Сержант полиции Марк О'Брайан был семейным человеком. Он чтил семейные ценности: Рождество, елка, подарки, огонь в камине (пускай и электрическом), индейка под клюквенным соусом. Чего О'Брайану не хотелось совершенно, так это торчать накануне Рождества в участке и допрашивать Оливера Мэттьюса. Оливера Мэттьюса сержант знал давно, искренне терпеть не мог и с вожделением думал о том моменте, когда судья подпишет ордер на арест проклятого американского головореза. Конечно, обвинение в убийстве Мэттьюсу не грозило, потому что убийство андроида — это всего лишь порча имущества. Однако имущество это стоило кругленькую сумму, и по канадским законам сидеть бы голубчику до очередной губернаторской амнистии. Или хотя бы выплатить немаленький штраф. Беда в том, что, во-первых, проклятый ублюдок Мэттьюс был маршалом США. От этой мысли О'Брайана просто тошнило. Его дед сам перебрался в Канаду с юга, из Детройта. В те времена слова «маршал США» вызывали справедливую гордость. Поимка беглых преступников, сопровождение федеральных заключенных, защита свидетелей — опасная, нужная и достойная работа. Теперь маршалами называлось всякое отребье, включая «Бегущих» — охотников за головами, на которых клейма негде было ставить. И во-вторых, Мэттьюс не оставлял следов. Он частенько охотился здесь, на границе, и хоть бы раз его удалось поймать над свеженьким жмуриком… если, конечно, это слово применимо к трупам андроидов. А как их называть? «Органическими останками», что ли?

В общем, О'Брайан с удовольствием бы плюнул так называемому маршалу в рожу, но вместо этого нажал кнопку записи, подпер кулаками свисающие щеки и уныло проговорил:

— Повторите, что вы делали в доме жертвы.

— Нажми еще раз эту кнопку, О'Брайан, — без выражения отозвался Мэттьюс.

Его заросшее рыжеватой щетиной лицо с угрюмо горящими глазами неплохо бы смотрелось в рассылке «Разыскиваются», над строкой с кругленькой суммой за поимку.

— Что вы сказали, свидетель?

— Я сказал, нажми еще раз на эту кнопку, толстая ты полицейская свинья, и останови запись. Это не для камер.

— Вы только что оскорбили служителя закона при исполнении…

Мэттьюс сам протянул длинную костлявую руку и выключил микрофон.

О'Брайан смерил его яростным взглядом и по-сулил:

— Ты мне за это ответишь, паскуда.

Маршал, ничуть не смущенный угрозой, развалился на стуле, как в собственной гостиной, и протянул с мерзким техасским акцентом:

— Вот что. Не хочу раздувать скандал. Сейчас это не в моих и не в твоих интересах.

О'Брайан тряхнул щеками и стукнул кулаком по столу — не слишком сильно, но решительно.

— Ты сам вломился в госпиталь с воплями про беглого андроида, потрошащего баб.

— Я ошибся, — хладнокровно ответил Мэттьюс. — Не надо было этого делать.

— Твоя мать ошиблась, когда сошлась с твоим папашей, — прорычал сержант. — Ты ошибся, когда вторгся на мою территорию. А здесь уж мне решать, что разглашать и что нет.

— Вот что я тебе скажу, друг, — сказал Мэттьюс, невозмутимо доставая сигарету, — хотя в комнате допросов свидетелей, разумеется, курить было запрещено. — Побеседуй-ка со своим капитаном. А когда вернешься, мы продолжим.

Ненависть О'Брайана, и без того острая, достигла в этот момент пика. Он живо представил, как хватает железный стул и бьет им Мэттьюса в рожу, бьет до тех пор, пока проклятый ковбой не выплюнет на пол все свои прокуренные зубы. К сожалению, О'Брайан был человеком семейным. Ему нужна была зарплата, дважды в месяц аккуратно поступавшая на счет. Ему нужны были электрокамин, и индейка, и все эти маленькие рождественские радости, вечера с детьми, пластика для жены и новые шины на «Тойоту». Поэтому, вполголоса пожелав Мэттьюсу анальной любви с десятком андроидов, сержант вернулся к допросу. Микрофон он так и не включил.

