Мне не по себе! Вчера при Крис я был таким смелым и говорил, что готов познакомиться с ее предками, но как только проводил ее домой, как захлестнуло волнение.

Я впервые знакомлюсь с родителями девушки. Я не знаю ни что надеть, ни что принести с собой. И что же я решил сделать? Собрать консилиум друзей (и сестер друзей), чтобы они помогли мне.

И вот мы в гостиной Ника и Дианы, на диване гора моей одежды, а рядом сидит команда, которая помогает мне собраться на встречу с родителями Крис. Я собрал все, что нашел, Макс заехал за мной, и мы дважды поднимались домой, чтобы привезти вещи. Наверное, это должно показать, насколько мне волнительно.

– Смотрите, он даже блокнот взял, – смеется Максим, глядя на меня.

– Он серьезно относится к мероприятию, – говорит Диана. – Записывай. – Она обращается ко мне. – Покупаешь торт для папы, цветы для мамы и Кристины.

– Может быть, папе не торт? – уточняю я. – Ведь торт больше для женщин. А он к тому же еще и военный.

– Принеси ему коньяк, он оценит, – вмешивается Ник, и они с Максом громко ржут.

– Не смешно, я же на полном серьезе! – огрызаюсь я.

– Лучше торт к чаю, – резюмирует Диана, а потом осматривается: – Кстати, где мои вкусняшки?

За помощь Диана попросила торт «Прага», две упаковки мармеладок и гранатовый сок. Я не представляю, сколько сладостей она поедает, но готов пойти на такие жертвы, подкармливая Ди за хорошие советы.

– В пакете в коридоре, – я указываю направление. – Я все принес. Что из одежды выбрать? У меня остался костюм с выпускного в одиннадцатом классе, но мне кажется, он маловат.

– Ты же не жениться идешь. А смокинг ты не захватил? – интересуется Ник.

– У меня нет смокинга, – на полном серьезе отвечаю я.

Все ржут.

Как они не понимают! Мне сейчас совершенно не до шуток. Меня даже тошнит от стресса, впервые в жизни. Встреча уже через два часа, а мне еще нужно купить все, что посоветовала Диана.

– Расслабься, – хлопает меня по плечу Макс, – просто будь собой, и ты им понравишься. И не трясись.

– Легко сказать, не тебе же туда идти.

– Меня не позвали, а то я бы сходил, – хмурится Макс.

– Надевай белую футболку и джинсы. – Диана кидает в меня вещами. – Моя миссия закончена – я пошла есть торт.

Она берет пакет и скрывается в своей комнате.

– А нам с Ником дашь по кусочку? Мы же тоже помогали! – Макс идет за ней.

– С тобой поделюсь, с братцем – нет, обойдется! – смеется она. – Неси тарелку и нож.

Мы с Никитой переглядываемся, и я вижу, как он смурнеет. И конечно, совсем не из-за торта. Я купил огромный, в нем аж три кило, и там точно нашелся бы кусок для Никиты. Но отношения между братом и сестрой оставляют желать лучшего, а после случая с Витей вообще накалены до предела. Мы с Максом стараемся не лезть, но с каждым разом это становится сложнее. Чувствую, скоро случится апокалипсис. Нужно его избежать, поговорить с Максом, чтобы не бесил Ника, и попросить его пообщаться по этому поводу с Дианой.

– Я переоденусь, а вещи оставлю у тебя, Ник. Заберу потом. – Я пытаюсь отвлечь его от мыслей о сестре.

Максим возвращается в комнату с тарелкой.

– Она будет есть торт ложкой, даже не разрезая! И как он в нее поместится? – говорит он, не обращая внимания на нас.

– Ты отвезешь все мои вещи обратно и отдашь моей маме. – Мне в голову только что пришла гениальная идея. – А то она подумает, что я съезжаю.

– Конечно, ты бы еще детские фотоальбомы с собой забрал, – смеется Макс. – Я завезу. Тебя подбросить?

– Да нет, мне же еще по магазинам, – отказываюсь я из приличия.

– Не проблема, только торт доем, – успокаивает меня друг.

Никита все это время молчит, и мне очень не нравится происходящее. Может, это и правда хорошая идея – разделить их, пока Ник не остыл.

Ровно в шесть я переступаю порог квартиры Крис, в руках два небольших букета роз и «Красный бархат» для папы. Так как снова просить помощи у Дианы дорого, я разобрался с цветами сам, даже без Макса. Кристине взял персиковые, а ее маме – белые.

Меня встречают в коридоре, я ловлю сканирующий взгляд отца своей девушки и забываю, как дышать. У нашего тренера тоже такой взгляд, который заставляет замереть, и ты просто боишься пошевелиться. Так вот взгляд отца Кристины в сотню раз хуже! Я вспоминаю все, что она рассказывала об отце. Информации немного: военный, очень строгий, контролирует ее до сих пор. Больше ничего. Куда я попал?

Но я собираюсь с духом и начинаю разговор.

– Добрый вечер, – откашливаюсь я, – меня зовут Костя. Это вам.

Отдаю букеты и торт, но папа Крис все еще не отрывает от меня глаз. Все, я ему не понравился. Надо было надеть рубашку. Я же говорил! Это все Диана со своей белой футболкой. Первое впечатление может быть обманчиво, но если не понравился сразу, то исправить его очень сложно.

Кристина вступает в разговор, помогая мне, потому что мы стоим в полной тишине:

– Костя, познакомься, это мой папа, Сергей Александрович, и мама, Наталья Викторовна. Мама, папа, это Костя, – представляет нас друг другу она, а потом смотрит на меня и добавляет, – разувайся, проходи на кухню.

