В понедельник, на большой перемене, я стояла под дверью директора школы. Сердце колотилось быстро-быстро, как у испуганной колибри. Я себя примерно так и ощущала, хотя, будем честны, какая из меня колибри с моим-то ростом? Скорее уж цапля. Цапля в смертельном ужасе.

Наконец, я поглубже вдохнула и постучала.

– Войдите!

Я прошла вперёд, звук моих шагов сразу изменился: в кабинете лежал ковёр.

Директриса Наталья Семёновна сидела за широким дубовым столом, а ближе к двери, боком, был воткнут стол секретаря. Мой взгляд заметался между главой школы и её помощницей, пока Наталья Семёновна наконец не кивнула:

– Что ты хотела?

– Здравствуйте… э… я… гм… из восьмого «А»… У меня тут идея школьного проекта… – я сделала ещё пару шагов вперёд по ковру, чувствуя себя неуместно, словно была призраком. Призраком цапли, умершей от ужаса видимо.

На стол директрисы лёг скоросшиватель с моим проектом. Она развернула его и прочитала титульный лист, потом подняла глаза:

– Фестиваль пирогов? Это что?

– Да. Не просто фестиваль – благотворительный! Смотрите, я подготовила заявку. – Я выхватила из-под руки директрисы папку и стала шумно перелистывать распечатку. – Всё посчитала! Скоро Самайн – это праздник сбора урожая. Можно приурочить к нему Фестиваль пирогов. Есть несколько вариантов! Например, можно поручить каждому классу свою начинку: у кого-то овощные, у кого-то с фруктами, с ягодами, с грибами. Ну, в честь осеннего урожая! Понимаете, да?

Директриса, сдерживая улыбку, кивнула:

– Понимаю… Только при чём тут мы и кельтский праздник?

– Да не обязательно кельтский! Просто – праздник осени. Главное, что фестиваль пирогов! Всё это будет освещаться в СМИ! Вот здесь я выписала городские издания, которые готовы рассказать о подобном мероприятии бесплатно, я им уже написала в соцсетях и уточнила. Вот здесь городские блогеры, им я тоже написала, – я пролистала ещё несколько страниц. – Так, ну тут я выписала имена инициативной группы, кто готов взять часть организации на себя…

– Немного, – вставила Наталья Семёновна, бросив взгляд на фамилии Марины, Сони и мою собственную. Я покраснела:

– Немного, но мы очень активные! Может быть, привлечём кого-то ещё. Дальше… Тут примеры фирменного стиля, ну, это я в нейронке нагенерила. Рабочее название – «Тили-тили тесто». А здесь я посчитала, сколько мы должны заработать. И все деньги переведём в благотворительный фонд, который помогает детям с ДЦП. Вот! – Я торжественно ткнула пальцем в название фонда. Фух. Вроде нормально представила, да?

Директриса поправила на шее массивное колье и слегка одёрнула пиджак:

– Гм… А откуда же деньги?

Ой! Вот это-то и забыла рассказать… Я снова набросилась на папку.

– Ну как же! Мы приглашаем родителей, друзей, освещаем всё в СМИ – и продаём пироги! Вот здесь, кстати, я выписала дополнительные активности, которые можно включить. Аквагрим для младшеклассников, цветочные композиции, вязаные игрушки… У нас очень много талантливых девочек!

Наталья Семёновна через моё плечо бросила взгляд на своего секретаря. Та улыбалась во весь рот, будто им тут стендап зачитывали! Я тряхнула волосами и уставилась на директрису. Ну уж нет! Не может она мне отказать! Не сегодня!

– Сделаем? – с напором спросила я. И куда только делась моя умирающая цапля! Теперь я напирала как разгневанный страус.

– Кхм, – директриса взяла в руки папку и, покачивая головой, стала перелистывать страницы. – Выглядит очень убедительно.

Я гордо выпрямилась. Ещё бы! Мне Димка всё помог оформить, а ему папа советы дал. А он, между прочим, бизнесмен.

– Яна Ивановна, как у нас там по занятости? Сможем устроить через пару недель внеклассное мероприятие? – продолжая изучать мою заявку, спросила Наталья Семёновна секретаря. Та почему-то хихикнула и защёлкала мышкой.

