Спустя пару дней вернулся Мартин, такой счастливый, каким Илана его уже давно не видела. Ему удалось продать шесть полотен и серию иллюстраций к старинным сказкам. В «часовне» чуть ли не всю неделю царило веселье – Мартин и его приятели, которые тоже съездили в Леброн не зря, праздновали свой успех. Илана не сомневалась, что к этой компании на правах лучших друзей присоединились и Таня, и Лидия, и Джек. Не говоря уже о Гансе и Джереми. Эти двое старались не пропускать ни одной пирушки. Илана понимала, что ей там пока делать нечего. Да, она в «часовне» давно уже свой человек, и всё же лучше не путаться под ногами у целой оравы подвыпивших мужчин и их весьма раскованных подружек, таких экстравагантных, какими, наверное, бывают только подруги художников. Илана знала, что большинство этих девушек – натурщицы. Вот и к Мартину в последнее время зачастила одна золотоволосая красавица. Лидия говорила, что эта Ева Руперт – довольно преуспевающая топ-модель. Зарабатывает она прилично и к Мартину ходит чисто из личного интереса. Илана Еву Руперт терпеть не могла, правда, старалась этого не показывать. В прошлом году она отыскала в чулане книгу известного лебронского психолога Томаса Гарта. Там говорилось, что молодому мужчине вредно долго быть одному, в смысле без женщины. Да и госпожа Гертруда вечно жаловалась бабушке, что её сын до сих пор одинок. Разве можно воспринимать как женщин Таню Коэн и Лидию Мортенсон? Ладно, если Мартину так полезно общение с Евой, Илана согласна её терпеть. Но её не на шутку бесило то, что красавица Ева повадилась вечерами торчать в гостиной Кейнов. Мало ей того, что она целыми днями торчит в его мастерской!

Илана всю неделю размышляла, стоит ли рассказывать Мартину о тех загадочных событиях, которые произошли с ней за последний месяц. И пришла к выводу, что совсем не обязательно. Пусть у неё будет своя тайна. В конце концов открыть её никогда не поздно. Хранить тайну – куда интереснее. Да и зачем грузить Мартина всеми этими проблемами? У него и своих хватает. И вряд ли он одобрит выходку с автолётом. В общем, лучше помалкивать, дабы не портить настроение себе и другим.

Так Илана и решила, отправляясь к Кейнам, когда жизнь в «часовне» вошла в привычную колею. Это было обычное вечернее сборище, какие устраивались по пятницам. Илана немного сникла, увидев здесь Еву Руперт. Ну и ладно. Можно просто не смотреть в её сторону. В гостиной шла весёлая перепалка.

– Ну что, ты и теперь будешь смеяться над моими предсказаниями? – воинственно вопрошала Мартина Лидия.

– Да когда я смеялся…

– Да всегда! Естественно, ты у нас не хохочешь, держась за пузо, но уж я-то знаю, как ты относишься к Таро. А разве я не предсказала тебе успех в Леброне? Да я как сейчас помню тот расклад! И все тут свидетели…

– Я всегда говорила, что ты хорошая гадалка, – заверила Лидию Таня. – Наверное, потому и боюсь тебя просить. Боюсь я всех этих гаданий.

– Вот Илана, наверное, не боится, – сказала Ева Руперт. – У неё ещё всё впереди. Что бы ни выпало, всё ещё можно поправить.

Илана не могла понять, почему эта красавица то и дело с ней заигрывает. Возможно, Ева хотела показать, что относится к ней так же хорошо, как и остальные завсегдатаи «часовни». Она явно хотела вписаться в компанию. И у неё это явно не получалось. Общались с ней дружелюбно, но было видно, что с её присутствием мирятся исключительно из симпатии к хозяину дома.

– А что, Илана, может, тебе и правда погадать? – предложила Лидия, тасуя карты.

– Давай, – пожала плечами девочка. – Если быстро. Я ведь ненадолго зашла. Хотела только посмотреть гравюры, которые Мартин привёз из Леброна.

– Конечно, быстро! Возьмём самый простой расклад – семь карт. Ты у нас будешь… – Лидия задумалась, устремив на Илану один из своих самых глубокомысленных взглядов. – Паж Жезлов! Паж тебе подходит по возрасту…

– А Жезлы – по происхождению, – закончила за неё Илана. Она уже кое-что понимала в Таро.

