Снова в ресторане Анна, Игорь и Урий.

Анна. Я думала, час уйдет на объяснение моего поступка и… сейчас я соберусь. Дорогие мои друзья, именно так. Я вот что подумала, так сложилось, с момента знакомства я с каждым днем все больше и больше убеждаюсь, что вы оба – лучшие мужчины из тех, кого я встречала за долгое время, сделать выбор решительно невозможно, я даже не понимаю, как такое в принципе возможно.

Урий. Ты не помнишь, в каком кино это было?

Игорь. Нет, но точно было.

Анна. Это жизнь, а не кино! Можно вы потом о кино поговорите! И я решила, что если я не могу выбрать никого из вас, то, значит, все-таки главного критерия для выбора не хватает, а именно, настоящей любви, которую я и не искала, когда все это начинала.

Урий. Да тут никто ее не искал.

Анна. Вот именно! Но за время наших отношений в жизни каждого из нас тем или иным образом появился ребенок. Вы это успели обсудить?

Игорь. Нет.

Анна. Игорь, случайный секс Урия с 25-летней подругой его внучки закончился залетом.

Игорь. Чтоб я так жил.

Анна. Урий, у Игоря есть сын, с которым он никогда не жил, но его мать сейчас в адском разводе и, как понятно, Игорь вовлечен.

Урий. СК – как раз про эту тему?

Игорь. Ага, там упырь совсем берега попутал, чинуша мерзкий.

Анна. Но про мой статус бабушки вы в курсе оба. Мне кажется, сейчас мы более всего нужны своим детям и внукам, мы должны передавать им чистые вибрации настоящих чувств, а наши с вами отношения несколько не соответствуют этим критериям.

Урий. Перевожу на русский с вашего адвокатского. Если нет настоящей любви, то лучше дружить.

Анна. Вот!!! Именно об этом я и хотела поговорить. К пятидесяти годам выяснилось, что у меня почти нет настоящих друзей, которые могли бы мне помочь в воспитании сына и внучки, которые помогли бы мне все это перенести достойно, которым бы я могла отдавать что-то из своего, как мне кажется, не самого бедного внутреннего мира.

Игорь. Перевожу с философского на русский. Ты предлагаешь нам обоим продолжать с тобой дружить.

Анна. Да, предлагаю. Не скрою, в этом есть доля эгоизма, мне нужно серьезное мужское влияние на Ваню, чтобы хоть как-то нивелировать влияние на него его отца.

Урий. Игоряныч, что это за слово?

Игорь. Стереть к чертям.

Анна. Очень точное определение. Опять же, не скрою, предварительная беседа показала, что у вас разные взгляды на будущее Вани, и я, опять же, не могу выбрать, какой путь лучше, но в дружбе это допустимо.

Игорь. То есть наше заочное соревнование за тебя переходит в очное за Ваню. Я тебя обожаю.

Анна (переходит с официального на человеческий). Да ладно тебе. Мальчики, мне правда нужна помощь. Ваня скоро приедет с дочкой, и мне очень нужны друзья, и я могу быть настоящим другом. Давайте честно, вы все равно сейчас будете в своих детях, а не в романе, да и потом, вот если искренне, кто-то из вас влюблен в меня по уши? Так чтоб до боли в сердце?

Молчат.

Анна. Ну вот, я не обижаюсь. Точнее, немного обижена, конечно, хотелось бы суицида, но в следующий раз.

Звонок.

Анна. Да, Ванечка, что значит рожает?!

Анна разговаривает.

Игорь. У тебя когда рожает?

Урий. Через шесть месяцев.

Игорь. Ну, вот и потренируешься, вспомнишь навыки…

Урий. Да я уж понял, что мы все при деле на ближайшие лет сто, а ты что думаешь делать со своим?

Игорь. Не знаю, может, и правда перевезу его мать в Москву, так надежнее. Может, Анна его уму-разуму научит.