— Добрый день, — вежливо начала я.

— Добрый, — согласился орк, окидывая меня приветливым взглядом.

Остальные кивнули, Лалин прекратила танец. Все с интересом посмотрели на меня. Я не стала их томить ожиданием:

— Все согласны. Нет, разумеется, по-прежнему есть те, кто не в восторге от этого слияния, но их мало и это те, кто еще ничего для себя лично не получил. Со временем они растворяться среди остальных.

— Ты уверена? Стан это еще не весь Клан, — уточнил орк.

— Да, но за последнее время здесь появились орки практически из всех земель Клана. И я видела и общалась со многими. Ильгеле возродились.

На мгновение воцарилась тишина, затем Правительница подалась вперед:

— Ты уверена?

— Абсолютно. Это уже не орки и эльфы, а ильгеле. Они сами не осознают это, но теперь мы другой народ.

Правительница улыбнулась, открыто и честно, такой она бывает очень редко, к большому сожалению:

— Замечательно, я так рада, что этот безумный план осуществился. Я была не уверена в Проклятой, но к счастью Лалин справилась и она влезла нам помогать. Я так волновалась, что артефакты не сработают, как следует. И больше всего я боялась, что кто-нибудь обо всем этом узнает. Но нам повезло.... До сих пор не верю.....

— Орки догадались, — поспешила уведомить ее я и, натолкнувшись на удивленные взгляды, пояснила. — Вчера я была у Ирики, и ее свекор, по-моему, так это называется, принялся удивляться вслух таким совпадениям. Они, по крайней мере, он, что-то заподозрил. А, увидев Катроха, сложил все воедино, но они тоже увидели все выгоды. Просто на будущее, чтоб не недооценивать их.

— Учту, — согласилась Эйвинэкэ.

— И никто не оценил мой актерский талант, думаете, так просто было играть роль недалекой дурочки, сначала говорящей, а только потом думающей об этом.

— У тебя это так хорошо получалась, что даже я, знающая тебя с детства, временами верила, — призналась Правительница. — Как хорошо, что тогда я решила остановиться на одной своей дочери и одной приемной, больше бы детей, я не вынесла. А теперь еще и этот орк...

— А сейчас? — тихо, но со вторым смыслом спросил Катрох.

Мама удивлено и растеряно посмотрела на нас, мы с Лалин закивали головами, и хором сказали:

— Соглашайся.

— Я подумаю.

Очень редко я видела ее такой растерянной, и недоумевающей. Мы с Лалин понимающе переглянулись и улыбнулись друг другу. Мы с ней прекрасно понимали друг друга с полу-взгляда. Меня подобрала Эйвинэкэ в десять лет, Лалин тогда исполнилось пятнадцать. Все детство провели вместе, осваивая и ее магию и мое целительство. Так же пытаясь выучить боевые искусства, сестренке в отличие от меня это удалось, причем в совершенстве. Столько времени мы были практически неразлучны, мама всегда была занята. Большой Род — это всегда большие заботы. Плюс еще встречи с отцом. Потом они придумали этот безумно-гениальный план слияния. И как не странно сумели его воплотить, не без нашей помощи само собой.

Зато теперь, когда они добились того, к чему стремились и представить, что им просто не чем заняться дальше. Некуда приложить свою кипучую энергию, эта мысль меня немного пугала. Ребенок — сын, второй ребенок у Правительницы всегда сын, я не считаюсь — приемная, это потрясающе. И у нас появиться братик, замечательно. И у мамы останется гораздо меньше времени на наше воспитание...

— Если вы думаете, что я забуду про вас, то глубоко ошибаетесь, — возмутилась она, как — то мигом разгадав наш тайный замысел.

— Мама, — укоризненно сказали мы хором.

И честно посмотрели ей в глаза.

— На меня ваши взгляды уже давно не действуют, насмотрелась, за эти годы.

— Все, спасибо всем большое, — поблагодарила она нас.

Мы, переглянувшись, направились к выходу, но тут я вспомнила о подарке и мигом вернулась. Стащить с одной из ветвей небольшую ажурную и жутко неудобную корону особого труда не составило. Никто не мешал, только с любопытством наблюдали за моими действиями. Согласно преданиям это одна из вещиц ильгеле. Достать из пространственного кармана другую тоже было делом нескольких секунд. Соединять их вместе не пришлось, они сами срослись.

Я с гордостью подняла перед собой испускающую мягкий свет Корону. Лиственную Корону Ильгеле....

Тонкая и невесомая и чуть более жесткая и правильная. Ее невозможно описать словами, ее невозможно изобразить красками, ее можно только увидеть и запомнить...

Я бережно отдала ее маме и поспешила к выходу. Громкий крик настиг уже около самых дверей:

— Лире, паршивка, вернись немедленно.

Исключительно из чувства самосохранения, я не послушала ее. Но до чего же быстро она пришла в себя, я думала времени будет больше. Все-таки величайшее произведение искусства. Но мысли что с ним делать дальше победили красоту...

