Кухня была забита народом – здесь были и слуги из внутреннего замка, и воины крепости. Ольга даже коменданта Тропала в стороне приметила, пока они потихоньку, стараясь не мешать остальным слушателям, добирались до своих в сопровождении Сэко. Здесь были и Кэррг с рукой на перевязи рядом со своей матерью Сайной, и Эрн с Лонгином, даже Бирнир неподалеку тискал какую-то служанку, сидящую на его коленях. Когда Ольга с компанией пробралась к столу у стены, госпоже тут же уступили самое удобное место. Девушка бы отказалась, но они и так много возни подняли своими перемещениями. Пришлось сесть и смолкнуть, пока местный бард в стороне заканчивал рассказывать какую-то рифмованную былину, что все окружающие теронцы слушали затаив дыхание.

Седовласый путник в поношенной одежде восседал в центре огромной кухни, держа на коленях некий музыкальный инструмент. Ольга его не видела со своего места, но там явно была какая-то разновидность гуслей или чего-то струнного, уж как-то странно звучал редкий перебор струн, рождающих то грустную, то бодрую мелодию, выразительно окрашивающую слова сказителя в нужных местах.

Закончив очередную историю, сказитель потянулся за тут же поданной ему кружкой взвара, пока слушатели восторженно охали и обменивались впечатлениями об услышанном.

– Что еще поведать? – Плыл над кухней четкий мужской голос.

Собравшиеся начали наперебой просить странника рассказать ту или иную историю, спорили, пока сам рассказчик переводил дух.

В это время Ольга заметила, как стушевалась стоящая рядом Стаса, девушка даже побледнела, стискивая пальцы. Но когда ведьма потихоньку спросила у служанки, в чем дело, та только еще больше втянула голову в плечи, окончательно смутилась. Быстрый взгляд по сторонам показал, что поближе к ним втихаря подбирается один из воинов. Тот самый, с которым так неудачно встретилась Ольга как-то утром в узком проходе. Видимо, этих дозорных всё-таки не уволили, раз он до сих пор здесь. Но зачем ему быть ближе к ним? И одна догадка промелькнула у ведьмы.

– Это, что ли, Дахстер? – спросила Ольга шепотом у ближайшего к ней Эрна, кивая на поглядывающего в их сторону солдата.

Горец обернулся и подтвердил догадку Ольги.

"Значит, этот солдат бросил нашу Стасу?! Эх, знала бы заранее, вдарила бы ему тогда коленкой крепче! Чтобы такой гад больше не размножался!". И ведь она сразу после честно рассказанной истории Стасы запретила ей общаться с таким непорядочным мужчиной, велела обходить стороной и даже не смотреть в его сторону.

"Раз он знать не хочет ни о каких девах, которые от него понесли, то пусть проваливает куда подальше! – убеждала тогда Ольга чуть ли не рыдающую Стасу. – А то что же – общаться он хочет, а последствия признавать нет?! Не переживай, мы тебе найдем кого-нибудь получше!". Ольга и сама бы так поступила в подобной ситуации, затопила бы игнором непризнающего обязательства кобеля, но сам теронец почему-то упорно рвался быть рядом со Стасой.

"Да уж точно не ко мне поближе он хочет быть!" – понимала Ольга, замечая, как выразительно косится на нее мужчина, чье "достоинство" пострадало ранее – не столько от ее коленки, сколько от поднявшихся потом сплетен. Не желая смущать Стасу еще больше, Ольга попросила Эрна выпроводить того Дахстера подальше от них. Горец послушно двинулся к указанному теронцу сквозь толпу, тихо гудящую в ожидании следующей истории, подошел к мужчине, что-то сказал. Дахстер полоснул по ведьме взглядом, которым можно было воспламенять, но послушно ушел в сторону.

В это время, пока они в своем углу разбирались, в центре зала всё оживленнее спорили о том, кто что хочет послушать. И вдруг сидящий там сказитель вскинул лохматую голову и даже не оборачиваясь, громко спросил:

– Здесь есть ведьма?

Зал мигом притих, люди заозирались. И всё больше взглядов останавливались на единственной светловолосой девушке среди толпы смуглых теронцев. Отозвался Сэко, также громко:

– Да, здесь присутствует госпожа ведьма.

– Ведьма и... госпожа? – удивился сказитель, чуть разворачиваясь в их сторону.

Но сколько бы он ни прищуривался со своего места, Ольга вдруг поняла, что у старика совсем плохо со зрением, он их лица всё равно не видит.