* * *

Андро ждал Мэттьюса в машине на стоянке рядом с полицейским участком. Рой Батти терпеливо сидел в «Форде», не включая двигатель и обогреватель, не слушая радио, — просто смотрел в лобовое стекло, за которым сыпался снег. Пока маршал общался с сержантом и с капитаном, на крыше машины собралась немаленькая снежная шапка. Мэттьюс мимоходом подумал, что, не вернись он, андроид вполне мог бы просидеть в «Форде» пару дней, пока не скрылся бы под сугробом.

Растирая щеки и чертыхаясь, маршал сел за руль и включил мотор. Из кондиционера пошел теплый воздух. Рой Батти, обернувшись к маршалу, наконец-то разлепил губы и поинтересовался:

— Удалось что-нибудь узнать?

Мэттьюс тряхнул головой и проворчал:

— Как и у нас, пусто. Ни волоска, ни капли крови. Плюс ублюдок стирает записи со всех камер ЭМ-стеком. Его штрих-код тоже не засекли. Капитан, этот старый придурок, считает, что парень бегает по зимнему городу в темных очках.

— Скорей всего, линзы, — озабоченно заметил Батти. — Вероятно, он сильно изменил внешность.

— Без тебя разобрались. Мы задали более широкие параметры поиска, но теперь злоедучие камеры будут подавать сигнал тревоги на любого андро. Хотя тут вашей братии негусто, может, и сработает. О'Брайан будет копать по контейнерам.

Батти покачал головой.

— Для переноски эмбрионов не нужно особое оборудование. Достаточно приличного контейнера с охлаждением. Такие выпускают миллионами. Их закупают все косметические фирмы и госпитали…

— У тебя есть идеи получше? — рявкнул маршал.

Впрочем, настоящей злости он не испытывал. Не так, как в том доме, провонявшем смертью. Сейчас он, как и андроид, мысленно прикидывал разные сценарии. Если беглецы не попадались на ограблении ювелирных, можно было взять их у химиков. Мэттьюс уже обзвонил парочку знакомых контор. Он легко мог прикрыть их бизнес, поэтому ребята охотно сотрудничали, выдавая обращавшихся к ним андро. Однако существовал шанс, что этот мерзавец уже запасся ГФГ и нужным снаряжением. В отличие от других, он убивал и грабил не по необходимости. Раньше, еще до того, как заняться андро, Мэттьюс зачастую выслеживал психов. Серийщиков. Маршал хорошо знал, что такое Большая Игра. Психам нравилась Игра. Психи никогда не отказывались от Игры — а ту надпись на стене оставил, несомненно, псих.

Теперь надо было еще прикрывать жопу от репортеров. Он неправильно поступил, ворвавшись в кабинет гинеколога. Просто хотел проучить перехватчика, а следовало бы послушать его и втихую скачать все данные. Марте Керли они все равно уже ничем не помогли.

— О чем вы думаете, сэр? — тихо спросил андроид.

Маршал взглянул на него.

— Я думаю о том, не выманить ли уродца на тебя. Если это личная вендетта между вами…

Рой Батти резко качнул головой.

— Нет, ни в коей мере. Это не личное, сэр. Просто Мартин знал, что за ним пошлют перехватчика…

Оливер Мэттьюс широко ухмыльнулся.

— Мартин?

Андроид, видимо, понял, что прокололся. Все-таки врать они почти не умели, эти живые машины, идеальные солдаты или как там их еще. Маршалу даже показалось, что на бледных щеках андро выступила слабая краска, хотя это, конечно, вряд ли.

Мэттьюс включил обдув, сметая с ветрового стекла снег. Не глядя на Батти, он процедил:

— Лучше выложи мне все, железяка. Потому что пока я вижу два сценария — либо поднять на уши всю полицию кануков и выдавить мерзавца в глухомань, а там тихо грохнуть, либо разобраться с ним… лично, как ты говоришь. Итак, что произошло между вами?

Андроид уже открыл рот, но тут по стеклу с его стороны будто белка лапками пробарабанила. Маршал оглянулся. В окно машины стучала маленькая — то ли детская, то ли женская — рука в красной варежке. Потом рука исчезла, и в окно заглянуло лицо девушки, обрамленное выбившимися из-под вишневого берета песочно-русыми прядями. У девушки были серые глаза и курносый носик, усыпанный бледными зимними веснушками. Мэттьюс мгновенно узнал ее. Это была она — чистомировка из приемной гинеколога.

— Только этого нам не хватало, — зло выдохнул он. — Как эта мелкая курва нас выследила?

