Но как только подруги добрались до дома и уселись за стол, на горизонте, прямо между почтовым ящиком и садовой дорожкой, появился… маленький силуэт с чемоданами в руках.

– К-К-Кончетта?..

– Ну что ещё случилось?

– П-п-по-моему… я его видела.

– Кого?

– Как кого? Соню, конечно!

– Мы же только что оставили его у дома Наталины, к тому же в закрытой корзине!

– Д-да, но… Клянусь, я своими глазами видела, как за почтовым ящиком промелькнул силуэт с чемоданами!

– Послушай, Эльвира, ты слепа как крот – выскочи тебе под нос олень, ты и его не увидишь. Вот объясни, как ты умудрилась разглядеть крошечного соню? И даже если это был он, – не на шутку разгорячилась Кончетта, – как, по-твоему, соня взобрался на крутую гору – и не с одним, а с двумя чемоданами?

– И всё-таки… Если чемоданы были на чердаке, значит, кто-то их туда занёс, с этим-то ты спорить не будешь?

В кои-то веки даже всезнайка Кончетта не нашлась что ответить.

Прошла пара часов – и вот, после долгих препирательств, всё так же фыркая и спотыкаясь, подруги снова забрались на стремянку и теперь стояли под чердачным люком, готовые наконец проверить, вернулся соня или нет.

– Сама увидишь, тут нет никаких сонь, тебе померещилось!

– Ты и про моего призрака так говорила, а он взаправду был!

– Взаправду был соня, а не призрак, Эльвира!

– Чёрт побери, Кончетта, на этот раз я видела соню, а не призрака! Соню, ты понимаешь?

– Зуб даю, что твой соня окажется дождевым червём!

Но когда Кончетта лёгким ударом распахнула люк и просунула голову на чердак, то не поверила своим глазам.

Рядом с кроватью стояли знакомые чемоданы, а под одеялом, как будто ничего не случилось, крепко спал соня.

В пижаме и ночном колпаке.

– Хм… Эльвира…

– В чём дело? Что там?

– Я совершенно ничего не понимаю, но… ты была права. Это полное безумие, но ты была права. Он… там!

– А почему ты говоришь шёпотом?

– Так ведь он спит!

– Ну и что?

– Не знаю, само как-то получилось… Он так крепко спит, что даже жалко будить.

– Жалко ей! Кончетта, ты меня поражаешь! Надо срочно что-то делать! Сунуть его обратно в мешок, сплавить, сбагрить!

– Но… Эльвира…

– Никаких «но», Кончетта. Никаких «но». Он, между прочим, спит прямо над моей спальней. Пойдём наверх, запихнём его в мешок и упрячем в корзину.

– А потом что? Куда ты её денешь на этот раз?

– Так, с домом Наталины не вышло… Значит, надо сесть в машину, уехать подальше и оставить его где-нибудь внизу.