Началось лето. На смену аномально жаркому маю пришел не менее аномально жаркий июнь.

Я с головой погрузилась в учебу.

Перестала изображать из себя домохозяйку – теперь Оливер видел мою стряпню только по выходным.

Перестала обращать внимание на его частые задержки с работы, хотя нужно отдать ему должное – он чаще меня о них предупреждал.

Пропало чувство всепоглощающего одиночества, если его нет дома. Я не сильно расстраивалась, когда засыпала в пустой постели. Я даже перестала реагировать, когда на мои попытки соблазнения Оливер отвечал отказом (а такое случалось все чаще).

Да, мне по-прежнему не нравилось, когда Мерфи приходил поздно без предупреждения, когда переносил планы из-за работы, но по-настоящему брошенной и одинокой я себя не чувствовала. Выходит, он бы прав – мне нужна была своя собственная жизнь вне дома. Оливер, правда, упирал на друзей (которых у меня не прибавилось), но думаю, суть была все-таки именно в пребывании вне дома.

Надо признать, учиться мне нравилось. Да, сложновато после большого перерыва, и к тому же стараться приходилось намного больше, чем в школе Лос-Перроса, но я понимала, для чего мне это, и заставляла себя работать.

* * *

Вот и сегодня я второй час корпела над развернутым докладом, который мне нужно было сдать на следующей неделе.

В замке зашуршало – это Оливер вернулся. Я выскочила к входной двери, подпрыгивая от нетерпения.

– Ты принес? Принес? – радостно накинулась я на мужчину, стоило ему переступить порог.

– И тебе привет, – озадаченно ответил он. – Жарища! Еда осталась? Блин, жрать охота! Я в душ, а ты закажи пока что-нибудь. Просто умираю от голода.

И, не обращая внимания на мое потухшее лицо, он направился в спальню.

Я еще постояла у двери десяток секунд, ощущая себя полной дурой. И пошла за ним следом.

– Оливер, ты принес книги? – Только глухой не услышал бы в моем голосе недовольство.

– Какие? – Мужчина замер, так и не успев снять джинсы до конца.

– Учебник по биологии, сборник школьных экзаменационных тестов и книгу профессора Нельсона. Я утром тебе напоминала.

– Да?

– Оливер! – обиженно воскликнула я. – Ну ты же утром обещал их забрать. Книга профессора была только в магазине около твоего офиса. А она мне нужна сегодня! Мне нужно опираться на нее при написании доклада.

– Но сегодня только среда. Сдача на следующей неделе. Еще куча времени. Завтра заберу.

– Оливер, книга толстая! А мне ее нужно прочесть. Это, знаешь ли, дело небыстрое.

– Ох, ну купи на «Амазоне» электронную версию. – Весь вид собеседника говорил, что, очевидно, я делаю из мухи слона.

– У нее нет электронной версии! – зло проговорила я. – Или ты думаешь, я по доброте душевной отвалила пятьдесят баксов за этот раритет?

– Саманта, успокойся. Я заберу книги завтра, и ты все успеешь. Ничего страшного не произошло.

– Ну конечно! – Его спокойный уставший голос приводил меня в бешенство. – Это ведь не тебе писать доклад. Не тебе отвечать перед профессором, который решает – сдам я по итогу экзамены или нет.

– Сэм, ты перегибаешь. Ты будешь писать тесты. Люди там ничего не решают – только сухие числа. Зато все по-честному.

– Спешу напомнить, всезнающий мистер Мерфи, что я выбрала факультет психологии. И профессор Нельсон будет моим преподавателем. Мне не хочется, чтобы из-за плохого доклада он отказался принимать меня на курс.

– Ну не примет – выберешь что-то еще, – отозвался Оливер, но, увидев мое разгневанное лицо, добавил: – Саманта, ты справишься. Они тебя возьмут. Никуда не денутся.

Его оптимизма я не разделяла. Учеба давалась непросто. Требования в университете суровые. Чем ближе конец курсов – тем больше я нервничала. Для меня ставки были слишком высоки.

– Мне обещали только место, если ты помнишь. Это значит, что меня могут не взять.

– Это не последний… – начал было Оливер, но я его перебила.

– Даже не смей заикаться, что это не последний год и я могу попробовать силы позже. Я не могу! Я не хочу ждать еще! Колледж мне нужен сейчас! – Я сорвалась на крик, а в конце и вовсе расплакалась. Развернулась и вышла из спальни.

Легкомысленный тон, которым он говорил про колледж, меня безумно обидел. Как Оливер мог быть в один момент заботливым и внимательным, а в другой так несерьезно относиться к чужим тревогам? Ведь он же знает, как для меня это важно! Ведь он же сам хотел, чтобы я во все это ввязалась. А теперь так легко говорит «попробуешь в следующем году»? Он что, хотел, чтобы я просто начала выходить из дома и от него отлипла?

– Сэм, ты куда? – услышала я растерянный голос Мерфи.

– За книгами, – ответила я, завязывая шнурки кед.

– Магазин уже закрылся.

– Тогда просто погулять, – бросила я ему и уже тише добавила: – Видеть тебя сейчас не могу.