Он отошел от кровати и достал из куртки КПК:

— Вот, заодно отвлечешься от душевных терзаний как в мелодраме. Батя кинул посмотреть отчеты по сети супермаркетов, а мне сейчас малость некогда. Глянь и скажи, что и как.

— Ладно. Давай.

— Не скучай.

И Алекс ушел. Марина прижала к себе КПК и принялась разглядывать потолок. В голове бились два извечных вопроса "Кто виноват?" и "Что делать?"

Она нравится Диме, настолько, что об этом уверенно утверждают его друг и отец. Бред. Они знакомы восемь лет. Димка просто к ней привык. Может, была юношеская влюбленность. Но это давно в прошлом. А она тут ломает голову над всякой ерундой.

Ее собственные чувства и эмоции тихо — тихо устраивали маленький бунт. Да, ей нравился Дима, да сильно нравился. Настолько что последний год она всех встречных мужчин сравнивала с ним. И что? Она просто к нему привязалась. Да и недостаток мужского внимания плохо сказывается на женщинах. Об этом много всего написано. К тому же молодой любовник льстит вниманию и самооценке. В общем, это какие-то ее глубинные психологические комплексы, которые находят свое выражение подобным образом. И возможно непроизвольное проецирование с ее стороны вызвало некие отклик у Димы. По сути, они всегда много общались и хорошо друг друга понимали. Вот и вся история. А то любовь, страсти... глупости какие. За столько лет Дима не сделал ничего, что можно было бы однозначно трактовать.

Это называется создавать проблемы там, где их нет...

Хотя где-то глубоко в душе упорно шевелилась надежда — а вдруг? Вдруг оно на самом деле так? Вдруг Марина, правда, ему нравится?

Все, дорогуша, выходишь отсюда и начинаешь искать себе мужика, чтоб всякие глупости в голову не лезли. А пока лучше поработать. Что там такое интересное принес Алекс?

Новая работа с неожиданной стороны отвлекла и надолго приковала внимание. Так что когда появился Дима Марина с трудом вынырнула из скопления цифр и отчетов.

— Привет.

— Привет, — улыбнулся он. — Чем таким интересным занята?

— Алекс попросил посмотреть данные по магазинам.

— Ясно. Нашел на кого свалить, — хмыкнул Дима.

— Именно.

Марина посмотрела в окно и улыбнулась:

— Давай сразу кое с чем разберемся, чтобы не было недоразумений. У меня сегодня была куча посетителей с очень странной идеей...

Под выжидающим взглядом Марина смутилась:

— В общем, это все бред, просто заставили нервничать.

— Что за бред?

Дима передвинул стул ближе к кровати и взял Марину за руку. Такая близость смущала и сбивала с толку.

— Бредовый.

— Мариш...

— Что Мариш? Мне неудобно повторять тебе эти глупости...

— Это было настолько неприлично? — с порочной улыбкой уточнил он.

— Да. Нежные чувства... любовь... коварная я, не смеющая обидеть тебя... жесть...

— Вообще жесть это другое, — задумчиво отозвался он. — Кто все это рассказал?

— Твой отец и Алекс. Какой странный разговор, — попробовала пошутить Марина. — Как раз для больницы.

— Да, момент удачный, — Дима улыбнулся. — Но я, правда, тебя люблю.

— Ха- ха, очень смешно. Нет, я прекрасно понимаю, как это выглядит со стороны. И нормально отношусь к такому юмору, но Дим, твой отец меня несколько нервирует.

— Мариш...

Он осторожно повернул лицо девушки в свою сторону и заставил посмотреть в глаза.

— Я, правда, тебя люблю. Просто это видят все кроме тебя.

— Какие-то мне сегодня галлюциногенные уколы делали...

— Хм... так и думал, что это будет не просто, — непонятно с чего развеселился Дима.

И неожиданно поцеловал. Легкое касание губ. Нежность, а не страсть. Но этот поцелуй окончательно дезориентировал Марину.

— Дим, — жалобно протянула она.

— Все хорошо, — спокойный и умиротворенный.

Даже завидно.

Дима осторожно и бережно приподнял руку Марины и прижал к своей щеке.

— Ничего страшного не произошло.

— Да? То есть, по-твоему, это нормально? — возмутилась, красная как помидор, Марина.

— Да, нормально. Но у меня было больше времени, чтобы разобраться.

— Изумительно, — пробормотала она.

— Марин, посмотри на меня. Чего тебя смущает?

— Все.

Она по-прежнему предпочитала рассматривать стены.

— Ты мне всегда нравилась. Но сначала я не предавал этому значения. Потом в какой-то момент захотелось с тобой переспать. Парни еще подшучивали по этому поводу. А потом вдруг понял — ты моя. Я хочу просыпаться с тобой по утрам. Выслушивать пересказ последней серии сериала. Рассказывать о чем-то. Я хочу дочку похожую на тебя, с такими же веселыми кудряшками. Похвастаться тобой перед всеми. Я хочу, чтобы ты была рядом.

