Прошёл больше пятидесяти километров за весь день, от места уничтожения базы зелоидов… И моего батальона. Я наконец попал в зону действия радио связи.

‒ Вы попали на военный радио канал. Идентифицируйтесь! ‒ сказал искин станции связи технического бункера, который был ближе всех от нашего. Отправив ему зашифрованный ключ доступа, я подтвердил идентификацию голосом.

‒ Северное командование. Командир второй роты, седьмого батальона, майор Родин Илья Васильевич. Докладываю об уничтожении западной базы зелоидов под Красноярском. Выживших нет, ‒ произнес я вслух в сумерках вытирая пот со лба.

‒ Принято, майор Родин Илья Васильевич. Двигайтесь в направлении курсора. Удачной дороги! ‒ сказал последнюю фразу искин веселым голосом.

Что поделать, искины хоть и умны, интеллектуальны, но так и остались «резиновыми». Не сумели мы создать поистине искусственный разум. Точнее, времени, наверное, не хватило. Прилетели эти серомордые ублюдки.

Пока я думал на эту тему, двигаясь по лесу по направлению курсора в моем нейроинтерфейсе, уже окончательно стемнело. Я включил наплечные фонари, встроенные в обмундирование. Один вышел из строя, его просто не было на правом плече, а левый еще светил довольно бодро.

Прошёл небольшое расстояние, и передо мной из ниоткуда возникла девочка! В легком летнем платьице белого цвета, хотя уже почти что осень… Ровные, черные волосы средней длинны скрепленные железным блестящим обручем вокруг головы и небольшие перепончатые крылья. Она мне искренне улыбалась.

‒ Можно я ти-бя провожу? ‒ спросила она своим детским голосом.

Для меня это был настолько несуразный и дикий вид, что я просто машинально кивнул. Она радостно подбежала и схватила меня за руку.

‒ Кто ты, девочка? И как ты здесь оказалась? ‒ спросил я.

‒ Ты что не помнишь!? Я же Монада! ‒ обиделась девочка, но руку не отпустила. Когда мы проходили через кусты, они сами раздвигались перед нами.

‒ Монада? Как ты здесь оказалась? ‒ не понял я слов девочки.

‒ Ну я пришла помочь тебе, ‒ сказала она, посмотрев на меня своими глубокими темно-синими глазами.

‒ Как ты хочешь мне помочь Монада? ‒ спросил я, удивляясь очередной раз, что кусты просто сами раздвигаются.

‒ Ну как… Помочь тебе пройти весь путь! ‒ счастливо улыбнулась она мне.

А мне на душе стало тепло, что я не один в этом мире…

* * *

Проснулся я под будильник нейроинтерфейса, выйдя из палатки увидел, что все уже собираются. Светит тоже самое палящее солнце. Караван собрался раньше и уже огибал нас по широкой дуге.

‒ Алира, как Монада проникла в мой сон? И почему не в твоем мире? ‒ спросил я у искина.

‒ Рокаин, ты сам просил делать тебе «перерывы», от хороших снов, ‒ напомнила она мне. ‒ А Монада… Я не могу ей управлять, если тебе не нравится её присутствие, ты её можешь выгнать из сна, ‒ прищурилась она, глядя на мой доспех.

‒ Легко сказать… И не сильно хотелось… ‒ пробормотал я, вспоминая сон.

Собравшись без умывания, мы позавтракали и отправились в путь. Нам как минимум нужно сделать за шестнадцать часов, сорок километров, если, конечно, монстров будет попадаться меньше, то мы сделаем больше.

Но через пару часов ходьбы нашим надеждам не суждено было сбыться. Потому как монстры как будто нас услышали, и попадались буквально каждые пятнадцать минут. Мы уже даже сильно не «играли» с ними, а просто врубали поглощение, и оставляли дело Ладу. У него все чесались руки использовать кинжалы, но он терпел, пока не сливал хотя бы половину сосуда на монстра и финальными ударами разрубал монстра своими ветряными кинжалами. Иногда приходилось подливать ему маны, потому как даже с мелкими кондерами она у него не успевала восстанавливаться. А вот его прокачка почти даже перегнала нашу. За пару монстров он получал тридцать-тридцать пять единиц расширения, после полного слива маны и дальнейшего пополнения под завязку. Это случилось, когда он перевалил за тысячу сто единиц.

Эткину так и не довелось воспользоваться своим ятаганом, даже за целых два дня. Но он сильно не огорчался, ему было достаточно на привалах рассматривать и поглаживать свое сокровище. Так что, двигались мы медленно, но стабильно.

Караван, кстати, шёл по безопасному маршруту, по дороге, на которую монстры не заходят. Благодаря вкопанным камням хаоса, они просто распугивали зверей со слабым разумом. Но она сильно виляла по пустыне, а мы двигались принципиально прямолинейно, для того что бы сократить путь и собственно прокачаться. Хоть ненамного, но больше.

Но уже к концу дня у нас случилось неожиданное приключение.

‒ Рокаин! Повернись, в небе! ‒ обеспокоенно сказала Алира.

