В понедельник после уроков уже в коридоре меня догнала Света:

– Лёха, Лёха, ты же тоже идёшь на квест вечером?

– Ага, – кивнул я. – А ты идёшь?

– Да, Алина, как всегда, полкласса позвала на день рождения. Просто квест поздно заканчивается, и родители меня отпустили с условием, что меня кто-нибудь из наших до дому проводит.

– А чего сразу я? Мишка же вроде тоже собирался. Вы же с ним эти… соседи.

– Ну, он ещё точно не знает, – замялась Света.

– Эй, вы чего тут? – Борис со всей силы бросил в меня рюкзак.

– Да вот, – уворачиваясь, ответил я, – просит, чтоб её до дому вечером доставили.

– Не боись, Выдра, мы тебя не бросим. С тебя сочинение по инглишу, – подмигнул Борис.

Света фыркнула и побежала догонять Мишку.

Вечером мы встретились на квесте. Место, где он проходил, было в двух шагах от моего дома.

Ох и наслушались мы визгу в тот вечер: квест был не для пугливых. Я и сам порой невольно вздрагивал, хотя меня, вообще-то, трудно напугать. После квеста мы ещё посидели за праздничным столом и в итоге вышли оттуда довольно поздно.

Я, Мишка, Борис и Света зашагали к Светкиному дому. Мишка, конечно, тоже в этом доме живёт, но мы решили на всякий случай всё-таки проводить Свету всей компанией.

На календаре весна, март, а у нас уже второй день гадкая февральская погода со снегом и ветром. На Севере всё-таки живём. В этом году весна совсем не торопится к нам. Одну неделю таяло, а потом снова повалил снег, будто весна передумала возвращаться.

– Вы что, втроём меня решили провожать? – удивилась Света.

– Ты же сама просила, – сказал Борис. – А то вдруг после такого квеста каждого шороха будешь пугаться?

– Вот ещё, – хмыкнула Света. – Сами, наверное, одни идти боитесь. Видела я, как у вас волосы дыбом встали, когда скелет из-за дверей показался.

Погода ещё сильнее испортилась. Поднялся противный ветер, дороги стало заметать. Народу на улице почти не было. В такую погоду даже собаки не гуляют.

Мы потопали в сторону центральной площади.

– Эй, смотрите, – вдруг заорал Борис. – Это же тот самый круг! Ну, как его… календарь, про который Мишка рассказывал.

– Ага, – закивал довольный Мишка, – тот самый – древний промысловый календарь.

Мы всей гурьбой подбежали к календарю и давай смеяться, тыкать пальцами в изображения зверушек.

– Ой, Мишка, какой ты здесь худой нарисован, – хихикнула Света.

– А это он после спячки, – засмеялся Борис.

– На себя посмотри, горностай тощий, – ткнул Мишка в изображение некого зверя, больше похожего на червячка с ножками.

Борис сдёрнул с Мишки шапку и бросил прямо в центр календарного кольца. У Бориса кличка – Резкий. И не зря: он сначала делает, потом думает.

Мишка протянул руку за шапкой. Борис по-дружески подтолкнул его в бок, и Мишка наполовину повис на кольце. Нам стало смешно. Мишке – тоже. Он захохотал, ещё сильнее свесился и, кувыркнувшись, упал на ту сторону – в сугроб.

Заглянув в круглое окошко календаря, Света неожиданно ойкнула.

– Ребята, Мишка в сугроб провалился!

Мы бросились спасать Мишку, обогнули календарь, но на той стороне ни Мишки, ни шапки не было.

– Что за фокус? – возмутился Борис.

– Эй, Миха, не шути, выходи. – Я огляделся, но даже следов Мишки не увидел.

– Что это?.. Как это?.. Ребята, вы меня разыгрываете? – срывающимся голосом заговорила Света.

– Кажется, это Мишка нас всех разыгрывает, – решил Борис и пригрозил: – Миха, не выйдешь – оставим тебя здесь, в сугробе!

– Бр-р-р, холодно-то как сегодня, – поёжилась Света, поднимая выше ворот тонкой курточки.

Она обошла календарь ещё раз, пощупала холодное кольцо, а потом вдруг крикнула нам:

– Чего вы стоите?! Как хотите, а я Мишку одного тут не оставлю! – Недолго думая, Света вслед за Мишкой перелезла на ту сторону кольца и… пропала.

Мы с Борисом, словно по команде, схватили друг друга за руки.

– Ты… ты видел это? – Борис застучал зубами то ли от холода, то ли от страха.

– Угу, – выдохнул я, не отрывая глаз от круга, в котором только что растаяла фигура Светы.