Марина тяжело вздохнула. Покосилась в его сторону и промолчала. Зато Дима рассмеялся:

— Да, знаю, теперь ты полагаешь, что глюки у меня. Нет, Мариш, это просто мое будущее вместе с тобой.

— Дим, даже если отбросить несущественное я старше тебя...

— Да, да, на восемь лет. Я в курсе и полагаю, буду слышать это еще часто. И да, я несколько богаче. Если это все проблемы, то думаю, справлюсь. Лучше скажи, как ты ко мне относишься?

Марина снова принялась изучать стену.

— Не знаю.

— Мариш... - он повернул кисть и словно лаская, поцеловал.

— Дим!

— Да, да я пробую не давить, но это сложно, — просто отозвался он.

— Мне надо подумать, — спустя пару минут выдавила Марина.

— Со мной не комфортно?

— Это как-то неправильно.

— Мариш, — укоризненно заметил Дима.

— Хорошо. Я подумаю.

— Хорошо, и завтра скажешь, что надумаешь.

— То есть? — не поняла она.

— Ты подумаешь, как относишься ко мне и ситуации в целом. И завтра расскажешь мне.

— Дим!

— Что? — рассмеялся он. — Поцелуемся как взрослые на прощанье?

— Я тебя стукну сейчас как взрослого! — возмутилась она и медленно села на кровати.

Дима отошел на шаг назад.

— Ладно, мы потом поиграем в такие игры. Привыкай. Я рядом.

Он действительно оказался рядом и коснулся ее губ своими. Легкий, игривый поцелуй постепенно перерос в страстный и... голодный при минимальном участии Марины. Дима отстранился первым. Он надсадно вздохнул и коснулся своим лбом ее.

— Все. Я ушел. Веди себя хорошо.

Он быстро вышел из палаты, а Марина без сил опустилась на кровать. Она только прикрыла глаза, что успокоиться и все обдумать, как моментально погрузилась в сон.

Утро началось с нежной ласки мочки уха. Это одна из самых чувствительных зон. Как приятно... негромкий шепот:

— Просыпайся...Мариш...

— Что?

Все еще пребывая в легкой неге, Марина приоткрыла глаза и судорожно вздохнула: буквально в паре миллиметров от ее лица была улыбающаяся довольная Димкина физиономия.

— С добрым утром. Будить тебя так довольно приятно.

— С добрым.

Марина осторожно отвела его лицо и медленно села.

— Я сейчас.

— Конечно.

И неожиданно Дима, поддерживая ее за талию, довел до двери туалета.

— Просто помогаю. Сама там справишься?

— Как-то справляюсь.

— Не сомневался. Если что зови.

Марина предпочла промолчать и просто закрыла за собой дверь. Так, она собиралась вчера подумать, но не успела, слишком вымоталась и физически и душевно. Что делать? Как быть?! Медленно, но неуклонно поднималась паника.

Одной рукой управляться было крайне неудобно, да еще и нервы. В итоге Марина запуталась в футболке, в попытке протереть тело влажной губкой, пока нет возможности принять душ.

— Проклятье...

— Мариш, все нормально?

— Нет. Я запуталась.

Дверь осторожно открылась, и в маленький санузел заглянул Дима.

— Тихо. Не нервничай, сейчас я тебя выпутаю.

Он осторожно и бережно высвободил обе руки и расправил одежду.

— Вот и все. Что-то еще?

— Нет, — тихо и обиженно.

— Хорошо. Пойдем в комнату, там посвободнее. Хотя мне и здесь нравится.

Он снова привлек к себе несопротивляющуюся девушку и медленно вывел в палату. Только сейчас Марина заметила, что ниже его на целую голову.

— Я принес настоящую отбивную на завтрак, — искушающем голосом сказал он.

— А мне можно? — не поверила Марина.

— Можно. Врач разрешил, только с условием хорошо переживать, а не глотать целиком.

— Ура. Поем нормально.

Снова устроившись на кровати и закутавшись в одеяло, она посмотрела на Диму и... покраснела. Заметив это, он добродушно рассмеялся:

— С чего такая реакция? Или надо спросить, что ты представила? — его голос понизился на пару тонов, став интимным.

— Это у тебя такие пошлые мысли. Я просто пытаюсь сориентироваться в ситуации.

— Ах, это... ладно, как бы верю.

— Ты неправильный, — улыбнулась Марина, садясь и протягивая здоровую руку к Диме.

Тот охотно устроился рядом.

— Это еще почему?

— Вот и я думаю — почему? — она осторожно обняла его и прижалась, положив голову на плечо. — Ты умудрился поставить все с ног на голову. Что мне с тобой делать, а?

— Любить?

— Пошляк...

— Вообще я о возвышенном, — со смешком признался он. — Это ты о чем-то непотребном.

— Дим, мы слишком разные, ничего не выйдет. Тебе нужна молодая, длинноногая...

Неожиданно он заставил ее замолчать, коснувшись пальцем губ:

— Мариш, не обижай меня и не унижай себя. Мне нужна ты, а не абстрактная кукла.