– Вот именно, – кивнула Лидия. – Жезлы – моя любимая масть. Она символизирует людей, которые всего добиваются своим трудом и талантом, а не благодаря связям да толстосумам-родственникам. И я совершенно уверена, что ты многого добьёшься в жизни.

– Говорят, у тебя память, как у компьютера, – снова подала голос Ева Руперт.

Илана сделала вид, что не расслышала.

– Ну вот, я же говорила, – оживилась Лидия. – 19-й аркан! Солнце. Впереди тебя ждут успех, счастье, щедрые дары… И наверное, счастливая любовь. Смотри!

Среди голубовато-белых похожих на лилии цветов, держась за руки, стояли юноша и девушка. Совсем юные. Скорее даже подростки. Над ними в ясной лазури сиял солнечный диск. Самое странное, что цветы росли на снегу. Серебристые от инея ветви деревьев образовывали вокруг двух фигур причудливый узор.

– Хм… Однако, всё не так просто, – нахмурилась Лидия, перевернув вторую карту. – На пути к успеху всегда есть препятствия. Тебе выпал Дьявол. Он ниже твоей карты – твоего Пажа. Это то, что тебя тянет вниз. Будь осторожна. Он всегда нас искушает, и особенно самых одарённых. А вторая сторона твоей натуры – это…

– Снежный Король! – ахнула Илана, едва Лидия перевернула карту, лежащую над Пажом. – Опять он…

Мужчина с длинными белыми волосами стоял, подняв над головой жезл, на конце которого сияла пятиконечная звезда. Было непонятно, является она украшением жезла или это настоящая звезда, сияющая в тёмно-синем небе. Вдали, на горизонте виднелись заснеженные горы и замок. Беловолосый король был очень красив. Лицо его казалось довольно молодым. Слишком молодым для его тяжёлого, мудрого взгляда.

– Это не Король, – поправила Лидия. – Это Маг. Посмотри – перед ним священные предметы.

Маг стоял у алтаря, на котором Илана увидела чашу, меч и диск с пятиконечной звездой – пентакль.

– Показательно то, что в руке у него жезл, – со знанием дела продолжала Лидия. – А Жезлы – твоя масть. Это подчёркивает твою глубинную связь с Магом. Ты можешь достичь огромного могущества. Возможно, в будущем тебе будет по силам управлять… если и не целым миром, то какими-то явлениями… В общем, влиять на ход событий. Но это если ты не впадёшь в гордыню и не станешь разменивать свой дар по мелочам. Если не пойдёшь на поводу у этого господина, – Лидия показала на Дьявола. – Увы, влияние этой карты на твою судьбу довольно велико.

– Пастор Коул полностью бы с тобой согласился, – пробормотала Илана.

– Сомневаюсь, – несколько уязвлённо возразила Лидия. – Мы с ним совершенно по-разному смотрим и на Бога, и на дьявола. Давай-ка поглядим, что у тебя позади и что тебя ждёт в ближайшем будущем. Та-а-к… Ага! Вот и твой враг. Нижняя карта слева от твоего Пажа Жезлов – Паж Монет. Не иначе как кто-нибудь из богатеньких засранцев, которые тебе пакостят в школе. Тётя Полли жаловалась, что дочка Отто Грундера вечно к тебе задирается… Кстати! Мартин, ты слышал, что тут с ней случилось, пока тебя не было?

– Слышу каждый день, – отозвался художник. – Мама регулярно пересказывает мне эту историю с исправлениями и дополнениями, которые ежедневно появляются в «Новостях».

– Подумать только! Автолёт Грундеров врезался в центральную башню королевского замка! И до сих пор не знают, кто это подстроил… Ой! Смотрите!

При виде следующей перевёрнутой Лидией карты Илану бросило в холод. Что происходит? Лучше бы она не соглашалась на это гадание! Верхняя левая карта оказалась 16-м арканом. Падающая Башня! На картинке была изображена башня с куполом в виде короны – покосившаяся и вот-вот готовая рухнуть.

– Ну и ну! – выдохнула Лидия. – Никогда не думала, что такое может выпасть ребёнку. Очень серьёзная карта. Вряд ли у тебя за плечами какая-нибудь катастрофа. Это скорее предупреждение – для одарённого человека, который либо переоценивает свой дар, либо неправильно его использует. Например, для мага, который играет с силами, с которыми надо быть очень осторожным, иначе многое разрушишь и сам окажешься под обломками…

– Дорогая, перестань пугать ребёнка, – вмешалась Ева Руперт. – По-моему, девочке уже не по себе.