Переключившись на задний ход, маршал резко вдавил в пол педаль газа. Машина дернулась назад. Снег фонтанами вырвался из-под колес. Девушка пошатнулась, прикрывая глаза от грязных комьев, и, не устояв на ногах, упала.

Андроид на сиденье рядом с Мэттьюсом резко выпрямился.

— Сэр, она беременна. Вы могли повредить ей.

Маршал ударил по тормозам, так что «Форд» чуть не пошел юзом. Затем он развернулся к перехватчику и уставился на него с тяжелым подозрением. Батти изобразил неловкий жест — словно хотел пожать плечами, да так и замер, нахохлившись.

— Я знаю, сэр, что вы считаете меня существом, абсолютно лишенным моральных принципов. Но я хорошо усвоил свод правил, отвечающих за…

— Пасть закрой, — хрипло сказал Мэттьюс и, распахнув дверцу, выскочил из машины в холодный утренний свет.

Девушка лежала ничком, подогнув одну ногу и зарывшись лицом в снег. Левая рука откинута, правая скрыта под телом. В голове Мэттьюса что-то мелькнуло, и, схватив убегающую мысль за хвост, он присел и рывком перевернул упавшую. Нижняя прикушенная губа чистомировки кровила. Ресницы захлопали, избавляясь от снежинок. Девушка не смотрела на маршала — серые прозрачные глазищи таращились куда-то поверх его плеча. Маршал рефлекторно оглянулся, увидел красную куртку андроида, краем глаза заметил, как девушка вскидывает сжатый кулак, и ощутил жжение в левом боку.

— Гребаная идиотка, — прошипел он, одной рукой перехватывая ее запястье, а другую прижимая к разрезу в куртке.

На снег выпал нож с коротким темным лезвием и закапало алым.

— Она вас ранила, сэр, — бесстрастно заметил андроид. — Надо вызвать полицию и врачей.

— Тебе надо заткнуться. Бери ее.

Чистомировка рванулась, забилась у него в руках, но Батти послушно перехватил девчонку.

— Тащи в машину, — прохрипел Мэттьюс, подбирая нож и носком ботинка забрасывая кровь на снегу.

Затем, по-прежнему зажимая бок, он захромал к машине следом за андроидом и своей несостоявшейся убийцей.

Камера, регистрирующая все происходящее на стоянке, равнодушно повернулась вслед рванувшему с места «Форду».

* * *

Еще вчера они остановились в обшарпанной гостинице под названием «Батлер Инн». Сняли один номер, на что андроид согласился с раздражающей покорностью. Мэттьюс не доверял ему. Лучше уж вытерпеть ночь в одной комнате с андро, чем потерять его из виду. Сейчас, с трудом добравшись до гостиницы через снежные заносы, они втащили чистомировку в номер. Та не сопротивлялась и шагала, как пьяная или обкурившаяся: зрачки расширены, глаза горят. Возможно, девчонка была уверена, что ее подвергнут жестоким пыткам. А может, и правда обкурилась.

Мэттьюс, промывавший рану в тесной ванной, ухмыльнулся. «Чистый мир» был организацией влиятельной и опасной, но, как и всякое политическое движение, оброс маргиналами, наивными идиотами, фанатками и прочим балластом. Порой верхушка умело использовала этот хлам в своих целях, но по большей части он просто болтался, мешая ходу их корабля. Вряд ли девчонка действовала по согласованию с руководством местной ячейки. Скорей, просто увидела андро в больнице, как-то выследила их и решила вот так продемонстрировать свою гражданскую позицию. Она и убить-то, по всей вероятности, собиралась не человека, а андроида, но впопыхах растерялась. Маршал уже глянул ее удостоверение. Мисс Дженис Корриган, 2017 года рождения, студентка местного ветеринарного колледжа. Любит, значит, собачек, и кошечек тоже любит. А вот людей — не особо. Кажется, яйцеголовые называли такую херь «юношеским максимализмом».

Поморщившись, Мэттьюс вылил в узкий неглубокий разрез пероксид и зашипел от боли. Затем шлепнул розовую плюху регенерат-геля и залепил пластырем. До завтра рассосется. Отмыв руки от крови и пригладив волосы — из зеркала глянула совершенно страшная, заросшая и невыспавшаяся рожа с резкими складками на щеках, — он вышел в комнату.