— Ты ежик, — возмущенно, но с потаенной смешинкой сказала Лалин, появляясь из ниоткуда. — Я может тоже, так хочу. Пришла, протянула Корну и гордо ушла. А они теперь ломают головы, что делать с ней дальше.

Я улыбнулась. Не только надо мной можно смеяться и у меня настал праздник.

— Завидуешь?

— Конечно, а ты как думаешь?

— Знаю, но, не смотря ни на что, я люблю тебя, сестренка.

— Я тоже тебя люблю. Пошли, самый непредсказуемый фактор в Великом Лесу.

— Это кто так меня обозвал? — возмутилась я.

— Икиноэль, конечно. И ты не поверишь, но с ней почему-то никто не стал спорить.

— Даже, ты?

— Тем более я, уж мне-то известно про тебя гораздо больше чем всем остальным.

— Конечно, это очевидно. Именно ты как никто другой знаешь, что на самом деле я тихая, скромная, спокойная, ласковая и приветливая...

Я не договорила, как сестренка принялась искренне и от всей души смеяться. Мне показалось, что ее звонкий смех облетел весь Лес...

Радовалась Лалин недолго, через некоторое время сестренка, остановилась и насмешливо взглянула на меня:

— Что это за слухи о появившемся у меня брате?

Я хитро улыбнулась в ответ:

— А как ты думаешь?

— Только не говори, что тот орк, с которым мама общалась последнее время и есть мой новоиспеченный родственник?!

— Конечно, я промолчу, ты сама догадалась, — честно ответила я.

— Не может быть!

Я удивленно на нее взглянула, почему не может? Еще как...

— Лире, ты нечто. Подумай, как на это отреагирует Совет?

Я пожала плечами:

— Пусть порадуются за мой счет, мне уже не жалко.

— Пошли, познакомишь меня с ним, — настойчиво сказала Лалин, ведя меня за руку.

Вырваться из ее хватки — проблематично, нет, возможно, но только расставшись с рукой.

Портал, ведущий в Стан, улыбающиеся и здоровающиеся с ними орки, поворот, еще поворот. И чем-то непривычные дома, что-то в них не так, но что? И почему оборотни опять оказались здесь?

— Лалин, а что здесь делают оборотни?

— Ах, ты же не знаешь. Они настояли на своей независимости от мамы и переселились суда, — небрежно отмахнулась она от меня.

Тут из-за ближайшего дерева показались Умир вместе с Арархом. Они подошли к нам.

— Всем привет, — начала я сразу не давая никому рта открыть. — Это моя сводная сестра — Лалин, это мой названый брат — Арарах. Вы теперь тоже родственники, — радостно закончила я.

Не настолько обрадованная родня подозрительно и изучающе друг друга осмотрела, затем молниеносно сорвались в танец — танец оружия. В руках Лалин оказались ее мечи, Арарх вооружился длинным мечом и кинжалом. Они сразу же взвинтили скорость и начали показывать сложнейшую технику. Я рассматривала их с неподдельным интересом. Кто победит было ясно с самого начала, разумеется, Правительница, которая уже почувствовала, как две части ее начали бой. Как только она поймет, что это значит и появиться здесь, поединок сразу же прекратится.

Встав чуть поодаль, чтобы насладиться зрелищем без лишних волнений, а то мало ли что, кто-нибудь "случайно" уронит на меня что-нибудь, все бывает, доказывай потом свою правоту. В общем я наслаждалась поединком, рядом со мной встал Умир. Судя по его насмешливому лицу, оборотень тоже предполагал что-то подобное. Мы переглянулись и понимающе улыбнулись.

Вдруг все тело свело ненормальной жуткой болью. Ничего подобного я еще ни разу не испытывала. Я не могла вздохнуть, я не могла пошевелиться. Боль, везде только боль. Сознание не выдержало и отключилось, в этот момент я поняла, что произошло. Лес, всегда бывший частью меня пришел сейчас, и я взглянула на мир другими глазами — глазами Стража.

Да — да, с самого рождения я являюсь частью Леса, его Стражем. Мои родители так же были Стражами, они спасли меня и ушли — став деревьями. Когда я прибежала на пожарище и увидела мертвых отца и мать, я закрылась от Леса, отгородилась от всего. Много лет спустя, по настоянию приемной матери, я вернулась на ту поляну, там уже не было никаких следов былой трагедии. Красивое место, высокие стройные деревья, уходящие кронами в небо, чистый ручей поющий о чем-то. Не знаю, сколько времени я просидела там, пока моя душа очистилась от обиды одиночества, негодования. Я сидела и слезы лились из глаз сами по себе, затем послышался тихий голос матери, он раздавался отовсюду, она сказала, что она жива и Страж Леса, но страж в обличии дерева. Почему-то здесь на поляне я в это сразу поверила. Затем отец рассказал, что произошло тогда на самом деле. В то утро все было как обычно, не считая развеянной в воздухе тревоги. Они ни как не могли понять, в чем дело, но на всякий случай отослали меня подальше. Через час возник стихийный портал, из которого вывалились люди, неся с собой что-то способное разрушить Лес. Будь все как обычно, убить их не составило бы труда, но гибель Леса допустить нельзя. Они заблокировали отраву собой, от чего и вспыхнули, из-за чего погибли их тела. Лесу больше ничего не угрожало, им тоже, они начали новую жизнь как эаро. Единственное что их печалило, моя отдаленность, пока я была полностью закрыта, они не могли меня поддержать и успокоить, хорошо, что хотя бы теперь я пустила их в свою душу. С этого дня я приняла себя такой, какая я есть и Лес.