Самое противное, что Ева была права. В какое-то мгновение Илане даже показалось, что завсегдатаи «часовни» узнали о её приключениях и решили её разыграть. Это ж ведь надо – башня, увенчанная короной! Башня королевского замка, на которую она направила автолёт. От пристального взгляда Мартина Кейна Илану снова бросило в холод.

– Господи, детка, да неужели ты и впрямь испугалась? – встревожилась Лидия. – Это всего лишь предупреждение, а у тебя такой вид, будто ты ждёшь, что на тебя сейчас дом обрушится. Это же символ!

Да ничего они не знают, успокаивала себя Илана. Правильно раньше говорили – «На воре шапка горит». Ну откуда им знать? Просто карта так легла… Но почему над картой Паж Монет? Снежана Грундер. Враг, вызвавший желание мстить, ломать, разрушать – их машины, их дворцы…

– Может, остановимся?

Илана встряхнула головой, отгоняя неприятные мысли.

– Да ты что, Лидия! Всё это так интересно. К тому же осталось всего две карты.

– Да. И обе о том, что тебя ждёт впереди.

– Переворачивай!

– А вдруг там Смерть? – игнорируя укоризненный взгляд Тани, поддел Илану Джек Эмерсон.

– Так она ж и так у всех впереди.

– Но ведь речь идёт о ближайшем будущем… – уворачиваясь от пинков Тани, продолжал издеваться Джек.

– Так ведь это не обязательно моя смерть. Может, кого-нибудь из моих знакомых. Чересчур разговорчивых.

– Да уж, с тобой лучше не связываться, – усмехнулся Джек. – А то вот эта Грундер… Задиралась, задиралась, а теперь… И автолёта лишилась, и собака искусала!

Илане хотелось запустить в Джека Эмерсона чем-нибудь тяжёлым. Вернее, в его очки – чтобы они разбились вдребезги. За этими толстенными стёклами сроду не увидишь, какое у него выражение глаз. Вот, к примеру, сейчас… Он что, просто так шутит, без всяких задних мыслей? Или что-то знает? И почему Мартин так странно смотрит?

– Да хватит вам про смерть! – рассердилась Лидия. – Нельзя шутить такими вещами! Особенно когда раскладывают Таро. Тем более что эта колода – магическая. Илана, не обращай внимания на этого великовозрастного дурня. Давай закончим. По-моему, две последние карты сулят тебе интересные знакомства, хотя и не всё будет гладко…

Одной из карт оказалась Королева Кубков. Красивая темноволосая женщина в горностаевой мантии сидела на троне в каком-то странном зале, напоминающем ледяную пещеру. Её стены украшали узоры из кристаллов – не то ледяных, не то хрустальных. Женщина казалась немного печальной. Она смотрела на чашу, которую держала на коленях, положив руку на сферическую крышку. Словно хотела и не решалась её приподнять. Полупрозрачная чаша слегка светилась – как будто в ней горел белый огонь. И королева размышляла, позволить ли ему вырваться наружу.

– Чаша – символ любви, – сказала Лидия. – Королева Кубков – мудрая и добрая правительница, любящая мать…

– И золотая свекровь, – подсказал Джек, на всякий случай отодвинувшись от Тани Коэн.

– И это тоже, – невозмутимо подтвердила Лидия. – Твои слова да Богу в уши.

– А этот симпатичный молодой человек, надо полагать, будущий жених нашей малышки? – поинтересовалась Ева. Она уже давно пересела поближе к столу и внимательно наблюдала за гаданием.

– Малышкам ещё рано думать о женихах, – вежливо сказала Илана. – У них ещё одни игрушки на уме.

– В иные игрушки и большие девочки не прочь поиграть, – улыбнулась красавица, игнорируя выпад. – Мне тут недавно ледышку показали… Ой, извини, Лидия. Никак не дадим тебе закончить… Этот юноша просто прелесть! Просто прекрасный принц!

– Паж Мечей – не такая уж и прелесть, – усмехнулась Лидия, задумчиво глядя на последнюю карту.

Юноша в меховой накидке и отороченных мехом сапожках стоял, опершись на меч. Лезвие холодно сверкало в лунном свете. Сумрачный зимний пейзаж был красив, но в нём таилось что-то зловещее. Как и в облике юного пажа. Глубокая тень на левой щеке и опущенные глаза придавали его тонкому лицу какое-то странное выражение – не то печали, не то затаённой злобы.