– В принципе, да, – скоро ответила она.

– А ты возьмёшь всю организацию на себя? – спросила директриса, взглянув на меня поверх очков. Я активно закивала:

– Да! Конечно!

– Что ж… Тогда давай.

Я тоненько пискнула от счастья. Никакой не страус. Максимум синичка.

С трудом сдерживая бурлящую радость, я выскочила за дверь и понеслась в класс. С разбега бросилась к парте Марины и Сони:

– Получилось! Получилось!

Они обняли меня с двух сторон, и мы запрыгали безумным осьминогом:

– Ур-р-ра-а-а!

– Чего у вас там получилось-то? – тут же влез Жорик. Действительно, как же, важное событие – и без него!

– В конце октября у нас в школе будет благотворительный фестиваль! – торжественно объявила я, отсоединяясь от подруг. – Фестиваль пирогов и урожая!

– Чего? – главный провокатор скривил толстую физиономию.

– Ой, да ладно, Жор, уж тебе-то про пироги точно понравится! – Толик загоготал. – Я вот за! А попробовать-то дадут?

– Дадут, – кивнула я. – Но только за деньги.

– Ну-у-у…

– О-о-о…

– Так! – Марина хлопнула по парте ладонью. – Всем молчать! Вы что, не слышали, что фестиваль бла-го-тво-ри-тель-ный? Все вместе будем делать добрые дела, ясно вам?!

Вдруг из-за последней парты встала Карина, не говоря ни слова, накинула на плечо ремень сумки и демонстративно пошла к двери. Соня закатила глаза, Марина издала громкое «Пф-ф-ф!», а я… сорвалась с места и бросилась за ней:

– Карина! Карина, подожди! – над нашими головами уже надрывался звонок, но мне надо было сказать ей кое-что очень важное. – Карина!

Наконец, она остановилась, резко развернулась и облила меня холодным презрением.

– Чего тебе?

Из-за всей этой беготни и волнений мне было трудно дышать. Я облизнула пересохшие губы и с трудом выговорила:

– Я… хотела тебе предложить. Ты же умеешь делать отличные макияжи, да? Может быть, будешь за это отвечать на фестивале?..

– Что? – Карина явно оторопела. А что она ожидала от меня услышать, интересно? Проклятья или обвинения? – Ты сейчас серьёзно?

– Ну да. Мы собираем инициативную группу. Марина хочет продавать вязаные игрушки, а Соня будет делать аквагрим мелким. Я подумала, будет здорово, если для старших классов тоже будет визажист. Хочешь?

Карина поправила идеальные волосы.

– Тут какой-то подвох? – спросила она, хмуро глядя мимо меня.

– Ты о чём?

– Ермолаева, это же я натравила на твой блог хейтеров, – Карина сказала это почти без эмоций, переведя на меня пустые прозрачные глаза. – Ты же догадалась уже.

– Догадалась, – я пожевала губу. Оказалось неожиданно больно услышать это вслух, стоя лицом к лицу с человеком, которому не сделала ничего плохого. Но отзывать своё предложение я не собиралась. Мы молчали, стоя друг напротив друга в пустом коридоре, только из-за закрытых дверей доносились голоса учителей.

– И что? – спросила Карина, вскидывая острый подбородок.

– Что «что»? Повторяю вопрос: ты мейк делать будешь? – я уже с трудом сдерживала раздражение. Чего она хочет? Чтобы я вцепилась ей в волосы и мы устроили бой в пыли? Или чтобы мы бросились друг другу в объятия и утопили все обиды в слезах?

– То есть тебя это вообще не колышет?

– Если хочешь поговорить об этом, хорошо, – я пожала плечами. – Ты поступила отвратительно. Но я это пережила. Портить из-за этого фестиваль я точно не собираюсь. И… мне было грустно, когда ты удалила свой блог, – добавила я, подумав.

Карина обхватила себя руками и промолчала. Стояла одна как перст посреди школы, полной людей, и обнимала саму себя… Меня вдруг пронзила острая жалость. Какая же она, наверное, несчастная…

– Ладно, – наконец сказала красавица. – Ты в край больная, но я согласна. Типа, это благое дело, да?

