Семь лет спустя

С каждым годом, сдерживать эту клятву становилось все сложнее и сложнее.

Нас притягивало словно магнитом. В самом невинном смысле этого слова. Мы не испытывали друг к другу физического влечения. Но магия крови, единая энергия, текущая по нашим венам, сближали нас. Мы даже суток не могли провести вдалеке друг от друга. Дедушка Амирхан объяснил в чем дело, что по мере взросления, мы втроем становимся семьей. Без сексуального влечения. Что полноценной семьей мы станем, только когда обретем одну пару на троих.

Поначалу, до наступления полового созревания, это не создавало проблем. Наоборот, мы радовались, что настолько сильно нуждаемся друг в друге.

Но потом, после шестнадцатилетия, начались проблемы.

Нам начали нравится девочки. Всегда одни и те же. И от зеленой бешенной ревности начались ссоры и драки. Мы бились не на жизнь, а на смерть. Дедушка всегда твердил, что это нормально, что все ссоры между нами прекратятся, как только мы встретим свою пару. Одну на троих, и наша энергия замкнется на ней.

А пока, постарайтесь не убить друг друга, обычно шутил старик.

Каждый мнил себя лидером. Альфой. Использовал силу, желая доказать собственное превосходство над другими.

В такие моменты, все что вдалбиливалось в нас учителями многие годы, забывалось. Даже то, чему научил нас наш самый уважаемый и любимый преподаватель, ниндзя по имени Дхарани. Небольшого роста, щуплый и жилистый, сорока пяти лет от роду. Он научил нас не только древнему искусству японской рукопашной борьбы, владеть любым оружием, от огнестрельного до холодного. Подарил нам древние японские клинки. Но и преподавал военную японскую философию — Ямабуси*.

* * *

Суть философии Ямабуси — предшественников ниндзя, заключалась в вере в высшее «природное знание» (Сидзэнти), соответствующее «Истинному закону», то есть — учению Будды, который можно постичь только путем строгой аскезы, уединения, тяжёлых и изнурительных тренировок, дыхательных и медитативных упражнений, составлявших суть магической практики.

На протяжении веков Ямабуси накапливали и тщательно хранили знания по химии, астрологии, медицине.

Легенды наделяют Ямабуси способностями изгнания злых духов и лечения самых тяжелых заболевания путаем произнесения магических формул — Дхарани.

Также образ Ямабуси неразрывно связан с образом магических существ — Тэнгу, воплощенных духов, полулюдей — полуворонов, славившихся мистическим искусством боя на мечах.

Многие верили, что Ямабуси и есть Тэнгу, а легенды наделяют Ямабуси способностями по своему желанию превращаться в Тэнгу. Практически все древние художественные свитки содержат изображения Ямабуси в облике Тэнгу.

Большинство практик ниндзя были заимствованы у Ямабуси и бережно хранимы внутри кланов.

Со временем, примерно к 12–13 веку количество кланов ниндзя стало увеличиваться и в их среде начала формироваться особая иерархия.

Все ниндзя делились на три категории:

Дзенины — лидеры кланов, как правило имевшие прямые связи с правителями;

Тюнины — командиры небольших отрядов, осуществляющие разработку конкретных операций;

Гэнины — обычные ниндзя, являющиеся непосредственными исполнителями.

Иногда Тюнины и Гэнины покидали кланы, становясь «независимыми» наемными воинами — шпионами.

Примичание автора — учителя наших героев зовут Дхарани, а сам Дзеннин, он лидер когда-то могущественного клана, единственный выживший из всего клана.

* * *

Благодаря Дхарани, я, Лео и Яр многому научились. Стали настоящими воинами.

Мастерски владели всеми видами холодного оружия. Ежедневные тренировки и медитации в течение двадцати одного года дали результаты. Дхарани воспитал из нас настоящих ниндзя. Обучил всему, что умел сам. Передал нам все известные ему древние знания. Сразу, после того как дедушка Амирхан принял Дхарани в свой клан.

