Но следить за всеми перипетиями воздушного боя было некогда, надо было решать задачи на земле. Первые десантники, спускавшиеся в стороне от воздушного боя, уже приземлялись в разных частях поселка. Те же, кто попал в район боя, сейчас уходили в разные стороны, пытаясь выбраться из зоны поражения, однако было ясно, что и они скоро окажутся на земле.

В поселке послышались первые выстрелы и взрывы.

«Твою медь! Вот я козел! – мысленно материл себя Кротов, – На хрен я вернулся? Всех теперь убьют из-за меня». Он почти с ненавистью взглянул на злополучный меч, мешающийся в руках. «Выбросить что ли? В горячке боя никто не заметит». Но вместо этого только покрепче прижал контейнер к себе, опустил маску и, вскочив на вывернутую транспортером кучу земли, попытался определить текущую обстановку: он выхватил из спинного ранца-контейнера упаковку мух и вытряхнул две штуки в воздух. Те начали падать, но тут же включились и, поднявшись на уровень головы, застыли в воздухе. Сергей движением глаз заставил их подняться выше и включил обзор. В воздухе уже кишело этими пронырливыми соглядатаями, и нападавшие, и спецназовцы подняли свои камеры, чтобы иметь информацию с поля боя. Процессор брони быстро проанализировал ситуацию и выдал общую картину на щиток шлема.

– Ни хрена у вас игрушки! – рядом с ним возник спецназовец, Кротов лишь по голосу понял, что это брат. Он держал в руках игольник, направив его стволом вниз, палец в перчатке лежал рядом с пусковой кнопкой.

– Какого хрена ты здесь?! – закричал Сергей. – Иди прячься и жди! Видишь сколько их? Они не в гости летят!

– Да не ори ты! Не один ты повоевал, – парировал Вовка. – Мне, блин, тоже досталось. И че ты таскаешь в руках эту штуку? Бабки там, что ли, у тебя?

– Не деньги, а штука одна, должна быть всегда при мне.

– Не хочешь говорить, не надо. Если должна быть при тебе, приделай лямку и таскай через плечо.

Брат сбежал вниз, выдернул из своих сброшенных штанов ремень и кинул Сергею.

– Держи!

Где-то совсем близко раздалась очередь из автоматической пушки. Похоже, стреляли в упор – звуки разрывов наложились на звуки очереди. Кротов и брат упали вниз и привалились спинами к куче земли. Сергей отправил камеры на осмотр подходов к их дому и, косясь одним глазом на картину, разворачивающуюся на щитке шлема, быстро подвязал ремень к контейнеру с мечом и накинул получившуюся конструкцию через плечо.

– Вот, другое дело, – покосился на него Вовка. – Брат плохого не посоветует. Ладно, я пошел, надо осмотреться.

– Стой! Вот тебе вся картинка, – Кротов быстро нашел на коммуникаторе значок бронекостюма брата и сбросил картинку от камер.

– Во, блин! – дернулся от неожиданности брат. – У вас техника как в «Терминаторе».

Некогда было расспрашивать, что это за терминатор. Сергей молча выдернул из ранца Вовки контейнер с мухами и высыпал пару штук прямо на землю. Не долетев до поверхности, те остановились и взмыли вверх, застыв на уровне глаз.

– Блин! – опять выдал брат. – Вот хрень-то…

Кротов также молча схватил руку брата и ткнул перчаткой в экранчик комма – активировал камеры.

– Видишь? Управлять ими тоже глазом, ловишь взглядом знак нужной камеры и отправляешь куда надо, то есть просто переводишь взгляд туда.

Вдруг рядом с ними плюхнулся еще кто-то. Сергей выглянул из-за Вовки – это был одноклассник Лешка, лицо его горело злой веселостью, руки сжимали охотничье ружье. «Серьезная игрушка. Похожа на МЦ-21, – вспомнил Сергей название ружья. – Двенадцатый калибр – в упор даже в броне собьет с ног».

Леха повернул к ним лицо и, не узнав в бронекостюмах братьев, весело оскалился.

– Ну чо, космонавты? Покажем сукам американцам, как на нашу землю нападать?

Его было не узнать: потерянный запившийся мужичок, каким увидел его в лесу Сергей, исчез, вместо него сейчас рядом сидел рвущийся в бой мужик с горящими глазами. «Водка на него, что-ли, так подействовала? Хотя вряд ли – на вид совсем трезвый. Наверное, опасность к жизни вернула».

Сергей опустил маску шлема, и одноклассник узнал его.

– А, это ты! Когда уже успел скафандр напялить?

Не дожидаясь ответа, опять спросил:

– Кто это на нас наезжает?

Он махнул рукой в сторону поселка.

– Долго рассказывать…, – протянул Сергей.

Их разговор прервала новая вспышка боя. Невдалеке вдруг зазвучали очереди. Но это было не оружие имперцев, явно стреляли из автоматов. Сергей и Лешка переглянулись.

– Откуда здесь Калаши?

– Это наверняка чечены. У наших поселковых Калашниковых точно нет, в деревне бы знали, – вмешался Вовка.

