Маг постарался успокоиться и погладил шрам на правой щеке - эта отметина не давала забыть еще про одно дело - удивительная троица детей, которых он случайно засек в лесу, возвращаясь со своей встречи с Хорузаром-разрушителем. Но они подождут, сейчас главное - пергамент. Он встал и, чуть повысив голос, крикнул:

- Парандоз, выводи людей. Светает, пора ехать на рынок.

Витайлеан - старший сын правителя леса Хаарканоэля, настоящий эльф - высокий, стройный, с копной волнистых рыжеватых волос до плеч, имел один недостаток, не красящий представителя первородных истинных эльфов. Он имел буйный бешенный нрав, в гневе, в который он мог впасть даже из-запустяка, он не контролировал себя.

Это очень огорчало отца, любившего первенца больше остальных детей. Но законы истинных суровы - эльфу, который не может контролировать себя, никогда не удастся наследовать корону правителя. Не помогли даже три года проведенных в детстве у старшего брата Хаарканоэля, правителя Синей Горы - Леонойвелина. Лучшие воспитатели Дворца На Горе, не смогли исправить или хотя бы научить сдерживать себя - Витайлеан так и остался бешенным. Однако, этот пагубный для правителя недостаток в обычной жизни не очень мешал юноше. Все компенсировалось его патологической честностью и благородством.

Старший брат даже сказал сетующему отцу:

- Это все не зря. Боги предупреждают тебя, что Витайлеану нельзя быть Правителем. Сам посуди, разве может в наше время сидеть на троне человек, такой как твой сын - говорящий всем только правду? Да у него через месяц не останется ни одного союзника. Зато такого сына, хотел бы иметь каждый отец.

Хаарканоэль вынужден был согласиться - да, в наше время правитель не может позволить себе такой роскоши. Сам же наследник, казалось, был только рад этому обстоятельству - он дружески подначивал Ланцеаля, второго по старшинству брата, который теперь неофициально считался первым претендентом на корону, но ни разу не высказал претензий.

Сейчас Витайлеан сидел на грубой лавке в доме для приезжих купца Ограда. Тот, хоть и жертвовал всегда на войну первым, но продолжал тайно вести торговлю с эльфами. Что поделать - некоторые вещи, за которые люди готовы выкладывать любые деньги, можно было купить только у них. Перед князем стоял эльф, старший той группы, что ночью ходила на разведку. Он доложил, что в городе все спокойно - никто про них не знает, день можно отдыхать, а ночью двигаться дальше. Про увиденное в одном из дворов он даже рассказывать не стал - люди всегда убивали друг друга, это их дело.

- Так и сделаем, - подытожил Витайлеан. - Отдыхайте. Как начнет темнеть уходим. Оград обещал - сегодня днем его продавцы порасспрашивают приезжих, на счет нашего дела - может кто-то встречал детей на реке.

Потеряв беглецов в ту ночь, эльфы так и не смогли догнать их. Преследуя лодку, они шли по своей стороне вдоль Белой, однако дети так ни разу и не причалили к их берегу. Прошлой ночью эльфы тайно переправились на торговой барже Ограда и теперь собирались двигаться по этой стороне Белой. Возвратиться без племянника, Витайлеан не мог. При одной мысли об этом он приходил в бешенство. У дяди - Правителя Синей Горы ни осталось никого кроме Леонойля. Он сам все видел - это его отряд первым нашел место трагедии - всем пяти дочерям и жене Правителя неведомые убийцы перерезали горло.

Тогда, в припадке исступленного гнева, Витайлеан изрубил в щепки засохший пень на поляне. Немного отойдя, он поклялся найти убийц и отомстить им за родственников. Но сначала надо было найти и вернуть домой единственного наследника. Поэтому эльфы и находились здесь, на вражеской стороне.

Командир первой сотни из полка легкой кавалерии расквартированного в Серебримусе, лейтенант Шаравен проснулся с предчувствием чего-то нехорошего. Обычно с таким чувством он просыпался после ночи, проведенной вместе с другими офицерами полка, в облюбованном ими кабачке вдовы Грони. Но вчера он лег спать вовремя, вернулся с ежедневного вечернего нагоняя командира полка, по привычке прошелся по конюшне, проверил лошадей сотни и лег спать.

- К черту! - выругался он, соскакивая с твердой кровати. - Надоело все. Скорей бы на войну.

Давно прислуживавший ему солдат, готовивший тазик для бритья, суеверно вскинул вверх

руку, отгоняя зло и, подняв в потолок глаза, быстро прошептал:

- Не слушайте его, боги...

В этот раз Соболю повезло. Не пройдя и ста шагов, он увидел то, что искал. Тут знак был не на шесте, флажок бы он разглядел и раньше. Круг в треугольнике был нарисован прямо на двери, а выше вывеска с разноцветными буквами подтверждала, что он не ошибся - это лавка огненных потех. Еще раз оглядевшись - нет, никому до него нет дела - он, поправил саблю и зашагал к лавке. Колокольчик, закрепленный над дверью, звонко пропел, когда он потянул за фигурную ручку.

