мной согласна. Она вздохнула, решив, что убьёт Бесника чуть позже, и предложила немедленно убираться отсюда, взяв самое необходимое.

Именно в эту минуту в дверь требовательно постучали.

– Раздевайся и превращайся в летучую мышь, летим с балкона! – скомандовала моя сестра.

– О да-а! Раздевайтесь, господарша Нина-а!!! – счастливо завопил румын.

– А солнце?

– На мне солнцезащитный крем, – пояснила блондинка, – SPF 100, на какое-то время спасёт. Пролетим в тенях домов, а в машине спасёмся.

– Но я не… А он? – Я показала пальцем на замершего с раскрытым ртом спецагента Яковлева. Ну или Краузе, мне без разницы.

– Да какое нам до него дело? Оставим в угощение отцу. Уверена, он оценит подарок.

– Я без него не полечу.

В конце концов, этот парень спас мою жизнь как минимум дважды. Я не могу просто взять и бросить его прямо тут. Ну вообще-то, наверное, могу, но не сегодня. Возможно, когда-нибудь потом, но не сейчас…

А сейчас нам вышибли дверь. Металлическую, кстати сказать. Причём с первого раза. Удар был такой силы, что стены задрожали и, кажется, треснуло какое-то стекло в окне гостиной. Значит, через трещину проникнет солнце и испепелит Марию, если она сразу же не вызовет мастера по замене окон. Надо бы предупредить её, что…

– Давно я не пил цыганской крови, – сказал наш отец, входя на кухню. За кудрявые чёрные волосы он волочил за собой мёртвого и белого как мел немого цыгана. Бросив его посреди кухни, папочка улыбнулся. – Кажется, тебе нужен новый евнух, моя милая дочь. Этот был настолько туп, что пытался помешать мне увидеть тебя, дитя…

Кажется, и без того бледная Мария стала ещё бледнее. На целую секунду на её лице проявилась скорбь, но она быстро совладала с собой.

– Мы не ждали тебя, отец.

– Разве? – театрально удивился князь Дракула, вскинув густые брови. – А разве не мне в подарок вы привели сюда этого жеманного красавца?

– Я не жеманный! – с полуоборота включился Мирослав. – Да, я прекрасен как бог, а всё потому, что как две капли воды…

– Он ещё и богохульник?! Прекрасно! – Отец пару раз удовлетворённо хлопнул в ладоши. – Обожаю обескровливать поганых турок, язычников, еретиков и богохульников. Спасибо, милые дочери, я тронут до самых глубин своего мёртвого сердца!

Спецагент быстренько захлопнул рот. Ему даже укроп не понадобился. Удивительно!

– Мария-а… – Князь одобрительно цокнул языком, осматривая её с ног до головы. – Ты совершенство! Даже прекраснее своей матери-шлюхи!

– Кхм?! – вмешалась я. – Я бы попросила не называть её маму шлюхой. Мы уже обсуждали это на крыше, помните?

– О-о, сестрёнка, это так ми-и-ло-о… – растрогалась блондинка.

Ну я же помню, как она пьяная рыдала на полу в спальне. Как я могу позволить давить человеку на больное, если знаю, что её это так задевает? Хотя она и не подаёт вида…

– Нина, девочка моя, ты слишком много на себя берёшь, – с наигранным сочувствием сказал мой отец. – Неужели ты и впрямь решила, что можешь указывать мне?

– А что, разве я уже не ваша любимая дочь?

– Дочь. Именно что дочь, дитя. И ты не смеешь поучать своего отца.

– Ещё как смею! – Я демонстративно уселась прямо на стол. – Знаете ли, граф. Или князь… Да мне без разницы! Так вот, мир давно повернулся лицом к ребёнку. Ваши дети – не ваши бессловесные рабы, рождённые вами лишь для того, чтобы исполнять ваши желания. Ну там поднести в старости стакан воды, например. Хотя в вашем случае скорее стакан крови. Увы, я вас разочарую. Мы живём в двадцать первом веке. Ваши дети – это отдельные личности. И мы вам ничего не должны и ничем не обязаны!

– Кто это сказал? – округлив глаза, спросил неслабо удивившийся Дракула.

– Психологи, общественные деятели, волонтёры, правозащитники и, наконец, мы сами. Да, представьте себе: мы, дети, тоже имеем право голоса. И вообще, мы не просили нас рожать!

– Эта дочь безнадёжно испорчена, – после минутной паузы решил князь. – Бесник! Она должна немедленно отправиться в монастырь.

– Ну уж нет! Я вообще-то атеистка!

– Ты не веришь в Господа нашего?! – Отец схватился руками за сердце и с глазами, полными ужаса, растерянно присел на высокий стул. То есть хотел присесть, но не подрассчитал и сел мимо, с глухим ударом ухнувшись на кафельный пол прямо рядом с трупом цыгана, глядя на меня снизу вверх.

– Я верю в науку, эволюцию, бозон Хиггса, большой взрыв, теорию Опарина – Холдейна, первичный бульон и коацерватную каплю, законы физики и химии и даже немножко в статистику, хотя она мне и не нравится. Так понятнее?

Да, понимаю, я сгребла всё в одну кучу, но что поделать? У нас тут труп, у нас тут отец, который запирал меня в клетке, у нас тут голая Мария и я в таком развратном пеньюарчике, что даже немножечко стыдно перед родителем. А ещё у нас имеется ненормальный спецагент «Краузе»-Яковлев, которого князь Дракула намерен сожрать просто потому что. И влюблённый Бесник. Тоже, кстати, полуголый. Хорошо хоть отец одет, в чёрном плаще и костюме-тройке, как всегда.

– Я разочарован в тебе, – встав на ноги, заявил он.

– Взаимно.

– Ты не смеешь… – начал было закипать Дракула, и его глаза даже блеснули красным. – Я приказываю тебе сию же ми…