– Что же, я знаю увлекательную историю об одной госпоже ведьме... – Видимо, пальцы тронули струны, вздрогнул и поплыл пронзительный звук куда-то вверх, под закопченные своды кухни.

"Но ведьмы могут быть госпожами только в Несхоне, – успела промелькнуть мысль у Ольги. – Только там дежурные ведьмы считаются знатными".

– Жила она далеко и враждовала с магами...

Вокруг заохали, даже перекрывая гомоном следующий мелодичный звук, вырвавшийся из-под рук подслеповатого сказителя.

"Ох, он о Меарене хочет рассказать? – с интересом подалась вперед Ольга. – Кто еще в Несхоне выступал против магов, как не моя прабабка?".

– И так враждовала, что однажды призвала из Пустоши страшных чудищ, что плевались огнем и металлом, что управляли бурей и туманили разум, и под светом трех лун во главе своего несметного войска напала на замок главного мага!

Все мигом стихли, бесшумно рассаживаясь по местам и приготовившись слушать новую легенду. У самой Ольги тоже перехватило дыхание, а челюсть за малым не отвисла. Девушка в недоумении повернулась к стоящему рядом Сэко. Тот едва удерживал расползающуюся до ушей улыбку.

– Он же... шутит?! – едва слышно ахнула Ольга.

Но ее тут же зашикали с соседних мест, даже позабыв о субординации. Всем собравшимся теронцам не терпелось услышать историю, где кто-то посмел напасть на несхонских магов, которых они все так не любили. Ольге оставалось лишь сидеть молча да иногда озадаченно переглядываться с усмехающимся Сэко, который вместе с ней тоже был участником тех событий. Как оказалось, сказитель надумал рассказать события, что происходили в Несхоне всего-то год назад, да с самой Ольгой.

Вначале Ольга недоумевала, прислушиваясь к льющейся истории о ее же "подвиге" в прошлом. Потом возмущенно хмурилась от неправильных подробностей, раздутых до невозможности. Но чем больше лилось на кухне слов, чем красочнее закручивалась история в повествовании бродячего сказителя, тем веселее было Ольге. Когда же от огромных клыков и страшных когтей отряда ведьминых чудовищ счет павших в истории магов пошел на десятки, сдерживаться было всё труднее. Кажется, ведьма даже хихикнула, едва успев прикрыть рот ладонью. Рядом бесшумно посмеивался Сэко.

Вдруг очередное звучание струны дрогнуло на самой высокой ноте и резко оборвалось.

– Госпоже ведьме не нравится мой сказ? – громогласно в повисшей тишине спросил седовласый сказитель.

Все присутствующие в огромной рабочей кухне обернулись в сторону ведьмы, слишком веселой для такого восторженного момента в эпической былине. И всё больше недовольства было в глазах слушателей, которым помешали в столь увлекательный момент.

– Нет, что вы, уважаемый! Ваш рассказ невероятно интересен и такой живой, словно... прямо там и находишься... – начала было оправдываться Ольга под гнетущими взглядами окружающих в повисшей тишине ожидания.

– Но госпоже ведьме явно не нравится то, что я о ней рассказываю! – словно с обидой заявил вдруг пожилой рассказчик.

У Ольги аж слова в горле застряли. И через секунду молчаливого осознания полный людей зал невероятно громко ахнул. Где-то по углам зародился тихий шум, нарастая волнами, люди переговаривались, переглядывались, словно не веря словам старика.

Ольга совершенно не собиралась становиться местной знаменитостью, хотя на нее уже пялились абсолютно все в огромной кухне, а сплетни, как она уже поняла, в этом мире распространяются быстро. "И откуда старик понял, что это именно мои приключения? Он же меня даже не разглядел толком! Откуда он, вообще, притащил эту историю?".

"Ох, Макнамар, не вовремя ты уехал. Даже не выходя из твоего замка, я, кажется, вляпалась в неприятности!". Но и прервать вовремя начинающийся рассказ о себе она не могла. И уж точно не ожидала, что сказитель тут же вскроет карты и объявит во всеуслышание, что эта история именно о ней. Надо было срочно что-то делать!

– Ваш рассказ – самый поразительный, что я когда-либо слышала... – Начала осторожную речь Ольга.

Но сама думала: "Это точно! Поразили меня как никто и никогда. Вначале насмешили, а теперь как-то надо разруливать ситуацию, стараясь не запутаться еще больше".

– Ваш язык певуч, а эпитеты сделают честь даже королю!

"Ага, сделали из меня королеву ужасов, это что же там за чудища такие из Пустоши, плюющие якобы огнем, со мной были? Ну и фантазия!".