Наверное, мы ещё не полностью отошли от квеста и к нам ещё не вернулось нормальное восприятие реальности. У меня, да и у остальных ребят, как позже выяснилось, было ощущение, что всё происходящее – продолжение недавней игры. Может, поэтому мы с Борисом, даже не посовещавшись, дружно бросились в кольцо календаря вслед за Светой. Сначала прошёл Борис, за ним – я.

Перешагнув через кольцо, я оказался на таком же снегу, в такой же метели. Только домов вокруг не было видно. И фонарей – тоже. Сплошная темень, ветер и снег.

– Борис! – закричал я. – Миша! Света! Эй!

Вдруг кто-то резко хлопнул меня по плечу.

– Чего разорался? – Борис оказался рядом со мной.

– А где остальные?

– Откуда мне знать? Ни людей, ни следов. Если следы и были, то их замело.

– Светка с Мишкой решили поприкалываться над нами, – решил я. – Сейчас как выскочат…

– Ага, а свет тоже они вырубили?

– Видимо, провода оборвало из-за ветра. Вон как крутит!

Вдруг где-то вдалеке послышалось тихое пение. Будто старуха напевала. И мелодия такая знакомая, и слова… Бабушка что-то похожее пела мне в детстве на коми: «Öв-вö, öв-вö…» Точно, это старинная колыбельная.

– Что за бред? – нахмурился Борис. – Ещё и петь надумали. Вы ещё балет покажите… Давайте прекращайте этот концерт – и домой! Мишка! Эй!

Я пощупал озябшими пальцами кольцо календаря. Металл показался тёплым и вибрирующим. Я одёрнул руку. Заглянул в телефон – нет сети. Борис тоже проверил – связи нет.

– Вот чёрт, – выругался он, убирая телефон в карман, – теперь он точно сядет. Десять процентов зарядки осталось.

Вдруг мы отчётливо услышали музыку, словно кто-то совсем рядом заиграл на музыкальном инструменте. Мы аж вздрогнули. Осмотрелись, но никого не увидели.

– Чертовщина какая-то… – прошептал Борис. – Кто в такую погоду пойдёт на улицу на скрипке играть?

– Да, странно всё это. – Мой голос почему-то охрип.

Ритм музыки всё ускорялся, нарастал. Она будто окружила нас со всех сторон. Наверное, именно в этот момент мы с Борисом поняли, что происходит что-то необычное и нас никто не разыгрывает.

Музыка постепенно смолкла. Мне стало не по себе. Хотелось скорее выйти из этого подозрительного места.

– Надо наших найти, – сказал я каким-то чужим голосом. – Если уйдём далеко, можем потерять это место. – Я кивнул на черноту круга. – Как назад вернёмся?

– Вернёмся, – уверенно сказал Борис, – если будем идти всё время прямо и держаться рядом.

И мы пошли мелкими шагами вперёд, каждую секунду выкрикивая имена Миши и Светы. Казалось, мы идём в никуда. Вокруг были только снег и темнота. Я светил перед собой фонариком с телефона, но дальше двух шагов всё равно не видел.

Борису это быстро надоело.

– Так, всё! Мишка, Светка, выходите! Хватит нас дурачить! Вы-ы-ыдра-а-а!

Я дотянулся рукой до Бориса:

– Стой. Замри! Слышишь?

– Не-а.

– Левее. Вон там. Я точно что-то слышал. Давай туда.

Мы свернули. Я шёл, вытянув руку с телефоном вперёд. Мне казалось, что я могу случайно на что-то наткнуться – не видно ни зги. Борис топал рядом, продолжая звать Мишу со Светой. И тут мы услышали далёкий голос:

– Ребя-а-ата-а-а…

– Это Светка! – Борис бросился в сторону голоса. – Све-е-етка, мы идём!

– Мы зде-е-есь! – в ответ раздался Мишкин голос.

Думал ли я, что когда-нибудь буду так счастлив встретить Мишку со Светкой, которых видел всего-то минут десять назад? Мы чуть не бросились обниматься с ними. Краснощёкие, красноносые, они запрыгали от радости, когда увидели нас.

– Эй, ты чего, плакала? – спросил Борис у Светы.

– Нет, это от ветра. – Света вытерла покрасневшими пальцами влажные глаза.

– Ну и куда вас понесло? – спросил Борис. – Еле нашли вас.

– Да мы шапку искали, – пожал плечами Мишка.

– Вижу, нашли, – кивнул я.

– Да, а потом решили вернуться на то место, – продолжила Света, – повернули, а календарь не увидели. Потерялись. Представляете?! А ведь совсем рядом стояли!