— Дим...

— Только без этого учительского тона, — строго прервал он.

— Хорошо. Как хочешь. Давай попробуем, но мое мнение ты знаешь...

Она не успела закончить весь пришедший в голову монолог, как он заставил замолчать поцелуем. Нежность — страсть — и снова нежность...

И тут в палату вошла сестра:

— С добрым утром.

Немолодая женщина в немом удивлении смотрела открывшеюся ей картину. Марина смутилась, а Дима, как ни в чем не бывало, поздоровался:

— И вам доброго утра. Вы просто так зашли?

— Скоро завтрак, а после него надо будет поставить капельницу.

Медсестра с нескрываемым интересом изучала обоих.

— Ясно. Принесите завтрак сюда, пожалуйста.

— Но...

— Пожалуйста, — с заметным недовольством повторил он.

— Хорошо.

И медсестра вышла.

— Знаешь, какие слухи теперь поползут?

— А тебя они волнуют?

— Нет, но...

— Значит волнуют. Я разберусь.

Тут он посмотрел на часы и с извинением сказал:

— Мариш, прости, пожалуйста, мне надо ехать. Мы давно договорились об этой встрече, и переносить ее...

— Дим, езжай. Я никуда отсюда не денусь. Честно.

Она улыбнулась и сама потянулась с поцелуем.

— До вечера.

— До вечера.

Нехотя Дима ушел, а Марина мечтательно улыбнулась. Как хорошо. Конечно, это долго не продлится, но как, же хорошо сейчас...

День пролетел в больничных хлопотах и анализе данных по магазинам. Никто так и не появился. Марина, ожидавшая Диму, легла спать около двенадцати. А в полпервого его разбудил поцелуй...

— Да отвянь ты от нее, — раздался недовольный шепот Олега.

— На вас смотреть не хочется, — сказал Алекс.

— А не заткнуться вам? — чуть угрожающе предложил Дима.

— Сколько времени? — спросонья поинтересовалась Марина.

— Без пятнадцати час, — в полголоса охотно отозвался Алекс.

— Мы немного задержались, — покаялся Дима. — Прости.

— А позвонить не судьба?

— Прости, забыл купить тебе телефон, — покаялся Дима, осторожно устраиваясь рядом.

— ДИМ... — Марина чуть не слететала с кровати. — У меня и так половина тела загипсована. А кровать одноместная.

— Прости, маленькая.

— Только без поцелуев, — хором воскликнули ребята.

Они как-то в темноте умудрились разместиться на креслах для посетителей.

— А как вы тут оказались глубокой ночью? После отбоя? А бабушка — вахтер?

— Нам повезло, — хмыкнул Алекс. — Была девушка блондинка и ей так понравился Олег...

— Вообще-то ей понравился Демон, но тот любезно сказал про тебя, и она переключила свое внимание, — недовольно уточнил Олег.

— И что ты ей пообещал?

— Свидание, — недовольный рык. — В дорогом ресторане. На кой черт она мне сдалась, а?

— Не бурчи, может она мечта всей твоей жизни? — ехидно поддел Алекс.

— Мечта с волосами покрашенными краской да десять рублей!?!

— Краски за десять рублей нет, есть за сто, — уточнила Марина.

— Какая нормальная женщина красится краской за сто рублей! — возмущенно воскликнул Олег.

— Я.

Оба спорщика замолчали и удивленно посмотрели на девушку.

— А что? Мне, например, жалко отдавать каждый месяц три тысячи только за одну покраску. Я что миллионерша?

Дружный хохот. И негромкий голос около уха:

— Вообще-то да, маленькая.

— Очень смешно, — пробурчала Марина.

Ее всегда поражало отношение ребят к деньгам. Другая среда, другое воспитание, другое отношение...

— Есть немного, — негромко сказал Дима. — Теперь я должник.

— За свидание?

— Да. На кой черт ей это свидание, — снова возмутился Олег.

— Побывать в дорогом ресторане. Попробовать дорогую кухню. Похвастаться подругам, да и просто иметь возможность сказать "Была я на днях в "Империи", салаты там так себе".

— Утешила, то есть ее интересую не я, а деньги, — еще сильнее возмутился потенциальный кошелек.

— Не поняла, идешь на свидание плохо, не идешь, тоже плохо. Ты сам-то определись, — возмутилась Марина.

— Он возмущен тем, что его так невысоко оценили, — засмеялся Алекс.

— Весело с вами слов нет. Но меня больше интересует, почему вы упорно заговариваете мне зубы? Что стряслось?

— Ничего, — тихо прошептал Дима. — Просто поздно, мы немного устали.

— Точно? Тогда идите по домам.

Марина осторожно и нежно провела рукой по волосам Димы.

— Идите. Ночь на дворе.

— Приду завтра утром.

— Не надо, Дим выспись, как будет возможность, приходи. Спокойной ночи, народ.

— Спокойной, — негромко отозвались все.