Услышав знакомый голос, Леха удивленно покосился на говорившего, но поддакнул:

– Это точно, в деревне не скроешь. Это чечены.

Кротов надвинул щиток и крутанул одну из висевших в вышине камер. Вовка был прав – на одной из улиц горел разбитый прямым попаданием джип бандитов, возле него залег один из знакомцев в кожаной куртке и короткими очередями бил куда-то в проулок, прикрывая разбегавшихся людей. Пассажиры подбитой машины успели выскочить до попадания и сейчас, пригибаясь, бежали к домам, при этом петляя словно зайцы.

«Блин, они стараются уйти от выстрела снайпера! Неужели тоже воевали? – удивился Сергей. – Похоже, в моей деревне все повоевавшие».

– Смотри! – ударил его по плечу Вовка и показал на небо. – Завалили одного! Это наш, да?

Кротов быстро перевел взгляд вверх и увеличил изображение – батальонная капсула десантирования застыла в небе. Секунды флаер висел без движения, он не сопротивлялся, ракеты зависших выше него истребителей уже не встречало синее пламя активной защиты и они крушили броню катера, делая рваные дыры в фюзеляже. Из головного аварийного люка неожиданно вылетели три темных фигурки. «Пилоты, – понял Сергей, – тянули до последнего». Оказавшись в воздухе, все трое, кувыркаясь и набирая скорость, стали падать вниз. «Твою медь! Они что, мертвые что-ли?» Однако метров за тридцать до земли за спиной пилотов загорелись маленькие огненные хвосты, и они красиво, как на показательных выступлениях, разлетаясь в разные стороны, перешли в горизонтальный полет. «Прикинулись, боялись, что расстреляют в воздухе. Включили ранцы только перед землей. Красавцы ребята!»

Теперь в синеющем вечернем небе бой вел один спецназовский катер. Благодаря опыту и умению пилота он еще был цел, но сомневаться не приходилось – сейчас, после гибели батальонного модуля, жить ему осталось от силы несколько минут. «Попробовал бы уйти, что-ли, – посетовал Сергей. – Уже ясно, что ему не победить». Но надо признать, что он все-таки помогал – десант не мог приземляться прямо на поселок, боясь попасть в круговерть воздушного боя, все «ступы» сместились в стороны и приземлялись далеко в лесу, что замедляло их подход к деревне.

– Бл…ь! – теперь не выдержал уже Леха. Он быстро разобрался, кто тут чей, и тоже с тревогой следил за боем в небе. – Подбили «птичку» все-таки!

На Сергея пахнуло знакомым и уже забытым – «птичка», так они называли СУ-24 в Афганистане. Он вскинул голову – точно! Капсула горела, но продолжала вести бой. Штурмовики, с которыми он начал схватку, давно ушли в сторону, их место заняли истребители. Они старались использовать преимущество в скорости и количестве, но имеющая более мощное вооружение батальонная капсула своим огнем не давала им выйти на нормальную атаку. Теперь, без её помощи, даже пилотское мастерство не спасало. В хвост горевшей, потерявшей маневренность машине, зашел истребитель нападавших, выпустив ракеты, он сразу ушел в сторону, давая место следующему. Тот также выпустил рой огненных стрел и свечой ушел в небо. Последний залп стал последним и для МРОБовского флаера. В отличие от батальонной капсулы, которая упала в лес и там взорвалась, эта машина взорвалась в воздухе. В небе вспыхнул белый шар и через секунду раздался грохот.

– Все! – выдохнул Лешка. – Царство небесное летчику! Герой парень, бился до последнего.

Теперь ничего не мешало десантированию нападавших. Вскоре появилось и то, чего Сергей давно ожидал – на школьный стадион, где еще недавно находилась капсула спецназа, опускалась точно такая же, но другой расцветки и с другими знаками на фюзеляже.

– Твою медь! – выругался Кротов. – Сейчас транспортеры выскочат и всю деревню махом окружат. Никто не вырвется.

– Я им, б…ь, окружу! – зло ответил на реплику Леха. – Они с русскими еще не встречались.

– Все, хватит прохлаждаться! Все уже на позициях, одни мы тут расселись.

Сергей повернулся к однокласснику.

– Леха, ты бы кончал на хрен эту затею и уходил огородами в лес. Сейчас начнет темнеть и шанс есть. Мы тут сами разберемся, это наша война, а не ваша.

– Не, брат, тут ты мне не командир. Уйти я всегда успею. Да и как я людей остальных брошу.

«Вот тебе и алкоголик, – подумал Кротов. – Но ведь погибнет же зазря». Со стороны стадиона раздался взрыв, и в небо поднялся столб дыма и пламени. Сергей поднял камеру еще выше и попытался разглядеть, что там произошло. Возле стадиона горели несколько развороченных домов. Среди них дымился перевернутый кверху колесами транспортер Космической Пехоты. «Чем это его? – удивился Сергей. Он хорошо помнил, каким живучим является транспортер. – Такое мог сотворить только фугас для подрыва стен. У того мощности хватит. Значит, успели заложить на пути. Молодцы десантники». Со стороны поля бежали многочисленные фигурки в зеленых брониках, вызывая у Сергея легкую растерянность – расцветка и знаки на бронекостюмах тоже принадлежали Пехоте Империи.