– Просто... кхм, прошу прощения, но меня отвлекла пара крошечных неточностей в столь захватывающей истории, но я почти не обратила на них внимания...

– Это какие неточности?! – гаркнул кто-то из прислушивающейся толпы. – Там чё, не было магов?!

Предположение народ встретил гневным возмущением.

– Были маги, были, – пришлось тут же отвечать Ольге.

– Или их не убивали? – Донеслось недовольно из другого угла кухни.

– Ну... парочка несхонских магов точно погибла... – Остальная фраза девушки потонула в одобряющем гуле теронцев.

– Ну а чего тогда перебивать?! – Рявкнули с другой стороны. И, кажется, это подал голос недовольный Дахстер, которому тут же стали поддакивать другие слушатели.

"Вот точно надо было его тогда сильнее стукнуть! – подумала ведьма. – Или не просить за него, пусть бы увольняли".

– А то, что не стоит тогдашних моих спутников называть чудовищами! – вскинулась Ольга. – Между прочим, половина из них были теронцам! Что вы о своих же воинах так неласково...

Миг тишины, недоверчивые переглядывания, блеск осознания в глазах окружающих, и опять ее речь потонула в гуле возбужденных охов и громких переспрашиваний.

– Теронцы?! Там были теронцы? Это они напали на магов? – Неслось со всех сторон. – И они убили магов? Всех убили? А где это было? А кто там был?

Кто-то, не получив ответа, даже пытался дернуть сзади ведьму за рукав, чтобы привлечь внимание. Поэтому подскочивший Эрн и Сэко, а за ними и Кэррг с Бирниром тут же стали стеной вокруг Ольги, защищая ее от всколыхнувшегося внимания своих же соотечественников.

"Ох, черт! – опешила ведьма. – Вот это пришла байки послушать! Как теперь отсюда выбираться?".

Гаркнувший на всех Сэко, демонстративно положив руку на пояс рядом с оружием, в итоге заставил подхватившуюся толпу угомониться. Кое-кто из охраны не постеснялись пинками рассадить слишком взбудораженных соседей по местам. Понемногу народ притих.

– Но откуда там – это ж небось в Несхоне – взялись теронцы?! Что они там делали? – И опять, кажется, это выступил Дахстер, чересчур дотошный.

– Нападали на несхонцев! – пришлось громко ответить Ольге под давящими взглядами окружающих. – Это же ваше любимое занятие! Особенно если в довесок еще и магов пообещали...

Вокруг захмыкали и неуверенно засмеялись.

– Если там по правде были теронцы, то почему в истории их называют чудовищами?

"Нет, вот точно этому гаду еще надо добавить!" – подумала Ольга в адрес не замолкающего Дахстера, а вслух сказала:

– Так история-то из Несхона! Наверное, со слов выживших в той битве несхонских солдат, которые так обозвали врагов. Ведь для них все теронцы чудовища, потому что вас там боятся!

Так Ольга и правду сказала, и скрыла участие в бою иномирян, что действительно пришли из Пустоши. Набившиеся в кухню теронцы на кухне засмеялись еще громче, более живо обсуждая слова ведьмы.

И всё больше вопросов стало раздаваться вокруг. Но Ольга не знала что отвечать. Говорить ли правду и какую именно? Почему теронцы, участвующие тогда в атаке на замок магов, сами не принесли эту историю в родную страну? Раз сказителю пришлось собирать какие-то несхонские преувеличения? Если участники что-то скрывают, то не подставит ли Ольга их своими нечаянными рассказами?

Девушка глянула на Сэко, ища у него подсказку. И пожилой воин вступился, ответил за нее жаждущей толпе:

– Все подробности о той истории в Несхоне запрещены словом короля! Приказ издал сам пресветлый наш Ламонт Кинкейд! Любые попытки выяснить или передать какие-либо сведения о том событии могут быть приравнены к отступничеству или даже государственной измене! – гаркнул мужчина в тут же притихшем зале.

А Ольга с удивлением глядела на Сэко, не шутит ли он.

– Госпожа ведьма, возможно, вам стоит покинуть рабочую кухню... – обратился к ней сам Сэко, затем добавил тише. – ...в столь поздний час. Господин Макнамар бы не оценил.

Пришлось ведьме соглашаться, тем более что оставаться теперь на кухне было бы глупостью. Ольга со служанками направилась на выход под охраной всё тех же воинов, и перед ними молча расступались собравшиеся в помещении теронцы. За их спинами звучали шепотки, нарастали разговоры. И Ольга задумалась, к чему приведет ее очередная выходка, ее желание "сходить в народ". Не навредит ли Хогламилу?

