– Джай Махакали, ая гуркхали!

Как не был быстр горец, нифлянец успел среагировать и выставить руки перед собой. Однако это не сильно помогло ему. Наоборот, поймав руками четырехпалые кисти, гуркх использовал их как опору. Его ноги взлетели, и два каблука впечатались в лицо уродца, ломая пластину челюсти и сворачивая нос. Нифлянец тоже зарычал и, перехватив руки горца, поднял его над собой. Не обращая внимания на заливавшую тунику черно-зеленую кровь, он с размаха швырнул тело на пол.

Вбежавшие солдаты завершили дело – вибронож, воткнутый в грудь, не оставил надежд. Полковник, лично убивший нападавшего, выдергивая нож, расслышал, как этот маленький солдат шепотом повторил:

– Слава Кали, идут гуркхи…

Офицер ненадолго пережил солдата: изуродованный зеленокожий проковылял к телу, увидел, что землянин мертв, опять зарычал и, схватив полковника за шлем, крутанул голову, ломая позвонки.

Глава 27

По всей Империи шла чистка. В большинстве случаев метаморфозы были предупреждены и исчезли, но теперь это было уже делом времени – МРОБ и обновленные службы контрразведки Армии перетряхивали все планеты. Министерство Разведки и Общественной Безопасности оказалось единственным подразделением, в которое не смогли просочиться нифлянцы. Благодаря этому кадровый состав – кроме лорда-министра, главы министерства, который ушел в отставку, демонстративно приняв на себя вину за случившееся – остался на своих местах и сразу развил бурную деятельность. В конце концов, именно на такой случай министерство и было создано.

Одним из первых их больших дел оказалась реабилитация Воинов Зардера. Тех вновь стали приглашать в Армию. Нифлянцы – асы в делах дезинформации – готовили из зардерцев козлов отпущения на случай, если начнет всплывать враждебная деятельность их самих. А то, что где-то это проявится, было ясно с самого начала – слишком масштабной была операция вторжения.

Поэтому, по правилам игры, нифлянцам надо было наносить ответный удар. Затерянная в космосе орбитальная крепость «Тор» стала главной пешкой в этой партии. Только вот на чьей стороне эта пешка, было не ясно до сих пор. Обе стороны считали, что это их фигура.

Отделения уже несколько раз вступали в короткие стычки, но неизменно продвигались вперед. Появились первые безвозвратные потери: негр из французского Иностранного Легиона, тот самый, что первым поднялся при виртуальном нападении в начале высадки на «Тор», в этот раз не вовремя открыл щиток, чтобы сплюнуть; умная игла мгновенно нашла слабое место и в шлеме вместо головы оказалась каша.

Когда до машинного зала основной вентиляционной установки – места, где батальон должен был соединиться, – осталось не больше двух переходов, Орлов связался с командирами рот.

– Нгуен, Саша, что-то мне не нравится обстановка. Мы прошли полстанции, а нас так нигде толком и не попытались остановить. Что вы думаете?

После первой стычки в вентиляционном тоннеле он подумал, что их начали искать, но все оказалось не так. Больше у его группы встреч с противником не было.

– Мне тоже как-то не по себе, – сразу отозвался прямодушный Грек. – Ничего не пойму. Или они нас всерьез не воспринимают, или задумали какую-то пакость, чтобы прихлопнуть одним ударом.

Вьетнамец ответил не сразу, но через некоторое время и он по-восточному осторожно признал, что что-то не так. Орлов высказал то, что думали все:

– Мы уже два дня внутри крепости, а ничего для нашего уничтожения не делается: одна провалившаяся атака и мелкие стычки. У меня такое ощущение, что и те просто случайные. Если бы мы хотели уничтожить крепость, давно бы взорвали все нахрен!

То же самое думал и Кротов. Его группа легко обходила встречавшиеся патрули и, почти не изменяя маршрут, упорно двигалась к секретному ангару. После получения приказа Сергей еще раз тщательно просмотрел голограмму этого района станции, но ничего особенного там не нашел. «Ладно, доберемся – увидим, что там. Не просто же так Император отправил нас туда».

Зардерцы, как всегда, исчезли. Изредка Кротов вызывал Парибо – тот отделывался коротким «все в порядке», но на глаза не показывался. Впрочем, Сергей не переживал, он знал, что «мурзилки» не просто так разбежались по проходам. «Все-таки, людям еще далеко до этих леших – они рождены для войны. Что же, интересно, было с ними не так? Почему они сначала впали в немилость в Империи, а теперь опять в почете? Охраняют саму принцессу».

Вообще, Кротов совсем не так представлял операцию в крепости. Он ожидал постоянный бой, заранее настраивался на неизбежные потери, а тут… «В любом случае, командуй тут обычные люди, все так бы и было. А сейчас, когда я не понимаю местных обитателей, не понимаю, что они считают важным, а что нет, я не могу и предугадать их следующий шаг».