– Да. И я бы предпочла, чтобы больше ты не называла меня «психичкой» и «больной», – сухо ответила я. Карина усмехнулась, и я в первый раз увидела в ней что-то живое и даже игривое:

– Ладно, Ермолаева.

Я кивнула:

– Пойдём на урок. И так сейчас влетит, что опоздали.

– Я вообще не планировала туда возвращаться… Я сбежать хотела. Из дома. Насовсем, – Карина хихикнула.

Мои глаза округлились:

– Ты, блин, серьёзно сейчас?!

– Да нет, конечно. Пошутила, – она высоко вскинула голову и, покачивая водопадом волос, пошла к классу. По бедру её хлопала сумка – слишком большая, чтобы там лежали только учебники.

Я потрясла головой и двинулась следом.

* * *

Я прикрыла глаза и полной грудью вдохнула аромат. Что-то тёплое, доброе, сдобное, душистое, сытное и сладкое ворвалось в меня и наполнило от макушки до самых пяток. Именно этот запах всегда делал меня счастливой… Запах еды, которой угощают. Сегодня он наполнял спортивный зал нашей школы, который сейчас больше напоминал весёлую ярмарку.

Дима приобнял меня за плечи:

– Довольна собой?

– Ага, – я коротко кивнула.

Вокруг, под большой растяжкой «Тили-тили тесто» суетились школьники, их друзья и родители. Длинный ряд столов был заставлен пирогами, фруктами, овощами и всевозможными напитками в самоварах, термосах и бутылках. В углах стояли островки с дополнительными активностями, как мы и планировали. Марина продавала свои вязаные шедевры, Соня едва успевала рисовать смешные рожицы на первоклашках, а из рук Карины выпархивали счастливые старшеклассницы. Музыка, разговоры, цветочные венки, фигурная резка фруктов и много, много улыбающихся и жующих ртов.

– Так это вы, тили-тили тесто, что ли? – весело пропел Жорик, проходя мимо нас с огромным куском мясного пирога. Я покраснела: мы с Димой так и не обсудили, что между нами происходит… Так и не решили, будем ли мы рассказывать об этом всем.

Но он неожиданно крепче притянул меня к себе и громко сказал:

– Допустим, мы. И чего?

– Ничего. Просто спросил. – Жорик хлопнул глазами и растворился в толпе стремительно, как сахар в кипятке.

Я хихикнула:

– В первый раз вижу, чтобы он так быстро ушёл.

– Как же бесит меня, – нахмурился Дима. – Это ведь он тебя буллил? Вмазать бы ему, да он же совсем тюфяк…

– Да ну его, – счастливо улыбаясь, я махнула рукой. – Он больше не будет.

– Ты слишком добрая, Лена, – строго произнёс Дима. Я кивнула, глядя ему в глаза:

– И счастливая.

Тут к нам подбежал Лёха, размахивая во все стороны огромным куском пирога:

– Ленка, ты тут? Там тебя эти… киношники ищут!

– Кто?!

– Ну, с телевидения! Камера – во!

– С какого ещё телевидения?! – я не могла поверить своим ушам.

– Ну я откуда знаю! С какого-то. Наверное, с местного. – Братец усмехнулся. – Вряд ли с Первого канала. Беги скорее! Вон они.

Я обернулась. У входа и правда стояла маленькая съёмочная группа: очень красивая и очень уставшая ведущая и оператор с огромной камерой. Ого! Это для розыгрыша уже чересчур. Оставив Диму, я помчалась к ним.

– Это ты Лена Ермолаева? – сразу же набросилась на меня телевизионная дама. – Директор сказала, ты организатор! Давай наденем микрофон, надо задать тебе пару вопросов.

Растерянно хлопая глазами, я дала натянуть на себя «петличку» и покорно встала рядом с приветственным плакатом «Добро пожаловать на благотворительный фестиваль!»

– Давай, два вопроса, – поторопила меня ведущая. – Вань, ты снимаешь? Ага, погнали. Как тебе пришла идея провести благотворительный фестиваль?