В тот момент, когда он направился к лавке, на площадь выехал отряд одетых в черные кожаные доспехи, полукровок. До Радана было далеко и они, не увидели его. Зато его увидел чистильщик у лошадей, он тихо свистнул и показал обернувшимся соратникам - птичка в клетке.

Отряд Сельфовура тоже только въезжал на торговую площадь, когда у него на шее запульсировал Искатель. Он приподнялся в стременах, крутнулся всем телом туда-сюда, и, определив направление, крикнул:

- Вот туда! Быстро! Он здесь!

Хотя ловушка в этот раз была подготовлена надежнее - время было - но лучше самому быть на месте, чтобы исключить любые случайности.

После солнечного утра, в лавке казалось было темно. Постояв у двери, Радан подождал, когда глаза привыкнут и шагнул к разделявшему комнату прилавку.

- Ну, наконец! - радостно поприветствовал его, перегнувшийся через прилавок, молодой человек. - Мы уже заждались!

Соболь не удивился, Корад предупреждал, что его будут ждать и узнают по магическому знаку.

- Где пергамент? Давай быстрей.

Хозяин лавки, худой, гибкий, с цепкими длинными пальцами парень, уже выскочил из-за прилавка и приобняв Радана за плечо, повел к двери в следующую комнату. Однако, Соболь остановился и, делая вид, что еще не привык к сумраку, попросил:

- Подожди, дай пригляжусь.

Что-то сильно не нравилось ему в этом наигранно радостном приеме и самом хозяине. Радан так ни разу и не смог перехватить взгляд его бегающих глаз, словно тот боялся взглянуть гостю в глаза.

- Пойдем, пойдем! - он, словно не слыша, подталкивал к двери. - В том зале светлее, там и присядем поговорим. Так пергамент с тобой?

- Нет, - Соболь сам не знал, что толкнуло его так ответить. - Я его спрятал на постоялом дворе, где вещи. Побоялся сразу идти с ним, в прошлый раз в Мастилане плохо получилось.

- Да ты что?! Как ты мог?! - парень разозлился, он перестал тащить Радана в комнату и показал на массивный табурет в углу. - Сядь, подожди. Я сейчас вернусь.

Он юркнул в ту дверь, куда пытался завести гостя. 'Что-то здесь не то, - подумал Соболь. Он никак не ожидал, что человек, к которому его отправил Корад, окажется таким подозрительным. - Подожду. Посмотрим, что он начнет говорить дальше. Может я ерундой маюсь и все нормально'. Однако, садиться не стал, а на всякий случай попробовал как выходит сабля из ножен. Все нормально. В это время дверь открылась и опять появился хозяин.

- Давай-ка, мы с тобой посидим, перекусим чего-нибудь, - начал он. - Я уже приказал на стол накрывать. Ты мне расскажешь про свои приключения, а потом сходим и заберем посылочку.

Он прошел мимо Соболя к входным дверям, приоткрыл и выглянул наружу. Видимо, ничего интересного там не было - он хотел уже закрыть дверь, но вместо этого, вдруг заинтересовался, и, наоборот, вышел на улицу. Через несколько секунд вернулся, и, не скрывая радости, спросил:

- А где ты ночевал? Далеко? Я имею в виду - где вещи оставил?

'Что он там увидел? - подумал Соболь. - Видно то, что ждал. Вон как обрадовался. Теперь понятно все его поведение. После того, как он узнал, что я не принес пергамент, он растерялся и не знал, что делать. А потом решил меня просто задержать, поэтому предложил посидеть и перекусить. А сейчас на улице увидел того, кого ждал и обрадовался, даже про накрытый стол забыл. Если я прав, сейчас здесь кто-то появится.

Но никто не входил. Вместо этого на улице началась какая-то свара - шум и крики слышны были даже через закрытую дверь. Хозяин лавки побледнел и кинулся обратно к двери. Однако добежать не успел. Дверь открылась, внутрь заскочил воин с мечом в руке. Радан остолбенел - это была та женщина, которая потеряла шляпу в гостинице.

- Второй выход есть? - громко спросила она, схватив за плечо испуганного хозяина.

- Да! - выдохнул он.

Женщина опять кинулась к двери и закричала:

- Сюда! Есть проход!

В дверях показалась темная, на фоне солнечного дня, фигура в плаще. Человек остановился в проеме, обернулся, раскинул руки и выкрикнул короткое страшное слово - в комнате мгновенно стало холодно - синий мертвенный свет перекрыл на мгновение солнечный и на улице раздался жуткий предсмертный крик.

В суматохе Соболь неслышно отступил в дальний темный угол и вжался в стену - может не заметят. Маг, только что убивший кого-то своим боевым заклинанием, довольно хохотнул и, развернувшись, шагнул в зал. Его глаза сразу нашли застывшего в углу Радана и улыбка колдуна стала еще шире.

- Ну наконец-то!