Сергея смущало не только то, что военные не пытаются ликвидировать угрозу, но и то, что вообще не встречаются люди. Какой бы огромной не была крепость, но техники или ремонтники должны были бы встретиться хоть несколько раз, их на станции несколько тысяч человек.

Он остановился, дожидаясь принцессу. Минут двадцать назад, при проходе с яруса на ярус через узкий лаз, им пришлось оставить индивидуальные платформы, даже в сложенном состоянии они не проходили в люк. Поэтому все, что было в ступах, теперь несли на себе.

Алгалу хотели освободить от груза, но она молча навьючила на себя все, что было в её платформе. Рядом с ней постоянно шел гуркх – он добровольно, без приказа, взял на себя обязанности личного телохранителя. Сергей не возражал, в сведениях, выуженных из сетей на Земле, была запись о том, как Бришна в одном бою с талибами лично уничтожил двенадцать человек. Кроме того, оттуда же он узнал об истории этого горного народа. Судя по всему, им можно доверить любую жизнь. Кротов все хотел расспросить Кхресту об Афганистане, как сейчас там, но времени не было. Остальные солдаты отделения – хоть и славяне, один серб, другой поляк, но оба из Иностранного Легиона – шли впереди. Их спины маячили метрах в двадцати.

После того как пошли пешком, скорость сразу снизилась. Сергей гнал от себя мысли об опоздании. «К черту! Поспешишь – людей насмешишь. Или похуже – нарвешься на засаду». Поэтому, когда вышли на переходную площадку наверху огромного зала с рядами каких-то машин, Кротов остановил группу:

– Привал. Обед.

На его вызов Пассимуши ответил, что они уже поели. «Ну и ладно, – усмехнулся Кротов. – Это даже хорошо». Единственное, что ему не нравилось в зардерцах, это то, как они едят. Зрелище было не для слабонервных – мурзилки рвали полусырое мясо из своего спецпайка и глотали огромными кусками. Когда Сергей увидел это в первый раз, воин, заметив взгляд землянина, коротко бросил:

– Метаболизм.

Позже, изучая инопланетников, Кротов узнал, что метаболизм зардерцев, действительно, намного быстрей человеческого и есть им надо и больше и чаще.

Подвесив двух «мух», Сергей приказал всем обедать, а сам присел на край площадки

– Я подежурю.

Однако Алгала тоже не стала есть, а подошла к нему и уселась рядом, свесив ноги.

– Принцесса, почему вы не едите? – на людях Кротов разговаривал с Алгалой только официально, боясь нанести вред её репутации. Непонятно было, волнует ли её, что о ней думают другие, так как она, не смущаясь, ответила:

– Не хочу, Сережа.

Она подняла щиток. Кротов встревожился, принцесса была необычно бледна.

– Что с тобой? – он тоже забыл об официальности.

– Все нормально. Смотри. – Она протянула руку, показывая выведенные на экран комма основные параметры. Сергей бросил взгляд на коммуникатор, действительно, пульс, температура, водно-солевой баланс и прочие показатели, которые мог фиксировать бронекостюм, были в норме. Чтобы проверить остальное, нужна медмашина.

Он хотел спросить её еще, но слова застряли в горле. Алгала, вдруг, болезненно сморщилась, наклонилась и её вырвало. Сергей успел среагировать – поймал принцессу и сразу оттащил от края. Содержимое желудка с двадцатиметровой высоты полетело вниз.

Бойцы тоже вскочили и подбежали к ним:

– Что с ней?

– Не знаю, – Кротов выдернул аптечку и приставил ко лбу принцессы.

Огонек сигнализатора аптечки мигнул и погас – прибор что-то ввел в кровь девушки. Алгала открыла глаза и встретилась взглядом с Кротовым.

– Дай салфетку, – слабым голосом попросила она. Боец слева уже протянул дезинфицирующий пакет. Сергей нажал знак на упаковке и подал принцессе раскрывшуюся губку. Та вытерла лицо и махнула солдатам – уйдите. Те сразу отошли в сторону. Гуркх отправил обоих бойцов вниз, сам присел у ограждения, наблюдая за ними. Сергей убедился, что бойцы не слышат его и повернулся к принцессе.

– Алгала, как я понял, ты не знаешь, что с тобой?

– Да. Точно не знаю, но по ощущениям со мной такое уже было. Кстати, первый приступ, слабее этого, был перед самым выходом. Я тогда промолчала.

Она выкинула вниз губку и спросила:

– Ты помнишь Зорн?

– Конечно! – Кротова пронзила догадка. – Ты имеешь в виду…? Матиас?

Она кивнула. «Твою медь! Только не это! – он даже головой потряс, отгоняя эти мысли. – Нет, не может быть. Ведь там все дело было из-за предтеч, а тут какая-то зараза и нифлянцы».

– Алгала, этого не может быть, – повторил он вслух. – Я думаю, у тебя какое-то недомогание.

– Не хочется верить? – догадалась она. – Предположение и правда фантастическое, но я точно так же чувствовала себя в подземельях Зорна. Словно кто-то пытается залезть ко мне в голову. И страшная головная боль. Сам понимаешь, я могу и ошибаться, но уж очень похоже.