– От этого прекрасного принца можно всякого ожидать, – сказала Лидия. – Он может быть твоим союзником, но таким, к которому лучше не поворачиваться спиной. Но скорее всего вы станете врагами.

– А Снежный Ко… то есть Маг… Выходит, это не реальный человек, который может мне встретиться?

– Не знаю, – пожала плечами Лидия. – Обычно старшие арканы характеризуют личность вопрошающего. Того, кому гадают. Карта Маг говорит о том, что ты очень одарённый человек, способный управлять явлениями этого мира. Маг – это по сути Бог, но не вздумай ставить себя в центр Мироздания. Для того, чтобы добиться успеха, ты должна научиться хорошо владеть собой и контролировать каждый свой шаг. Но с другой стороны… Я ведь не могу утверждать, что ты не встретишь в своей жизни ни одного мага. Так что за этой картой вполне может стоять какой-то конкретный человек.

Джек Эмерсон хмыкнул.

– А я совершенно согласна с Лидией, – заявила Ева Руперт. – От встречи с настоящим магом никто не застрахован. Чудес вокруг столько, что уже и удивляться перестаёшь. Взять хотя бы происшествие с дочкой Отто Грундера. А грузовик… Помните ту мартовскую историю? Кстати, она тоже имеет отношение к Грундерам. Машина-то была компании «Транс-Холод»…

– А этот их вечный лёд, в котором появляются какие-то видения! – подхватила Таня. – Такое впечатление, что к нам сюда из параллельного мира проникли злые маги…

– Ага, – с комической серьёзностью подтвердил Джек. – Ледяные боги. И главный среди них – Отто Грундер. Он продаёт нам заколдованный лёд. И заколдованное мороженое. Не ешьте его – пингвинчиками станете! И ни в коем случае не покупайте холодильники компании «Транс-Холод»! По ночам они душат своих владельцев и превращаются в гробы на колёсиках. А потом под тихую, нежную музыку медленно едут в сторону кладбища…

– А ты уверен, что эти магические ледышки не «Транс-Холод» выпускает? – вмешался в разговор Ганс Фишер. Поучившись на философском факультете, он стал особенно склонен к мистике. – Привыкли всё валить на бедных ютов…

– Эти шары и впрямь магические игрушки! – воскликнула Ева, очень довольная тем, что так удачно вписалась в беседу. – Понятно, почему их детвора любит. Говорят, некоторые дети творят с ними настоящие чудеса. Жаль, что у взрослых так не получается. В шарике, который мне показывали, около ста превращений. Мне даже кое-что удалось «заказать», правда, мои «заказы» выполнялись весьма приблизительно. Вот, к примеру… Я захотела увидеть цветок. Сжала шарик в руке и представила маргаритку. И в шарике появилась роза. А когда я представила себе единорога, мне показали грифона. Такое впечатление, что он читал мои мысли, но показывал не совсем то, что я хотела.

– Он показывал то, что в нём было, – снисходительно пояснил Джек. – Это действительно сложная игрушка. Когда ты берёшь её в руки и что-нибудь загадываешь, она ловит импульсы, в которых закодировано твоё желание. Мы же постоянно выдаём информацию о себе – каждой клеточкой тела. Естественно, её трудно и считывать, и расшифровывать. Думаю, эти ваши «магические» шары – что-то вроде миниатюрных биокомпьютеров. Сообразив, что тебе надо, он роется в своей памяти и извлекает оттуда если и не это, то хотя бы что-нибудь похожее. Поняв, что тебе хочется увидеть фантастического зверя, шарик показал грифона. Будь в его памяти единорог, он бы показал его. Если это и чудо, то всего лишь очередное чудо науки и техники. Нет, вам почему-то во всём надо магию видеть!

– Я слышала, некоторые дети вызывают в ледышках именно то, что хотели бы увидеть. Делают зримыми свои фантазии. Правда, ненадолго…

– Ты это от самих детей слышала? – насмешливо полюбопытствовал Джек. – Они ещё и не такое расскажут…

– Ты считаешь, что дети врут больше взрослых? – спросила Илана.

