Гио

Я стоял в аэропорту с огромным букетом орхидей, рядом был Костян и Лали, они пользовались невинными моментами для встреч, пока, что Костя не говорил с отцом, все оттягивал этот момент.

— Ого, как она выросла, Гор, кажется тебе придется повышибать тут нескольким зубы, — Костя подмигнул мне игриво увидев мою принцессу.

Элла выросла настоящей красоткой, ноги от ушей, фигура как у топ модели, идеальные черты лица, она словно ангел спустившийся с небес, слишком чиста для этого грязного мира. Меня жутко разозлил ее наряд, эта короткая юбка и топик, здесь она так не будет одеваться и это даже не обсуждается, все вокруг косились на нее, а мне хотелось снять с себя рубашку и прикрыть ею свою малышку.

— Папа, папуля, — закричала принцесса и бросилась в мои объятия.

Как же я скучал по ее карамельному запаху, моя фея.

Лали обняла племяшку и вручила воздушные шары и огромный букет орхидей. Я обнял свою девочку и направился к выходу. У выхода мы натолкнулись на Алишу, которая держала за руку одного мальца, мы буквально встретились лоб ко лбу. Она слегка опешила, но потом бросив взгляд на Эллу и на мою руку на ее плечах, посмотрела на меня с укоризной. Алиша нахмурилась и сжала свои пышные губы в тонкую линию, демонстрируя, как ей неприятно, то что она увидела. Ведь Элла не выглядит как моя дочь, скорее всего голубоглазик думала, что это моя девушка, с которой я хожу в обнимку по аэропорту. Она схватила мальца еще сильнее за руку и не проронив не слова прошагала прочь, я тоже ничего не сказал, даже не поздоровался. Ситуация застала меня врасплох, я еще не говорил с Эллой о ней и не знал, как она отреагирует. Моя девочка жутко не любила, когда видела меня с другими женщинами, она не хотела себе мачеху и просила всех моих девушек держать от нее подальше. Это и остановило меня. Костян узнал голубоглазую, ведь она была очень привлекательной и сильно бросалась в глаза, это вызвало ревность Лали, которая заметила задержавшийся взгляд Костяна, который посмотрел, чтоб убедится в своих доводах, он был удивлён что я даже не поздоровался.

— Идем, любимая, потом объясню! — сказал он, утаскивая разъярённую Лали.

— Что ты мне скажешь? Очередная твоя танцовщица, — вскипела сестра.

— Брат, ну скажи ей, — взмолился друг

— Правильно сестра говорит нечего пялиться на чужих женщин, — Элла смотрела на нас удивленными глазками не понимая, что происходит.

— Я убью тебя, — шепнул мне Костян на ухо, когда мы укладывали вещи в багажник.

Я же лишь усмехнулся.