– Э… – Я растерялась. Да если эту историю записать, целая книга получится! – Ну, если коротко… У меня есть свой блог про кулинарию, и однажды мальчик с ДЦП оставил мне комментарий… У него… э… не очень получилось блюдо по моему рецепту. И я захотела как-то помочь таким ребятам, как он.

– Из чувства вины, что ли? – приподняла бровь ведущая.

– Нет! Не только… В общем, – я собралась с мыслями, – я поняла, что для меня важнее всего – не сам блог, а хорошая еда. Приготовленная правильно и от всего сердца. И действительно вкусная. В общем, добрая еда. И фестиваль посвящён именно этому! Сегодня вместе работают даже ребята, которые раньше ссорились и конкурировали, – закончила я, вспомнив Карину. – И все вместе мы делаем хорошее дело!

Ведущая удовлетворённо кивнула. Видимо, этот ответ ей понравился гораздо больше.

– Хорошо. Трудно было организовать фестиваль?

Я пожала плечами:

– Наверное. Но я, если честно, этого даже не заметила. Мне так понравилось это делать…

– Хорошо, молодец, – ведущая метнулась ко мне и стала снимать микрофон. – Вань, давай быстрее. Нам ещё на вернисаже через час надо быть.

– Э… А где всё это можно будет посмотреть? – спросила я, поворачиваясь под её быстрыми руками.

– Завтра, в восемь утра, в местных новостях. До свидания!

Оператор заспешил за своей коллегой, но в последний момент обернулся и показал мне большой палец. Я невольно хихикнула и пошла назад к Диме. Но тут меня перехватили родители – папа тащил два пакета, набитые пирогами.

– Вот это да, младенец! Вот это ты устроила феерию! – довольно пропыхтел он. – Как в кино! Глянь, сколько мы вкуснотищи урвали!

– Леночка, умница! – мама порывисто обняла меня и всхлипнула. – Я так тобой горжусь!

– Спасибо, – шепнула я.

– Ну, ладно, не будем задерживать великого организатора! – Папа улыбался как Карлсон – банке варенья. – Беги! Дома будем тебя нахваливать!

– Спасибо ещё раз!

Как только родители отошли и я всё-таки приблизилась к Диме, в кармане завибрировал телефон. Я бросила на него беглый взгляд – в блог сыпались отметки участников фестиваля. Пальцем смахнула их в сторону с экрана – сейчас некогда разбирать. Незаметно они стали совсем не главным… Дима приподнял брови:

– Так много, круто.

– Да ладно. Сейчас не блог важен, – отмахнулась я.

– А это ведь не только о твоём блоге. Это ещё и о фонде, которому ты помогаешь.

Уголки моих губ дрогнули:

– Ты прав…

Я открыла свой аккаунт и внимательно просмотрела отметки. Это были гости фестиваля: ученики моей школы, их родители, друзья и…

– Ой, мама! Тот мальчик, который пытался приготовить сливочное пиво! Дима, слушай: «Лена, спасибо тебе за фестиваль! Ты делаешь очень важное дело!» Мамочки… Как же я счастлива! Как думаешь, он меня простил?!

– Думаю, он и не обижался. – Дима засмеялся. – Но это не значит, что тебе не нужно было этого делать.

– Конечно. Конечно нужно. Мне кажется, я именно сейчас чувствую себя живой.

– Ты действительно большая молодец, – и мой парень взял меня за руку.

Фестиваль продолжался. За окнами смеркалось, и над столами включили гирлянды. Вау! Кто придумал так украсить? Наверняка Марина с Соней. Какие они молодцы, так классно сделали, и мне даже не сказали…

Бойкая торговля постепенно перетекла в душевные посиделки. Остались только школьники, которые пришли не просто поесть, а пообщаться. Все расселись прямо на полу, стащили со столов остатки пирогов и чая, а потом хором решили спеть бардовскую песню.

Я прижала руки к щекам. Мы с Димой по-прежнему стояли за моим опустевшим столом, в полумраке, невидимые для всех, и любовались дружбой и… едой.

– Как в кино, Дима. Ты просто посмотри. Я в самом красивом в мире кино!

– Нет.

– Что?

– Пока ещё не в кино. А вот сейчас…

Дима наклонился и поцеловал меня.

И… это было не кино. Это была я – на самом своём месте.