Девушка, покачиваясь, сидела на кровати и смотрела в окно. На ней было то же бордовое пальтишко и вишневый берет, почему-то так и не упавший с головы. Приколот к волосам, что ли? На запястьях поблескивали наручники.

— Это зачем? — дернув подбородком, спросил Мэттьюс.

Андроид, стоявший рядом с кроватью, как манекен в лыжном костюме, подобрался и отчеканил:

— Женщина представляет опасность. Она уже пыталась вас убить. Если вы не хотите обращаться в полицию, нам необходимо выяснить, какие мотивы ею движут…

Маршал негромко рассмеялся и, шагнув вперед, вытянул руку ладонью вверх.

— Ключи.

Сержант Батти секунду поколебался, но все же вложил в его пальцы ключи от наручников. Присев на застиранное покрывало рядом с девушкой, Мэттьюс снял браслеты и, взяв чистомировку за подбородок, развернул к себе.

— Обкололась? Накурилась? Что ты себе вкачала?

Болезненно изломив темные брови, девчонка ответила:

— Я не употребляю наркотики.

— Тогда зачем меня пырнула? Да еще и на стоянке рядом с полицейским участком? Совсем ум потеряла?

Чистомировка поджала губы. Кажется, она приходила в себя — по крайней мере, отрешенное выражение на ее лице сменилось высокомерно-презрительным. Только вот голосок по-прежнему дрожал.

— Я не хотела убивать вас, хотя пособники нелюдей заслуживают смерти. Это случайность.

Но Мэттьюс не собирался давать девчонке поблажки. Закатав свитер, надетый вместо окровавленной рубашки, маршал продемонстрировал ей залепленный пластырем бок.

— Это случайность? Если бы мне не повезло и твой ножик, красавица, был на два дюйма длиннее, ты проделала бы мне дырку в желудке.

Девушка вздрогнула. Похоже, раны в своей жизни она видела нечасто.

— Извините, — куда более смиренно сказала истребительница нелюдей. — Я, правда, не хотела. Я просто услышала… я подслушала, что вы сказали доктору Гранту. Про андроида, который убивает…

— Беременных женщин, — подсказал Мэттьюс.

Чистомировка сглотнула.

— Да. И я подумала… это будет хороший шанс показать всем…

— Но убивал их не этот андроид, — перебил ее маршал, кивнув на замершего рядом с кроватью красавчика. — Не сержант Рой Батти. Он из отряда перехватчиков. Его послали, чтобы поймать и нейтрализовать мерзавца. Он помогает мне, а я занимаюсь таким дерьмом полжизни. Ловлю беглых андро, причиняющих вред мирным людям. Таким, как ты. Понимаешь, идиотка ты мелкая?

Девушка затряслась и вдруг спрятала лицо в ладонях.

— Я не хотела! — глухо простонала она.

— Правильно, поплачь, — жестко хмыкнул Мэттьюс. — Пара дюймов стали в моих кишках — хороший повод поплакать.

Тут он несколько преувеличил, однако нужный эффект не замедлил воспоследовать — дурочка разразилась рыданиями. Маршал улыбнулся. Полдела, считай, сделано, только вторая половина была куда сложней и деликатней. Оставив бьющуюся в истерике девчонку на кровати, Мэттьюс встал и кивнул андроиду. В боку кольнуло. Маршал мысленно чертыхнулся — все же он позволил себе опасный трюк, а сейчас требовалось быть в хорошей форме. Чуть прихрамывая, он вышел в безлюдный коридор гостиницы. Сержант Батти вышел следом, мягко прикрыв за собой дверь. Впрочем, андро все делал мягко — и двигался, и говорил, и наверняка убивал, словно крупный хищник из семейства кошачьих. Эти качества Мэттьюс ненавидел, однако сейчас они могли спасти их обоих.

— Вы что-то задумали, — первым начал андроид.

Скрестив руки на груди, он прислонился к стене, исподлобья глядя на человека.

— Вы не дали бы просто так себя пырнуть. У вас очень быстрая реакция. Я видел вчера в спальне миссис Керли.

— Верно, железяка, — ухмыльнулся Мэттьюс. — Ты видел.

Прищурившись, он продолжил:

— Когда нас так нелюбезно прервали, я как раз спрашивал тебя, что у вас с этим психом. И ты мне расскажешь. Расскажешь все без вранья. А затем выслушаешь мой план и примешь его, потому что иначе мы будем гоняться за мерзавцем целую вечность.