«Твою медь! Это же зараженные!» – занятый проблемами родного поселка, он совсем упустил из виду этот аспект. Ведь столкнись десантники с ними, вполне возможно, что произойдет то, что случилось на той космической крепости – произойдет заражение, и спецназовцы окажутся на той стороне. «А люди поселка, что с ними произойдет при контакте с инфицированными?» Успокаивало лишь то, что сказал Император – земляне не заражаются. Эти мысли вихрем пронеслись в голове, Сергей вызвал полковника, давно ушедшего под прикрытие брони транспортера. В двух словах он напомнил ему об угрозе прямого контакта с солдатами противника, живыми или мертвыми, – тут разницы не было. Он хорошо помнил, как боялись этого горцы на Баррахе.

– Капитан, вы забываете, что это семнадцатый батальон. Они специально подготовлены для встреч с чужими и прочей инопланетной напастью. Осторожность у них в крови.

Кротов знал это и не стал больше ничего говорить Беррингу. Пока он отвлекся, Леха и брат куда-то исчезли. Тревога за брата кольнула сердце, но он одернул себя – парню уже за двадцать, как и тебе – не пропадет, тем более оба уже воевали. Лучше сходить проверить родителей, пока сюда не навалились.

Тем временем сумерки стали ощутимо гуще, за домами разрослись тени, видимость ухудшилась. Кротов знал, что еще час и ночь полностью скроет поселок. Для спецназовцев и нападавших темнота особой роли не играла – оптика шлема позволяла видеть, как днем, – но вот люди, сейчас спрятавшиеся, могут посчитать, что ночью их не заметят и попытаются выйти на улицу, тогда жертв будет гораздо больше.

Установившаяся после взрыва тишина тревожила больше, чем звуки боя. Сергей добавил еще две камеры, опустил всех «мух» ниже и отправил в разные стороны.

То, что показали камеры, никакой надежды не вселяло – со всех сторон в поселок входили десантники с полной боевой выкладкой, с опущенными щитками шлемов. «Хоть бы один открылся», – подумал Кротов. Почему-то ему казалось, что под броней прячутся совсем не люди. «Похоже, я опять начал чувствовать эмоции». Эта способность то пропадала, то возвращалась по непонятному алгоритму. Но думать на отвлеченные темы было некогда, надо было хорошенько подготовиться к встрече противника. Сергей знал, что никуда он отсюда не уйдет даже при самом плохом раскладе – если уж и пришла пора умереть, то только так, защищая свой дом, родных и друзей. Полковник опять позвал его к себе под прикрытие транспортера, но Кротов снова отказался. «Ты смотри, – про себя усмехнулся он. – Что творится в мире, полковник МРОБ уже не приказывает мне, а просит». Сергей заметил, что отношение к нему сильно изменилось после успешного завершения миссии на Баррахе, а уж после Цессии и особенно после награждения самим Императором, тут он вообще стал каким-то избранным.

Впервые с начала высадки зараженных Кротов заметил вражеских «мух», одна из них пронеслась над домом и он рефлекторно вскинул игольник, но вовремя остановился – одна сбитая камера ничего не решала, скоро их здесь будет столько же, сколько обычных мух.

Глава 18

По улице, поджимая хвост и поскуливая, пронеслась собака. Ощущение было такое, словно животное почуяло смерть. «Это что? Они так на инфицированных реагируют?» Уже в нескольких местах до этого звучал потерянный вой дворовых собак.

Вдруг, словно кто-то плеснул в костер бензин, сереющий вечер вспыхнул, совсем уже недалеко, улицы через две, прогремел еще один взрыв и со всех сторон зазвучали выстрелы. Кротов рефлекторно вжался в землю. Хотя он уже и не помнил себя без войны, но эта солдатская надежда – может все-таки не будет боя, может, пронесет сегодня – так и осталась с ним. Он знал, стоит только самому начать действовать и вся нерешительность, все нежелание идти туда, под пули, исчезнет, появится второй Сергей, тот, который родился и живет на вечной войне. «Началось. Сейчас пойдут прочесывать дворы. Хоть бы земляки затаились». Но все происходило наоборот: на дорогу выскочили две машины, «нива» и иномарка, кто-то не выдержал и попытался прорваться к выезду из поселка.

– Дураки, – прошептал он. – Куда вы?

Было ясно, что никого из поселка не выпустят, будут искать то или того, за чем они сюда прилетели. Машины скрылись за поворотом, но через пару минут появились вновь. «Наверное, заметили, что дорога перекрыта». Они промчались мимо дома Кротовых, стремясь на другой выезд, там надо было проехать по лесной дороге, сделать крюк, но, в конце концов, тоже можно было выйти на дорогу, ведущую в райцентр. Сергей чуть не застонал, заметив в салоне женские и детские лица. «Твою медь! Эти-то за что должны страдать?»