Я зря беспокоилась, ведь этот господин не раз доказал, что он настоящий джентльмен. Даже если у него внутри и бурлит огонь, умэ прекрасно с ним справляется. Страсть драконорождённого выдаёт лишь его голос и взгляд…

Сердце ёкнуло.

«Ох!»

Глаза умэ действительно были необыкновенными! Сейчас они потемнели почти до черноты, в которой вспыхивали оранжевые точки. Будто смотришь в бездонное ночное небо, в которое поднимаются искры от пожара, пожирающего всё живое в степи. Красиво… Опасно!

Уважение к этому человеку росло и крепло — я искренне восхищалась выдержкой Сэвери. Он не раз говорил про особенное отношение ко мне, и я видела подтверждение этому не только во взгляде, полном желания, но и в невероятно трогательной заботе, которую умэ проявлял ко мне и девочкам, невзирая на безумную занятость.

Будь мне двадцать, влюбилась бы без памяти! Поддаться очарованию холодного внешне и пылкого внутренне мужчины было так просто, так сладко, так маняще… Но сейчас, с высоты прожитых лет, я не могла себе позволить такой роскоши. В чужом мире, в другом теле, с опасными тайнами за спиной и ответственностью за детей.

Не имела права даже думать об этом. Поэтому отстранилась и, отвернувшись, проговорила с теплом в голосе и безмерным уважением:

— Примите мою искреннюю благодарность за бескорыстную помощь бедной вдове с детьми. Надеюсь, когда-нибудь смогу отплатить добром.

— Не стоит, — услышала в ответ, и показалось, что голос умэ зазвенел горьким разочарованием. — Меня не интересует доброта, которую можно купить.

Очарование момента растаяло, как нереальной красоты ледяной цветок, оставив после себя солёную лужу сожалений. Я опустила голову, не в силах выдерживать взгляд Сэвери, а мужчина проговорил:

— Вы устали. Позвольте, я отвезу вас.

Я кивнула, радуясь возможности уйти от возникшей неловкости. Направилась к выходу, умэ задержался рядом со следователем. Пока мужчины что-то негромко обсуждали, я покинула дом, вдохнула вечернюю прохладу и прижала ладони к пылающим щекам. В ожидании Сэвери прошлась по лужайке, заглянула в наскоро сколоченную беседку, где располагалась наша летняя кухня. Осмотрелась.

— Вроде ничего не забыла… — Заметила на столике белый квадрат. — А это что?

Взяла в руки конверт, похожий на тот, что недавно получила с посланием «Я знаю, кто ты». По спине прокатилась волна колких мурашек. Когда я уходила в дом, письма ещё не было. Кто-то принёс его недавно и, возможно, всё ещё находился неподалёку.

Я быстро оглядела тёмную улицу и прислушалась к звенящей тишине. Не уловив ничего подозрительного, неохотно открыла конверт и заглянула, ожидая новое послание от неизвестного…

— Простите за ожидание, — прозвучал голос умэ.

Вздрогнув от неожиданности, — как он сумел подойти настолько незаметно? — я быстро спрятала письмо под фартуком, который забыла снять и сейчас порадовалась этому. Развернулась и с улыбкой ответила:

— Что вы! Это я должна просить прощения за то, что вам приходится после тяжёлого дня заниматься ещё и моими проблемами.

— Не стоит, это моя работа.

Он скользнул взглядом по фартуку, под которым я сжимала конверт, но ничего не сказал. Пошёл к воротам, у которых нас ожидала служебная повозка. Я последовала за умэ, на ходу спрятав послание за пазуху.

«Позже прочту».

Ехали мы недолго, расстояние между домами становилось больше, а сами здания — выше и роскошнее, лужайки и сады — всё ухоженнее… Даже при свете двух лун, что бороздили ночное небо этого мира, было видно, что это богатый район города.

Кучер остановил лошадь у высоких узорчатых ворот, за которыми виднелся впечатляющий основательностью и величественностью особняк. Двухэтажное здание посередине было украшено белоснежными колоннами, в огромных окнах одноэтажных крыльев горел свет. Было видно, что жизнь тут не останавливается даже глубокой ночью.

Я поняла, что ничего не знаю о мужчине, который называет меня своей истинной парой. Живёт ли он один? Есть ли у него родственники? Любовницы…

— О чём вы так глубоко задумались?

Моргнув, я поняла, что мужчина уже покинул повозку и, протянув руку, ждёт, пока я воспользуюсь его помощью. Что я и сделала, а оказавшись на земле, ответила:

— Планирую завтрашний день. Сегодняшний день показал, что горожанам понравилась идея летней веранды и работу блинной на время следствия можно не останавливать. Поэтому я планирую поставить несколько столиков для тех, кому по статусу не подходит идея с пледами…

Я слукавила, потому что не хотелось сближаться с Сэвери. Не стоило забывать, кто он, и в чьём теле я оказалась, поэтому надо сохранять дистанцию. И я рассказывала умэ о своих планах, пока он вёл меня по красивой аллее к небольшому одноэтажному домику, в окнах которого света уже не было. Дети спали.

— Спокойной ночи, — галантно попрощался мужчина у дверей.

Кивнув, я скользнула внутрь, ожидая встретить темноту, но в небольшом помещении на мягком диванчике сидел Хмур и укоризненно смотрел на меня. От животного исходило мягкое приятное свечение, и я без труда смогла рассмотреть изящное убранство холла гостевого домика умэ.

Я подошла и, присев рядом, погладила волшебного питомца. На моей ладони тут же заискрились молнии чужой опасной силы, а кот довольно зажмурился и заурчал, будто его наконец покормили.

— Кажется, я начинаю немного контролировать магию Ральвины, — тихо сообщила я коту и зевнула. — У-а… Как же я устала.

Подниматься и искать спальню сил не было, поэтому я прикорнула на диванчике, о чём утром о-очень пожалела.