Мама Кристины, словно очнувшись от сна, произносит:

– Приятно познакомиться, спасибо за цветы, очень красивые. Можешь называть меня тетя Наташа. Кристи, давай поставим цветы в воду?

– Давай чуть позже? – отвечает Кристина, бросая взгляд на папу. – За десять минут ничего не случится, они не завянут.

Кристина берет меня за руку и встает рядом. Я освобождаю ладонь, ведь пока держу ее, будет сложнее сбежать. На Кристине белый топ, синие лосины, а волосы заплетены в косу. Я изо всех сил стараюсь не рассматривать ее, потому что боюсь получить травму. И совсем не психологическую, а самую настоящую. Отец Крис вызывает во мне тихий ужас. Зато мама очень милая. Вот в кого Кристина такая улыбчивая, но в то же время рассудительная и строгая. Взяла лучшие черты от родителей.

Я улыбаюсь в ответ Наталье Викторовне, но все еще чувствую неловкость, потому что отец Кристины молчит и не сводит с меня глаз.

– Пап! – говорит Кристина. – Перестань, ты его пугаешь!

– Все нормально, мне не страшно, – отвечаю я. Вышло не слишком убедительно.

– Сергей Александрович, – наконец говорит ее отец, протягивая мне руку. Я жму ее в ответ. – Проходи. – Он произносит это суровым тоном, и мне хочется сбежать. Мне кажется, он сейчас выстроит нас в ряд и прикажет: «Смир-но!»

– Сережа, прекрати! – смеется тетя Наташа, а потом обращается ко мне: – Он сейчас оттает. Не бери в голову.

Кристина берет меня за руку и тянет на кухню, я снова смотрю на ее отца и отпускаю ее руку. Интересно, если я сбегу прямо сейчас, то они отдадут мне потом мои кроссовки? Обуваться нет времени, а сбежать очень хочется. Кроссы жалко, я ждал заказ два месяца, это новая модель, и в России ее не достать – пришлось заказывать за границей. Не хочется расставаться с ними так глупо.

Мы входим в кухню, садимся за стол, и Сергей Александрович просит:

– Расскажи мне о себе, Константин. Сколько тебе лет, где учишься, чем занимаешься. Кристи говорила, что ты футболист. Это серьезно? Или ты побегаешь с мячом, а потом получишь настоящую профессию? – отрезает он, и я осмеливаюсь поднять на него глаза.

– Папа! – восклицает Кристина.

– Все хорошо, – успокаиваю ее я, хотя сам в панике, но лучше никому из присутствующих об этом не знать, – я сам справлюсь. – Я вру, но хочу показаться серьезным, сделать вид, что мне не тревожно. – Мне восемнадцать. Перешел на второй курс юридического факультета в университете. Я вратарь в команде «Журавли». Сезон только начался, и я надеюсь, что подпишу профессиональный контракт. Пока что я официальный игрок молодежки. Нас с друзьями взяли во взрослую команду с испытательным сроком. Я хочу играть в футбол, но не в ущерб образованию, потому что футбольная карьера может прерваться в любой момент из-за травмы или еще по каким-то причинам. За лето планирую определиться с кафедрой, чтобы уже точно знать, кем я окончу университет. Хочу получить еще и профессию, а не только бегать с мячом.

– Молодец, – бросает Сергей Александрович, и его взгляд теплеет (мне так кажется или я хочу так думать). – Почему моя дочь начала опаздывать, как только связалась с тобой?

Его тон заставляет меня вздрогнуть. Я понимаю, что Крис не только не преувеличивала строгости отца, но даже преуменьшала, чтобы я не сбежал. Познакомились бы на свадьбе (если бы с таким папой у нас когда-нибудь, лет в тридцать, дошло бы до нее дело). Но я собираюсь с духом. Если уж я ввязался в это, должен идти до конца. Я же спортсмен, я не умею отступать, только вперед!

– За это я хочу извиниться. Такого больше не повторится. Теперь за временем буду следить я, и Кристина больше не опоздает, даю слово, – говорю я уже чуть более уверенно, потому что теперь, чувствую это затылком, спрос будет не с нее, а с меня. Благо у меня есть два помощника, которые тоже следят за временем.

– Жаль, – вдруг говорит Сергей Александрович. – Окна ты помыл хорошо, еще бы огород перекопать. – Он смеется, и я расслабляюсь.

Проверку прошел, все хорошо, главное теперь все не испортить. Поэтому буду следить за каждым своим словом, жестом, каждым вздохом.

– Перекопать огород было бы неплохо! – восклицает тетя Наташа. – Попробуй салат, Кость, его сделала Кристи, она очень старалась. Мы приготовили совсем немного. Даже неудобно как-то.

Она суетится и накладывает мне в тарелку все, что есть на столе, – три салата, нарезку, что-то в кляре, два вида бутербродов и лаваш. И это, по их мнению, немного? В моей семье это большой праздничный стол! А на наших вечеринках с парнями даже такого «немного» не бывает. Обычно мы заказываем пиццу, газировку или иногда даже покупаем пиво, редко, но все же – и все. Иногда к ним добавляются сэндвичи из холодильника Ника. Или другая еда, которую мы найдем там же. А тут – «совсем немного»!

– Спасибо, – благодарю я, чувствуя, как атмосфера вокруг становится менее напряженной. – А что это за салат? – уточняю я с полным ртом. – Очень вкусно!

– Это «Глория» – фирменный салат Кристи, – улыбаясь, отвечает тетя Наташа.

– Ну, мам! – смущается Крис. – Мы с Ариной попробовали его в местном ресторанчике, и я решила повторить дома. Ничего особенного.

– Но на всех праздниках именно его съедают первым, – нахваливает дочь тетя Наташа.