Руководители экспедиции поручили мне как молодому специалисту создать специальную буровую геологическую партию: получить буровую технику, автотранспорт, собрать надежных людей и летом 1967 года выехать в поле, в Казахстан, в район озера Балхаш, разбурить поисковые площади, выявить и опробовать проявления тантала и ниобия.

Я взялся за дело, принял на работу людей, получил две самоходные буровые установки. Три вспомогательные грузовые машины с прицепами, буровой инструмент, трубы, полевое снаряжение, продукты питания. Все это погрузили на железнодорожные платформы и с сопровождающими отправили в Казахстан к месту предстоящей работы.

Геологи и буровики, десять человек вместе со мной, вылетели самолетом в город Балхаш, где мы встретили на железнодорожной станции наш транспорт.

В городе запаслись продуктами питания, водой, бензином, дизельным топливом и пошли колонной вдоль озера Балхаш на восток.

Поисковая площадь, где буровые должны по профилям бурить скважины, находилась в 70 километрах от озера Балхаш. Было очень жарко, температура воздуха достигала более 40 °C. Перед нами была каменистая и глинисто-солончаковая пустыня.

По такой жаре, при отсутствии запаса бензина и дизельного топлива выезжать на работу каждый день физически не представлялось возможным. Поэтому я принял решение не рассматривать вариант базирования партии на берегу озера Балхаш и остановиться у небольшого соленого озерка, а пресную питьевую воду брать за много километров и подвозить во флягах и в бочках на базу партии и буровые.

В этом пекле работать днем было невозможно, и мы лежали с поднятыми крыльями палаток. Знойный ветерок чуть-чуть обдувал, и становилось легче дышать. Это было единственным нашим спасением. Я первый раз почувствовал, как у меня от этой жары плавятся мозги. И только вечером мы могли выезжать на профиль и приступать к бурению скважин.