Воробей побледнел, услышав такое предложение.

– Разве духи не проклянут нас за это? – взволнованно спросил он.

– Вы же не будете ничего красть, – объяснила Ворона. – Волк лишь заберёт то, что по праву принадлежит его деревне. Главное – не наступайте ни на чьи кости. Вот это точно навлечёт на вас беду.

С улицы донеслись шаги, и на пороге появился высокий мужчина в плаще из овчины.

– Добро пожаловать домой, отец. – Ворона встала, опираясь на костыль. – Это мои друзья. Волк – тот мальчик с Великого острова, про которого я тебе рассказывала. А Воробей живёт на Высоком острове.

– Для меня честь познакомиться с вами, – вежливо ответил отец Вороны. – Чувствуйте себя как дома. К сожалению, я не могу задерживаться. Я пришёл только для того, чтобы взять еды: пастухам в Каштановой долине нужна помощь. Теперь и овцы начали болеть. Нет конца этому кошмару. Ворона, не жди меня: возможно, я не вернусь до утра. И не забудь запереть дверь как следует перед тем, как лечь спать.

Он завернул в тряпицу кусок мяса и ушёл. Мы же стали ждать, пока стемнеет. К своему удивлению и облегчению, я обнаружил, что снова могу разговаривать с Вороной так свободно, словно знаю её всю жизнь.

Наконец наступила ночь. Когда мы вышли из дома, в деревне царила зловещая тишина. Ворона несла зажжённую масляную лампу. На улице никого не было, только бараньи черепа таращились на нас с соломенных крыш. Тени они не нравились, и он рычал всякий раз, когда их видел.

Мы дошли до могильника, который был очень похож на наш, только гораздо выше и шире. Порывистый ветер с заунывным воем трепал траву на его склонах. Мне стало не по себе.

– Как мы собираемся проникнуть внутрь? – чуть слышно спросил я. – Мы об этом не подумали.

Ворона не ответила. Она похромала вокруг могильника, внимательно вглядываясь в густую траву.

– Вот он, – наконец сказала она.

Я поспешил к ней.

– Что ты нашла?

Ворона указала на кустик, растущий у подножия холма. Я раздвинул ветви и обнаружил за ними круглый плоский камень, прикрывающий узкий лаз.

– Это потайной ход на тот случай, если с шаманом что-то случится в могильнике во время ритуала, – объяснила она.

– Откуда ты о нём знаешь? – удивился я.

Ворона улыбнулась.

– Я нашла его, когда играла возле могильника. О, я знаю, что это запрещено, но тогда я была совсем маленькая.

– Значит, забраться внутрь не составит особого труда. – Я расплылся в улыбке. – Держи Тень, Ворона. Я не хочу, чтобы он лез за нами.

Однако проникнуть в могильник оказалось совсем не так легко, как я воображал. Сначала нам пришлось отодвинуть тяжёлый камень. Потом я прополз по тесному лазу, где острые камни, выступающие из его стен, рвали мою одежду. В лицо мне то и дело лезла липкая пыльная паутина, а в какой-то момент по моей шее пробежал рассерженный мохнатый паук. Наконец я вывалился в гробницу. Там было темно хоть глаз выколи. Под моей ногой тут же что-то хрустнуло, и мне оставалось только надеяться, что это не человеческая кость.

Воробей пробрался вслед за мной, держа в руке зажжённый факел.

Мы оказались в узком коридоре. По обе стороны располагались два ряда проёмов, в которых плескалась непроглядная тьма. Пройдя по нему до конца, мы оказались в комнате с возвышением в центре, на котором возлежал скелет, укутанный в древние меха. Вокруг стояли глиняные горшки. Видимо, внутри них хранилось его имущество. Я подумал: должно быть, этот человек при жизни был очень богат и могуществен, раз у него имелось столько всего. Возможно, он был вождём или сильным шаманом.

– Смотри под ноги, – предупредил я Воробья. – Нам нужно подобраться вон к тому важному скелету и не наступить ни на чьи кости.

– За теми проёмами тоже скелеты, – прошептал Воробей хриплым от страха голосом. – Они везде. У некоторых на запястьях браслеты, а на шеях – ожерелья.

– Но я чувствую, что нам нужен лишь тот человек, – возразил я.

Я оказался прав. Когда мы на цыпочках подошли к скелету, я увидел в его ладони наконечник копья. Древко с вырезанными на нём фигурками дельфинов и оленей пропало. Может, шаман из деревни Вороны отломил и выбросил его, а наконечник спрятал под плащом, чтобы вынести его незаметно? В любом случае я точно знал, что это наконечник копья из моей деревни, и когда Воробей поднёс факел поближе, моя уверенность в этом стала непоколебимой.

– Я возьму его, – сказал Воробей.

Он потянулся к наконечнику свободной рукой, но не смог вытащить его: хватка скелета оказалась поистине мёртвой. Копьё застряло!

– Дай я попробую, – предложил я.

Я протянул руку и едва коснулся наконечника, как он оказался у меня в ладони. Почти сразу же я почувствовал, как какая-то невидимая сила пробежала вверх по моей руке и пронизала меня насквозь, так что волосы у меня на затылке встали дыбом.

Это длилось всего несколько мгновений, но перед моим внутренним взором предстал бурный ручей в долине. В траве вокруг него валялись мёртвые овцы. Я увидел дно ручья и нечто отвратительное, лежащее там в грязи.