Повторил Колдун приветствие хозяина лавки, шагнул к Соболю и протянул руку.

- Давай сюда.

Мага и наемников - в этот раз Сельфовур взял всех - первым опять заметил тот же воин, что засек Радана. Он снова тревожно свистнул. В этот раз все перестали притворяться покупателями и бросились к лошадям. Сервень без слов, одним движением головы показал кому, где стоять. Чистильщики быстро, стараясь не привлекать внимания торговцев и покупателей, рассредоточились у палатки куда зашел Радан.

Сервень вполголоса зло выругался, маг на стороне противника сразу давал врагу преимущество. Но деваться некуда, нельзя допустить чтобы конкуренты - а то, что это так он понял сразу, не зря они ночью искали парня, и сейчас идут прямо к лавке - успели добраться до мальчишки первыми. Он оттянул повязку на лице вниз и также как наблюдающий, коротко свистнул. Показал рукой обернувшимся подчиненным их направление атаки, а стрелку - Бриде, показал на мага - стреляй. Хоть и небольшая надежда - а вдруг? Все сразу начали действовать - пятеро, скрываясь за людьми, заскользили поближе к кавалькаде, а Брида сдернула со спины лук и наложила на тетиву стрелу.

Словно от мухи, казалось, даже не обратив внимания, маг отмахнулся от просвистевшей стрелы - не долетев до его головы пару метров, она ударилась в невидимый барьер и упала. И тотчас с руки колдуна сорвалась молния, ударившая в стрелка. Бриду откинуло, она запнулась о прилавок сзади, прокатилась по нему и свалилась на землю.

Уже больше не скрываясь, Сервень закричал:

- Пошли!

Сам, расталкивая зевак, напрямую бросился к лавке. Надо опередить соперников.

Началась заваруха - воины, уже подобравшиеся на расстояние броска, кинулись к всадникам и, пользуясь тем, что в толпе у тех нет маневра, завязали бой. Маг, пришпорил лошадь и крикнул:

- Не останавливаться! За мной!

Не обращая внимания на покупателей, не успевающих отскочить с его дороги, он помчался к огненной лавке. Остальные тоже, отмахиваясь мечами от напавших, погнали лошадей за ним. Лишь один, которому подобравшийся чистильщик, воткнул в ногу нож, закружил на месте и наклонился, пытаясь вырвать оружие из раны. Это был его смертный приговор. Второй воин, оказавшийся сзади, махнул мечом и чуть не полностью перерубил шею наемника. Тот завалился набок, конь захрипел, кося на мертвеца, с болтающейся кровящей головой и понесся через толпу.

Невольные зрители с криками бросились в рассыпную, стараясь быстрей сбежать с торговой улицы, превратившейся в поле битвы.

Всадники успели к лавке первыми. Один из наемников на ходу спрыгнул с лошади и, пинком открыв дверь, забежал в лавку. За ним тоже повторил и колдун. Остальные развернули лошадей и приготовились встретить атаку.

Сервень даже зубами заскрипел: маленький промах - расставил людей далеко от лавки - на глазах превращался в большой провал. Он обернулся - где там Брида? Сейчас нужен лучник!

И, словно, его мысли овеществились, в горло крайнему наемнику вошла стрела - из-заповорота на пустую уже улицу вынеслись несколько всадников. Рыжая наездница, скакавшая первой, выстрелила сразу, как только ухватила картину взглядом. Подстреленный боец завалился на шею лошади и затих. Остальные мгновенно покинули седла и спрятались за лошадей. Это спасло их - у всех остальных всадниц, кроме одной, в руках уже были луки с наложенной стрелой.

- Они наши! - крикнул Сервень своим и первым бросился к спешившимся наемникам. Как бы то ни было, он не собирался отдавать Радана неожиданным союзникам. В этот момент двери лавки озарила синяя вспышка и Сервень с разбегу ткнулся в невидимую ледяную стену. Тело сковало и начало корежить, словно сжигая его в ледяном пламени. Жуткая боль растеклась по всему телу. Даже закаленный ветеран не выдержал и закричал, отдавая с криком последние капли жизни.

Он так бы и умер с последним выдохом, но боги смилостивились над ним - та самая всадница, единственная, у которой не было оружия, спрыгнула возле него с лошади и сразу приложила руки к голове воина. Потерявший сознание Сервень не видел этого, потом ему рассказала Брида. Она подбежала, боясь, что незнакомка делает что-то плохое, и стала свидетелем исцеления.

Как только девушка с раскосыми глазами коснулась головы чистильщика, тот затих и вытянулся. Глаза перестали вылезать из орбит и закрылись.

- Пусть поспит немного, - устало сказала девушка и поднялась. - Присмотри за ним, Брида.

В тот момент, в горячке боя чистильщица даже не удивилась, откуда эта восточная красавица, знает ее имя. О том, что Брида видела, как за короткий миг целительница превратилась из девушки в старуху и обратно, она никому не рассказывала - еще подумают, что у нее с головой не все в порядке.