На стене в кабинете истории висел портрет питекантропа, косматого и небритого первобытного человека.

– Слушай, – спросил как-то троечник Илья Мымриков своего лучшего друга Олега Фунтова как бы между прочим, в конце урока, – думаешь, правда, что все люди на свете произошли вот от него, от этого неряхи?

И показал пальцем.

– Правда, – подтвердил Олег. – В книжке написано.

Мымриков задумался. Картина получалась какой-то чересчур запутанной и неправдоподобной.

– Значит, и учительница математики, наша Елена Юрьевна – тоже? – наконец решил уточнить он.

– Что – тоже? – не сразу понял Фунтов.

– Она тоже произошла от питекантропа? – настаивал Мымриков. – В отдалённом прошлом?

– Ну, – подтвердил Фунтов. – Не сразу, конечно… Но – факт!

Мымриков оглядел класс.

– А отличница Кадникова? А Болсуновский? У них как дела с питекантропом?

– Нормально, – сообщил Олег. – Общий предок…

– А сам ты?! – прищурился хит-рый Мымриков. – Сам-то ты, Фунт, от косматого произошёл или как?

– Выходит, так… – не стал запираться троечник Фунтов. – Против науки не попрёшь…

Мымриков на всякий случай чуть отодвинулся от лучшего друга подальше.

«Так вот почему мы такие разные», – подумал он, но тут же отогнал прочь такую мыслишку.

На переменке Илья Мымриков выпросил у Ленки Кадниковой крошечное зеркальце и долго придирчиво рассматривал своё отражение.

– И в кого ты у нас такой? – часто повторяла бабушка.

Интересно, что она имела в виду?..