Есть основания считать, что на 2-м пленуме ЦК КПК 11-го созыва, состоявшемся в феврале 1978 г., одним из центральных был вопрос о пересмотре дел руководящих работников, которые необоснованно пострадали во время «культурной революции».

В принципе против пересмотра никто не мог возражать, но в то же время сопротивление этому пересмотру было довольно существенным.

Не случайно старые кадровые работники, считавшиеся в то время проходившими курс обучения в партийной школе при ЦК КПК, требовали, чтобы при пересмотре уничтожались обвинительные материалы, послужившие основанием для репрессий. Процесс пересмотра дел, по их словам, наталкивался на «сопротивление бюрократов и людей, находящихся под воздействием “четверки”».

Последние ссылались на то, что пересмотр дел ведет к пересмотру самой «культурной революции», в ходе которой они возникли. Они утверждали, что решение вопроса о кадрах — это «пересмотр всей великой культурной революции».

Возвращенцы не входили при этом в обсуждение вопроса о самой «культурной революции», но заявляли, что взгляды их противников являются «крайне ошибочными», что их «следует полностью раскритиковать», что «кадровый вопрос — это не только вопрос о нескольких людях, не только вопрос о политической судьбе этих лиц и вопрос об их родственниках и детях, но это и вопрос, касающийся всех кадровых работников и касающийся масс… Если вопрос о старых кадрах будет решен плохо, то кадры среднего и молодого поколений не смогут спокойно работать. Ведь кадры среднего и молодого поколений тоже постареют».[322]

Противники «культурной революции» обходили вопрос об оценке «культурной революции» и о Мао Цзэдуне как ее инициаторе. Они, однако, резко ставили вопрос об отношении к кадровым работникам, требуя восстановления справедливости.

В ходе реабилитации учреждений и целых сфер общественной и политической жизни некоторые, особенно сильно ненавидевшие «культурную революцию», деятели делали резкие заявления. Например, один из возвращенцев, назначенный после смерти Мао Цзэдуна и устранения «четверки» первым секретарем парткома провинции Хэйлунцзян, Ян Ичэнь, заявлял, что провинциальный партком до «культурной революции» был «красным, а не черным».[323] Это подрывало утверждение Мао Цзэдуна во время «культурной революции» о том, что именно по провинциальным парткомам следовало «открывать огонь».