Я часто навещаю их, под тенью их листвы я чувствую себя гораздо лучше и ближе, роднее, любимее. К тому же я всегда знала — если что они могут вернуться, возродиться в тело. Это одна из наших маленьких тайн, просто сейчас не время.

Уйдя через ближайшее дерево, я села и задумалась. Странно, но пока я не понимаю, что случилось, тело болит, ноет душа — что-то сильное и невероятно опасное, только из-за этого Лес мог нас позвать.

Прикрыв глаза, я поняла — это конец. Один из человечьих магов сделал то, что не удавалось никому — он уничтожил часть Леса, не просто несколько деревьев, а саму землю. Снова переход, живущие в Лесу никогда не поймут, как это возможно, но достаточно просто подойти к ближайшему дереву и попросить его перенести тебя в определенное место. Корни всех деревьев взаимосвязаны, входя в кору здесь в тот же миг можно выйти в любом другом месте. Именно этим пользовались Стражи.

Картина, открывшаяся моим глазам, поразила и вывела из себя. Да, я представляла что увижу, но мне и в голову не могла прийти, насколько жутким будет подобное зрелище. Небольшой раньше чуть выступающий участок Леса теперь представлял собой жуткий черный обугленный участок. Не было деревьев, не было и земли. Этот уже не Лес, а просто так, голый безжизненный кусок пространства.

Как? Зачем? Почему? Вопросы в голове появлялись снова и снова, ответов пока не было. Чуть поодаль в Лесу находись несколько десятков орков и эльфов, они, молча с грустью, болью и сожалением смотрели на то, что некогда было Лесом. Их эмоции и переживания захлестывали и ломали, через некоторое время я смогла отойти от такого наплыва чувств и подойти с ним.

— ВЫ ЗНАЕТЕ КТО ЭТО СДАЛАЛ?

— Да, Страж, — отозвался один из орков. — мы были ближе всех и видели, но никто не подумал, что он сможет нечто подобное...

— Я знаю, в этом нет вашей вины, — прервала его я. — Как он выглядел?

Орк обернулся и махнул рукой, вперед вышел молодой и необученный маг, с волнением смотря на меня, он начал рисовать фантом. Удалось это ему не сразу, я не торопила. Вскоре после пары неудачных попыток появилась целостная картина.

Человек, молодой, лет двадцать — тридцать, делал обычный огонь, но что-то пошло не так и он ударил этим. Я не знаю, что выглядит так... так страшно, надо будет посоветоваться со старшими. Они наверняка знают.

— Благодарю Вас, — я кивнула и отошла на пепелище.

Что делать дальше? Найти кого-нибудь из Старших, чтобы понять что происходит? Или рискнуть и напасть на него сейчас? Пока человек еще поблизости, но с каждой минутой уходит все дальше и дальше? Как много людей он посвятил в свое открытие, да и было ли оно?

Нет, рисковать нельзя, надо уничтожить всех. Деревья мигом отозвались на мой Зов, могучие огромные, многовековые деревья, служащие границей Леса поднялись и пошли вперед, все, ускоряясь и ускоряясь.

Я побежала перед ними, человеческий лагерь находился поблизости в трех полетах стрелы, деревья оказались там быстро, очень быстро. Стражники ничего не поняли и не успели им помешать. Деревья начали убивать, я же устремилась дальше, туда, где находился неведомый маг. Бег, невероятно быстрый бег, даже по меркам лесного народа, я догоняла их, в то же время я знала — они тоже в курсе погони. Ничего, не важно, их нужно уничтожить любой ценой. Крик, далекий мысленный крик других Стражей...

"Вернись, подожди, вернись"

Я не обратила на него внимание. Нас слишком мало, я пришла одной из первых, другие чуть позже, каждый из нас по-своему чувствует Лес и реагирует на происходящее в нем. Далекие эаро тоже стонут от боли, и будут стонать еще очень долго. Мне жаль их, я сочувствую им, но сейчас моя задача уничтожить возможную угрозу со стороны людей. Меньше часа я потратила на то, чтобы догнать убегающих. Большой отряд, двое опытных мага, ученик, тот, что уничтожил Лес, и десяток солдат в сопровождении. Меня ждали, несколько ловушек установленных на земле, я просто обежала, не обезвреживая, лесной народ почувствует и обойдет, а люди поймут на себе.