***

– Ты не шутил? – негромко спросила Ольга, повернувшись к Сэко, когда они пустыми коридорами возвращались в хозяйскую башню. – Что те события засекречены?

– Да! – Кивнул насупленный теронец. – Так что, госпожа ведьма, не рассказывайте никому никаких подробностей.

– Даже мне? – Их догонял прихрамывающий Тропал. – Сэко, ты тоже что-то знаешь об этом? Кто там был? Тогда в Несхоне?

– Тебе пусть твой господин рассказывает, что посчитает нужным. – Не то отмахнулся от коменданта, не то явно подсказал ему Сэко.

А ведь теперь он сам числился в рядах воинов крепости. И даже если Второй клинок Терона был более знаменитым воином, всё равно он подчинялся Тропалу в отсутствии Макнамара.

– Госпожа Ольга, но тогда действительно погибли маги? – Не успокаивался Тропал, глядя своим единственным глазом на гостью-чужачку. – И там были теронцы?

– Да. – Коротко ответила Ольга, обходясь без деталей.

Суровому теронцу и этого хватило. Его лицо дрогнуло, губы, также перечерченные шрамом, расползлись в кривой улыбке. А Сэко поторопился увести Ольгу дальше.

***

На следующий день после обеда в замок заявилась пара купцов с телегами. Видимо, с этим торговым караваном попал в земли Макнамара сказитель, думала Ольга, которую служанки позвали вниз смотреть товары. Но если большая часть торговцев с простым товаром остались в деревне, то у этих двоих нашлись предложения побогаче, которые решили представить в замке знатным гостям господина Макнамара.

Товар разложили прямо на телегах, стоящих во дворе крепости. Объявившийся рядом с Ольгой Сэко тихо шепнул, что, мол, слишком осторожный Тропал не допустит чужаков в башню без разрешения господина. Мол, и так сделали одолжение дамам, когда пустили купцов в крепость. При этом суровый комендант лично бдел приезжих во дворе, где караулили дополнительно выставленные по углам солдаты.

Знатным дамам, окруженным служанками, пришлось выйти на свежий воздух, чтобы при солнечном свете полюбоваться предложенными тканями, безделушками и прочим. Когда Ольга со своими служанками спустились, во дворе уже были гостьи – невесты с сопровождением, в стороне нетерпеливо мялись и дворцовые слуги, дожидаясь своей очереди – если не купить, то хоть поглазеть на товар из других районов.

На одной телеге были разложены отрезы тканей, кучи ниток, которые уже перебирала Карима, кружева, мотки с тесьмой, коробочки со стеклянными бусинами и резными пуговицами и прочее подобное. А также готовые аксессуары, вроде тонких перчаток и каких-то прочих ажурных тряпочек, которые с упоением рассматривали молодые знатные теронки, живо обсуждая меж собой. Ольга лишь мазнула взглядом по такой роскоши. Общий женский азарт покупок совершенно не захватил ее. К тому же Ольга вспомнила, что у нее нет местных денег, поэтому смысла присматриваться не было. Разве только ради любопытства о веяниях местной моды.

Гораздо интереснее было наблюдать за собравшимся у стихийных лотков народом. Служанки Ольги вначале тоже со жгучим любопытством косились на разложенные товары. Особенно на второй телеге, где на расстеленном покрывале красовались целые горы разнообразных украшений – от браслетов до связок бус, а также разукрашенные коробочки для них и дамских мелочей, резные гребни и яркие ленты. Даже небольшие зеркальца из полированного металла были здесь предложены, видимо, как особая ценность. Но затем Стаса опять начала то бледнеть, то краснеть. И Ольга вновь заметила неподалеку, в выставленном усиленном дозоре того самого Дахстера. Который вместо того, чтобы добросовестно следить за чужаками, больше пялился на им же самим отвергнутую девушку. И ведьма внутри Ольги решила действовать. Пора было помочь Стасе устроить личную жизнь. Тут еще удачно одна старшая теронка из Гриффинов окликнула Ольгу, спрашивая, "неужели ведьмам неинтересны ткани и кружева? Не всегда же, мол, ведьмы ходят в мужских брюках".

Конечно не всегда, вот и сейчас Ольга была затянута в пожалованное ей платье, достаточно богатое для статуса "знатной" дамы. Ольга только ухмыльнулась на такую поддевку от теронки, замечая, как навострили уши купцы, и до этого с подозрением косившиеся на светлые волосы девушки.