— Когда я просил тебя чаще выходить на связь, N3, я не думал, что ты поймешь меня так буквально, — проворчал Хок, когда его лицо снова появилось на экране. — Обстоятельства изменились, — сухо ответил Ник. Он сообщил, что Стефани Кларк съехала из отеля и исчезла в неизвестном направлении.

Хок воспринял это с удивительным спокойствием. Он предположил, что девушка либо остыла в своей жажде мести, либо решила, что убийца её отца уже мертв. — Теперь она не путается у тебя под ногами, — резюмировал Хок. — Возможно. И все же, я настаиваю на повторной проверке её биографии. — Я уже проверял её, когда ты впервые упомянул о ней, — в голосе Хока послышалось раздражение. — Девушка именно та, за кого себя выдает. Забудь о ней и займись делом.

Хок продиктовал три имени и адреса в Риме — людей, к которым Антон Лектор мог обратиться за помощью. Ник послушно записал их, хотя внутренний голос твердил ему, что это лишь очередные пешки в чужой игре.

Странное поведение Хока не давало Нику покоя. Старик задавал нетипичные вопросы, пытался «поддержать разговор», что было совершенно на него не похоже. Когда Ник честно признался, что не чувствует себя ближе к цели, чем в день отъезда, по лицу Хока пробежала странная тень.

«Старик ведет себя странно, — подумал Ник, отключая связь. — Всё это дело пахнет подставой». У него возникло гнетущее чувство, что его «вывесили сушиться» — оставили одного на растерзание обстоятельствам, лишив поддержки.

Ник посмотрел на рисунки Лектора, которые он хранил как единственный реальный след. Кто-то методично подбрасывал их ему, словно карту, ведущую к сокровищу... или к могиле. Он решил довериться случаю и нанять таксиста, чтобы проверить адреса из списка Хока. Но теперь он знал: верить нельзя никому — ни прекрасной Стефани, ни даже собственному шефу.