А по достижении нами двадцати одного года, торжественно вручил древнюю магическую книгу, и такой же древний ключ. Наказав беречь все это. И умер через семь дней.

Так и не поведав, что за ключ. Если о книге Дхарани часто рассказывал. Учил нас по ней древним знаниями и заклинаниям. То о ключе не было сказано ни слова.

Мы впервые то его увидели за семь дней до смерти Дхарани.

Спросили, что это. И получили невразумительный ответ.

Что все узнаем в свое время.

А потом, началась студенческая жизнь золотой молодежи. Пьянки. Гулянки. Ночные клубы.

Наказы наставника забылись. Как и его последние слова. Мы хотели жить полной жизнью.

Трахали все что шевелится. Много и часто. Не слишком уделяя внимание учебе. Даже дедушка Амирхан не мог вразумить сорвавшихся с цепи внуков.

На тот момент, мы все трое скорее напоминали тяжелых подростков, нежели почти взрослых парней. В какой-то момент, разругались из-за девушек настолько, что начали избегать друг друга.

Трахали все что шевелится. Просто случайные ничего не значащие связи. Лишь бы доказать всем и друг другу, что нам не нравятся одни и те же девушки.

Сторонились друг друга, насколько это возможно, живя в одной квартире, пусть и большой. И тем не менее, частенько цапались, западая на одну самку. Дрались, и отдалялись друг от друга все дальше.

Но с каждый днем, с каждым месяцем и годом, проклятые метки пульсировали, оставленные Лео в ту кровавую ночь, ныли все сильнее. Притягивая нас друг к другу. Дедушка Амирхан говорил, что подобное происходит только перед обретением пары. Такие гормональные всплески раздражали и бесили, мы не хотели драться друг с другом.

И однажды, накидавшись алкоголем на вечеринке в честь нашего двадцатиоднолетия, мы сцепились снова. Лео, как самый сильный, обернулся… И спровоцировал на оборот меня и Яра. Хорошо, что произошло все на втором этаже нашей квартиры, куда гостям вход заказан.

О том, что произошло дальше, я помню смутно. Очнулись мы все трое в одной постели с девушкой, спустя трое суток. После жаркого и длительного секс марафона. Впервые разделив самку на троих. Она оказалась случайной знакомой, не нашей парой. Но этот первый раз унял неконтролируемую агрессию. Тогда мы осознали, что вполне можем делить одну самку. И при этом не поубивать друг друга.

К тому моменту, все гости уже рассосались. Лишь дедушки Амирхан и Дхарани спокойно попивали кофе в нашей гостиной.

Убедившись, что с внуками все в порядке, дедули продолжили попивать чай, поздравив нас с созданием ментальной связи.

Расмеялись, увидев наши изумленные лица.

— Мы уже давно знаем, что вы предназначены друг для друга. — Слова деда Амирхана словно бальзам на душу, залечил все раны, унял все сомнения.

— Но как же так, дед, ведь мы…

— Геи? — Перебил дедушка Дхарани. — Вы не геи. Вас же не влечет друг к другу? Нет. Вы создали ментальную связь. У нас это называется ментальный брак. Без сексуальной связи. Главное, что вы любите друг друга как братья. Кроме того, для вашей расы норма полигамные браки. Теперь, вам осталось найти ту, кто сделает вас счастливыми, кто полюбит вас троих, кто подарит вам потомство. — И добавил нечто странное: — Смотрите, не упустите свое счастье. Помните, все зависит от вас. Либо вы куете его сами, либо сами разрушите. Будьте внимательны, дети мои.

Тогда мы не обратили внимание на странное поведение дедушки.

Как выяснилось потом, зря.

Дедушки уехали домой. Вся ненависть и ревность исчезли.

А встретив нашу девочку через четырнадцать лет, почему-то не признали в ней пару.

Ошиблись во многом. Даже не заметив, как эта простая девушка, чье тело оказалось исполосовано шрамами, смогла забраться к нам под кожу, и занять главное место, в наших, казалось, заледеневших сердцах.