– Если все так, то тебе надо срочно покинуть станцию. Только расстояние может спасти от этой штуки, ты сама знаешь.

– Я не могу, и это не обсуждается. Приказ Императора – дойти рядом с тобой до сектора семьсот четырнадцать. Если ты почувствуешь, что я попала под управление – ты свяжешь меня паутиной и на спине донесешь до места. Ты понял, Сергей Кротов?

В голосе Алгалы, впервые за эти дни, зазвучали командирские нотки.

– Так точно! Понял, принцесса Алгала!

Кротов вскочил и вытянулся. Но принцесса не приняла его игру.

– Перестань. Садись, и давай еще раз продумаем, что мы будем делать, в случае если я потеряю себя.

– Блин, если это серьезно, тогда надо бояться и за зардерцев. У них ведь тоже в голове чипы.

– Ты прав, – она на минуту задумалась. – Хотя тут есть один нюанс. Чипы у них другие и по устройству, и по программированию. Если здесь все настроено на людей, воины Зардера могут и не среагировать.

– Дай-то бог! С этими ребятами, если они перейдут на другую сторону, нам не справиться. Надо предупредить их.

– Давай переговори, и пора двигаться, в связи с новыми обстоятельствами времени у нас все меньше.

– Алгала, тебе все-таки надо поесть. Для того чтобы бороться, нужны силы.

– Я понимаю, но не хочу. Съем таблетку поддерживающего концентрата. На сутки хватит.

– Ладно, пусть будет «жареное мясо». А я перекушу, пока ждем Пассимуши. Переговорю с ним и сразу в путь. Тут уже не так далеко.

Он вскрыл упаковку с обедом, и пока она разогревала продукты, вызвал Орлова. Тот отозвался не сразу, только через пару минут.

– Слушаю, Орлов.

– Витя, как там у вас? Сразу скажи мне, как боец, который пострадал в драке с пленными. Ведет себя адекватно?

– Конечно! – удивился капитан. – А в чем дело?

– Нет, ничего, это я на всякий случай, – на самом деле Кротов переживал. Во время выхода в суматохе он забыл отдать приказ, чтобы тот боец шел с ними. Сейчас он клял себя за это. Вдруг шарик все-таки подействует на землянина. Кроме Кротова и зардерцев никто не встречался с мертвецами. Чтобы не наводить паники он переспросил:

– Как общая обстановка?

– Вот тут что-то непонятное. Или в космосе всегда так воюют?

– Как?

– Мы высадились два дня назад. Сегодня третий, прошли уже почти всю станцию, а нас еще не стерли в порошок. Они что, не считают нас за угрозу? Ведь, как я понимаю, бой с флотом ведут только артиллеристы, а остальной гарнизон бездельничает. Или это не так?

– Нет, и на Земле, и в космосе все люди всегда воюют одинаково. И давно должны были бы ликвидировать угрозу с тыла. Но, похоже, здесь сегодня командуют не люди, а что в голове у нифлянцев – никто не знает. Но вы не расслабляйтесь, может, они уже нас ждут.

Глава 28

Пока земляне обсуждали непонятную тактику защитников крепости, как раз в этом компоненте все поменялось. В действительности все было именно так, как в шутку предположил Орлов – их не принимали всерьез. Правда, не все. Командир «Тора» генерал Шрейк Ругер – он, как все офицеры, остался на своей должности – нервничал, он не мог понять, почему Повелитель не прикажет уничтожить непонятно как пробравшийся на станцию десант. Он несколько раз пытался объяснить Повелителю Хое, чем грозит внезапная атака на какой-нибудь жизненно важный объект крепости. Однако тот отмахивался от генерала, словно тот говорил о какой-нибудь незаслуживающей внимания мелочи. «Похоже, я чего-то не знаю», – успокаивал себя офицер. Мысль о том, что Повелитель может ошибаться, даже не приходила ему в голову.

Месяц назад, после встречи с кораблем из карантина, он вдруг понял, что нет страшней врага, чем Империя, в войсках которой он прослужил всю жизнь, и главная его задача в этой жизни – уничтожить это драконово гнездо. Он продолжал также верно служить, как делал это уже много лет, используя весь свой опыт и знание военного искусства, однако служил теперь отнюдь не Империи. Если бы он мог критически оценить, что он делает сейчас, генерал пришел бы в ужас, но как раз этого он сделать не мог. Где-то в глубине подсознания у него прошел водораздел между прошлыми пятьюдесятью восемью годами жизни и месяцем новой прекрасной жизни. Теперь он прекрасно знал, что всю жизнь до этого он жил неправильно и должен своими действиями исправить это. Главное, ради чего стоило жить в этом мире, было служение делу Настоящих Повелителей Звезд. Он знал, что только раса Высших имеет право жить в этих мирах, и его слеза прошибала, когда он думал о великодушии Высших, разрешивших таким ничтожествам, как он и его подчиненные, служить великим целям великой расы.