– Ну-у… Просто дети более склонны выдавать желаемое за действительное. Допустим, однажды у кого-то заказанное и показанное совпали. И дитя вообразило себя самым настоящим магом. А уж делать князя тьмы из Отто Грундера… Преуспевающий делец. Расчётливый, жестокий, беспринципный… Ему подобных в обитаемой вселенной великое множество. Будь у меня такое больное воображение, как у некоторых, я бы скорей заподозрил в злой магии королеву Изабеллу. Просто классический имидж колдуньи! Волосы чёрны, как ночь, кожа белее снега, глаза – как угли! Её лицо – это холодная маска, за которой… Знать бы что.

– Да какая она колдунья! – махнула рукой Таня. – Будь её величество колдуньей, неужели она бы не спасла мужа и сына? Уж сына-то хоть как бы спасла. С супругом у неё были напряжённые отношения, но принца Гая она обожала.

– Напряжённые отношения? – встрепенулась Лидия. – Что ты имеешь в виду? Король Георг и королева Изабелла всегда производили впечатление идеальной пары.

– Вот именно – производили впечатление, – усмехнулась Таня. – Во все времена большинство венценосных особ только это и умели – производить впечатление. У Георга была любовница, и королева это знала. Придумала себе роль меценатки, чтобы занять себя и заглушить обиду.

– Ты бы поменьше читала жёлтую прессу, – посоветовал Джереми. – Некоторые журналисты просто обожают подвергать известных людей бездарному психоанализу. Почему за каждым поступком надо непременно видеть какой-нибудь комплекс? Можно подумать, счастливая в браке женщина не может увлекаться балетом! Тем более, если она сама им с детства занималась...

– Вот именно, – кивнула Таня. – И на самом деле стать звездой балета ей помешала не травма, а недостаток таланта. Изабелла Д’Эстен прекрасно это понимала и уцепилась за пустяковую травму, чтобы найти себе оправдание. Королева сама призналась в этом одному человеку. В неофициальной обстановке, естественно…

– А этот человек оказался не таким джентльменом, за какого она его держала, – сочувственно покачала головой Лидия. – Сильным мира сего опасно откровенничать. Лично мне всё равно, из каких побуждений королева занялась театром. Сделала она для него немало. Сейчас ей, конечно, на всё плевать, но это ведь и понятно.

– А что случилось-то тогда, три года назад? – поинтересовалась Ева. – Я ещё тогда не здесь жила, а в Линбурге. Писали об этом много, но всё с какими-то недомолвками. Столичные жители всегда ближе к событиям…

– Но не всегда ближе к истине, – усмехнулся Ганс.

Официальную версию знали все – несчастный случай. Три года назад королевская семья отдыхала в Альдамейре. На этот горнолыжный курорт ежегодно приезжали богатейшие люди планеты. Королева лыжами никогда не увлекалась. Она ездила в Альды исключительно за компанию с мужем и сыном.

– Говорят, принц Гай был очень смелым мальчиком, – сказала Ева. – Неужели всё случилось из-за того, что он поехал по трассе для взрослых?

– Да нет, – махнул рукой Ганс. – Это мальчишка в свои девять лет уже вовсю гонял с отцом по трассе А. Это самая крутая лыжная дорога. Естественно, всё это держалось в тайне от матери… Но вообще-то там ничего страшного. Там в самых опасных местах – близко к обрыву – ограждения. Так вот в одном месте его не оказалось. Но причиной трагедии, говорят, было не это. Лыжники на эти загородки почти и не смотрят – они же едут по накатанной лыжне. Как-то раз из-за снежной лавины часть ограждения снесло, и его не скоро починили. Отдыхающие всё равно там катались – несмотря на все предупреждения, и ничего не случилось. Да и что может случиться? Дуй себе по лыжне – и порядок. А тут ведь что говорят… Кто-то к самому обрыву лыжню провёл. Якобы постоянную лыжню снегом закидали и проложили ту, что вела к обрыву. Король и принц думали, что она ведёт на очередную горушку, за которой спуск, а там оказалась пропасть. Они уже не смогли остановиться.

– Но ведь это же убийство, а не несчастный случай! – воскликнула Ева.

– Да, но в отчёте полиции про поддельную лыжню ни слова не было. Администрация курорта так перепугалась, что велела её быстренько закидать, а настоящую трассу расчистить. Тем немногим служащим, которые были в курсе дела, хорошо заплатили, чтобы помалкивали. Да и не в их интересах было болтать об этом. Прикроют курорт – и ищи потом работу. Без скандала, конечно, не обошлось, и тот сезон почти не принёс прибыли, но, в конце концов, несчастные случаи везде бывают. А вот если бы расследование установило, что в Альдамейре было организовано убийство короля Георга и его наследника… Тут бы столько голов полетело! А так история про ложную трассу до сих пор считается выдумкой жёлтой прессы. Естественно, полностью её скрыть не удалось, но ведь несчастные случаи с известными людьми всегда обрастают домыслами и сплетнями.