– Да, мы точно далеко не отходили, – оправдался Мишка.

– Ладно, – остановил я его. – Чего тут спорить… Лучше скажите, что нам дальше делать. Куда идти?

– Я уже пальцев ног почти не чувствую, – пожаловалась Света.

– Пошевели ими. Попрыгай. С этим не шутят, – посоветовал я.

– Не очень-то пошевелишь там. Обувь тесновата. Я же не планировала такую долгую прогулку. Уже час, наверное, тут бродим.

– Час?! – Мы с Борисом переглянулись. По нашим ощущениям, прошло минут десять, не больше.

– Так, а ну живо снимай ботинки, – скомандовал Борис, – нужно растереть пальцы ног.

Он снял тёплый шарф, бросил его на снег. Света не стала перечить: видимо, сильно замёрзла. Села на шарф, сняла ботинки и непослушными от холода руками начала разминать пальцы ног.

– Руки замёрзли, – сказала она.

Я протянул ей перчатки:

– Держи, они просторнее и теплее, чем твои. Сразу пальцы отогреются.

Мы с Борисом рассказали ребятам о странном пении и музыке. Они их не слышали. Зато слышали карканье.

– Как думаете, куда мы попали? – спросил Мишка.

– В прошлое, понятное дело, – с уверенностью ответил Борис.

– Мишка, – сказал я, – ты же всё читал про этот календарь. Может, у него какой-то секрет есть?

– Всё, что знал, я уже рассказал на уроке, – выдохнул Мишка. – Девять периодов, которые обозначены разными животными. Год начинается с весеннего равноденствия…

– Стоп, – перебила Света, – а сегодня какой день?

– 21 марта, – ответил я.

– Точно! – Мишкины глаза загорелись. – Получается, что сегодня начнётся (или уже начался?) новый год по древнему календарю коми. Период медведя.

– Ага, и сейчас мы его встретим, – загробным голосом произнёс Борис.

– Спасибо, ребята, ноги немного согрелись. – Света обулась, поднялась и запрыгала на месте. Борис оставил ей шарф, и Света укуталась до самого носа.

– Нужно шевелиться, тогда не замёрзнем, – сказал Борис.

Я снова проверил телефон – сигнала нет.

– Стоп. – Меня осенило. – Я точно помню, что, когда попал сюда, на часах было 21:02. И сейчас то же самое время!

– Я тоже проверяла сто раз, – вздохнула Света, – телефон здесь не работает.

Мишка и Борис проверили смартфоны – у них время тоже остановилось.

– Точно, в прошлое попали, – выдохнул Мишка. – Я вот что вспомнил. Это не единственный такой календарь. Похожие древние кольца с изображениями зверей находили и в других местах. Скорее всего, это был не только календарь. Возможно, туны использовали его для проведения каких-то ритуалов, обрядов.

– Туны? – переспросил Борис. – Это кто?

– Колдуны, – объяснила Света. – Это на коми языке.

– А, ты же у нас все языки знаешь, – заметил Борис. – Мо-ло-деч! – поддразнил он Свету, окая на манер коми, но она не обратила на это внимания.

– Так куда мы теперь? – спросила Света осипшим голосом.

– Попробуем найти обратную дорогу, – предложил я.

– Да мы уже час её ищем! – чуть не зарычал Мишка.

– Да, это бесполезно, – подтвердила Света. – И вообще, я думаю, мы не просто так сюда попали. И будет глупо сразу возвращаться. Нам надо куда-то выйти.

– Иди туда – не знаю куда… – пробурчал Мишка.

– Это точно – нам надо куда-то выйти, – вдруг согласился Борис. – Только, чур, больше не теряться!

– Будем идти рядом, – сказал я.

– А лучше – держась за руки, – предложила Света. – Так точно не потеряемся.

И схватила за руки Мишку с Борисом. Никто не знал, в какую сторону лучше идти, поэтому я потопал наугад – вперёд. Троица – за мной.

Ощущение времени здесь было довольно странным. Мне казалось, что мы шли минут пятнадцать, а ребятам, как они потом сказали, – не меньше часа. Мы не разговаривали: ветер всё равно уносил любое слово.

Наконец, заметили, что метель стала утихать. Постепенно небо прояснилось. Кое-где показались звёзды. Стало светлее. Вдалеке, на горизонте, проступили тёмные очертания холмов.

– Ребята! – Света внезапно выбежала вперёд. – Там что-то блестит!

Мы дружно посмотрели в ту сторону и тоже разглядели мелькающий блеск.

– Похоже на огонь, – прищурился Борис.