Эпилог

Я стоял у стены школьного актового зала, прислонившись плечом к колонне, и смотрел на сцену, где только что опустился занавес.

Новогоднее представление закончилось минуту назад, но дети всё ещё вскакивали с мест, переговаривались, смеялись и махали актёрам, которые выглядывали из-за кулис. Постановка получилась неожиданно масштабной. На сцене только что сражались картонные монстры, злодей в чёрном плаще грозил закрыть школу навсегда, а супергерой в смешном плаще и с нарисованной на груди буквой «Ф» спасал всех, размахивая пластмассовой штангой вместо меча.

Режиссёром всего этого безумия была София Михайловна. Когда-то её за глаза называли мымрой, и я поймал себя на мысли, что уже не могу вспомнить, когда слышал это слово в последний раз. Теперь она стояла у сцены в строгом костюме, раздавала указания и улыбалась.

Я оглядел зал и увидел знакомые лица. Вася сидел в третьем ряду, вытянув шею, чтобы лучше видеть сцену. Он заметно похудел, в глазах исчезла вечная настороженность. Центр явно пошёл ему на пользу.

Рядом со мной сидел Миша, впечатлённый выступлением.

— Володька, ты красавчик. Всё получилось так, как и договаривались. Ребят твоих я беру на практику. С доходов бывшего бизнеса Али оплачу им учёбу в вузах. Так что у них появится причина учиться, а не думать, где взять деньги на еду завтра.

Я почувствовал, как внутри становится тепло от этих слов, и это тепло было совсем другим, не похожим на адреналин девяностых.

— А ты сам в бизнес не хочешь? Места то хватит.

Я покачал головой, даже не задумываясь:

— Нет. Я хочу работать учителем. Хочу заниматься подрастающим поколением.

Миша внимательно посмотрел на меня, проверяя, не шучу ли.

— Уважаю…

Со сцены раздался голос завуча, звонкий и праздничный:

— Уважаемые ученики и родители, прошу разойтись по кабинетам. Там накрыты столы, и вас ждут подарки!

Зал ответил радостным гулом. Дети вскочили с мест, загалдели. Мелкие выполнили условия, большинство закрыли четверти без троек, и я видел, как ребята гордятся собой, хотя стараются делать вид, будто это обычное дело.

Да, справились далеко не все, но я пообещал, что акция нашей договорённости с подарками продлевается. У кого не получилось исправить оценки сейчас, получили время до конца учебного года.

— Пойдём, Володь, Марина приглашает в учительскую, там всё готово, и Иосиф Львович обещал сыграть на баяне!

Я обернулся — Аня стояла рядом и улыбалась.

В этот момент мне пришло сообщение от майора, в котором Борисов сообщал, что Але Крещённому предъявлены обвинения по целому ряду тяжких преступлений и он уже даёт признательные показания.

Улыбка сама расползлась по моему лицу.

Я посмотрел на зал, на своих пацанов, на учителей и поймал себя на последней ясной мысли. Раньше я защищал пацанов от мира. Теперь я сделал так, чтобы они могли жить в нём сами.

— Пойдём, Ань, — ответил я девушке, убирая мобильник в карман.