– Так может, тут именно это и есть, – предположил Джек.

– Может, – не стал спорить Ганс. – В конце концов, по этой ложной трассе мог поехать кто угодно. Не обязательно король и наследник… С другой стороны, кто-то мог знать, что они там окажутся первыми. Это случилось утром, а говорят, король с сыном отправлялись на утреннюю пробежку очень рано – чтобы успеть до завтрака принять душ. Королева Изабелла вставала только к завтраку.

– Бедняжка, – посочувствовала Лидия. – Она ведь так и не оправилась. Держится, вроде бы, неплохо, но это ведь только видимость.

– Коронованные особы привыкают носить маску, – пожал плечами Джек.

– Да, – сказал Мартин. – И эта деталь королевской брони гораздо тяжелей всего остального. Лидия, у тебя новая колода?

Он подошёл к журнальному столику и принялся рассматривать карты.

– Да, старую я решила поберечь – совсем истрепалась. А эту на днях купила.

– Здесь почему-то кругом зима. Какие странные пейзажи… – Мартин нахмурился. Казалось, вид этих карт вызвал у него какие-то неприятные воспоминания. Или тревогу.

– Странные, – согласилась Лидия. – И очень красивые. Эти карты похожи на мои старые, правда? Я их потому и купила. Только тут везде зима, снег. Колода так и называется – Снежное Таро. Такая прелесть, а достались мне почти даром. По-моему, старуха, которая мне их продала, совсем из ума выжила. Остановила меня у Шиманского рынка. Купи, говорит, гадальные карты, красавица. Погадай на короля. Я спрашиваю, почему на короля? А она – да потому что пропадём мы без него. Королевство-то у нас без короля, а на носу зима. Я говорю, какая ж зима, бабушка? Лето на носу. А она своё! Близится зима… Купи Снежное Таро… Погадай на короля…

– Вот и погадала, – задумчиво произнесла Таня. – Илана в первой же карте, что ей выпала, короля увидела. Хотя это был маг.

– Король вполне может быть магом, – улыбнулся Мартин. – Илана, пойдём, я покажу тебе гравюры. Они в мастерской. Их уже все видели, кроме тебя…

– Меня не было больше месяца, – сказал художник, едва они переступили порог мастерской. – Насколько я понял, в школе тебя совсем достали. Может, пора там с кем-нибудь побеседовать…

– Ни в коем случае, – решительно возразила Илана. – Хватит с меня бабушки. Знаешь, Мартин, вмешательство взрослых только всё осложняет.

– Тогда где же выход?

– Выход всегда можно найти.

«Даже из Лабиринта чудовищ, – добавила про себя девочка. – Чудовище вполне может оказаться другом, который поможет тебе избавиться от настоящих врагов».

– Не беспокойся, Мартин, у меня уже всё утряслось. Я в состоянии сама решить свои проблемы. А ты веришь в гадание на картах Таро?

– Даже не знаю… Наверное, в этом есть какой-то смысл, но не стоит принимать гадание слишком близко к сердцу.

– Мне показалось, что Маг на карте очень похож на твоего Снежного Короля, – Илана спешила объяснить странности в своём недавнем поведении, пока Мартин не начал задавать вопросы, на которые ей не хотелось отвечать. – Надеюсь, ты не собираешься продавать эту картину?

– Не собираюсь. Она на чердаке. Мой Снежный король похож на Мага из колоды Лидии не больше, чем Снежный Принц на Таддеуша Бельски. Я ведь уже говорил: мы всё видим по-своему.

– Наверное, ты прав. Главное – не бояться смотреть. И на других, и на себя самого.

– Ты изменилась.

– Я знаю. Я больше не уродина.

– Ты никогда ею не была.

– Для друзей – никогда. А враги хотят и дальше считать меня уродиной. Но я им не позволю. Больше я никому не позволю надо мной смеяться. Мартин, давай скорей свои гравюры, а то мне уже домой пора!

Художник молча встал и снял со стеллажа толстую серую папку. Илана знала, что больше он ни о чём не спросит. Но не потому, что у него нет вопросов. Он просто подождёт, когда она захочет на них отвечать.