Повернувшись и взглянув на небо я увидел какую-то птицу вдалеке, но она была слишком огромна или мне кажется…

‒ Что это? ‒ задал вопрос Эткин.

‒ Судя по визуальному наблюдению, это крецкон! А значит, наши дела плохи! Нужно прятаться! ‒ быстро проговорила искин.

‒ Зачем? Мы принять бой не можем? ‒ удивленно спросил я.

‒ Это что-то на подобие древних драконов из Эрона! Эта тварь испепелит всех еще на подлете! Мало того, он владеет примитивной, но очень сильной магией ветра и земли! Применяйте иллюзии! Быстро! Может нас пронесет! ‒ протараторила Алира крайне возбужденно.

Видя состояние суккубы, мы не стали задавать вопросов дальше, применили заклинание хамелеона, а Эткин применил свой артефакт невидимости. И стали наблюдать, как дракон летит в нашу сторону, становясь все больше и больше.

‒ Что это за птичка? Что ты так испугалась? ‒ шепотом спросил я у своей помощницы, но на этот вопрос ответил Сарг:

‒ Как сказала Алира, это крецкон, дракон, по-вашему. Он гораздо сильнее ваших драконов из легенд. Их гнездо в центре пустыни Тига, на скалах «Погибели». Они выходят на охоту крайне редко, но могут терроризировать пути караванов и кочевых поселений месяцами. Взрослая особь гораздо сильнее любого роука, но не сильнее высшего, ‒ промяукал кот, внимательно глядя на увеличивающееся пятно в красноватом небе.

‒ Как тогда города выживают? ‒ недоуменно задал вопрос Лад.

‒ Все просто, камни хаоса встроены в сами стены. Они также подвержены негативному влиянию на разум, этими камнями. Но пустынную дорогу, на котором находится караван, они могут уничтожить издалека, ‒ добавила Алира.

‒ Все же мне кажется мы эту тварюшку прогоним, ‒ хмыкнул у меня за спиной невидимый Эткин.

‒ Не все так просто, он опасен очень виртуозным владением магией огня. Очень сильной магией земли и воздуха, которую использует практически одновременно. Что самое важное, он не восприимчив к поглощению высших! А это умение очень похоже на ваше! ‒ возбужденно закончила Алира.

Теперь понятно, почему она так испугалась. Это и правда будет проблемой. Потому как в мире Инферуз, покрайней мере в верхнем плане, поглощение действует просто «читерски», в отличии от Эрона. А значит, нам придется биться, хорошо если на равных.

‒ Значит ждём, дай Светлоликий, чтобы нас пронесло от ненужных проблем, ‒ пробормотал я.

‒ У них крайне зоркое зрение… ‒ напрягшись сказал Сарг.

Ждать пришлось недолго, эта «птичка» приближалась все быстрее и быстрее. На расстоянии высоте пятидесяти метров он начал кружить примерно над нами. Эта черная махина была как стандартный электроавтобус или как два грузовика из Эрона. Размах крыльев метров пятнадцать, и десятиметровый скрученный хвост. Завершал вид длинная шея громадной рогатой башкой и очень внимательный взгляд огненных глаз. По виду стандартный дракон, но крайне зловещий, от которого так и тянуло мощью.

‒ Чего он тут крутится если не видит нас!? ‒ прошептал Лад. А Алира с Саргом на него шикнули.

Через несколько секунд после слов Лероя поднялся ветер, очень быстро нарастая. Мы укрылись воздушными коконами, но нас все равно начинало сносить! И я заметил, что это не просто ветер, а громадный смерч пятидесятиметрового диаметра. На глаз так и не понять сразу.

После того, как мы упали плашмя и схватились за небольшую скалу, которая показалась из песка. В воздухе вместе с песком начали летать острые осколки камней! Этот чертов дракон знает, что мы тут! Применил магию земли!

С этим надо что-то делать! Думай башка, думай!

Быстро все решив, я пробоем оказался в воздухе недалеко от дракона сбоку, иллюзия слетела, но я тут же врубил полёт и максимальную защиту. Следом я запустил в дракона максимальное поглощение и распыление в пятьсот единиц маны. Он взревел, и повернулся ко мне, перед ним моментально образовался рунический круг магии огня из которого на громадной скорости вылетел шар метрового диаметра! Я просто не ожидал такой скорости! Прикрылся руками с мыслью, что мне «хана». Но Монада сработала на отлично, защитным пробоем я оказался сзади дракона и выше него.

Доставать свой пистолет из инвентаря смысла не имеет, этой туше пуля будет как слону дробинка. Попытался сделать взрывной плазменный шар, но на это надо секунд пять, во время создания в меня уже летели огненные снаряды! Увернувшись пространственным пробоем, я просто ударил всеми видами магии в дракона! Заморозка, такой же метровый шар огня, метровый шар света, трель из лезвий воздуха, пучком тьмы и распыления и вдогонку опять поглощение. От первых двух он увернулся, а другие просто врезались в его воздушный купол, тьму с распылением просто снесло ветром, но от поглощения он взревел! Твою темную мать! В меня полетело сразу тридцать огненных шаров!

Пробоем я опять оказался сзади дракона, на земле прозвучал грохот от моих заклинаний, от которых увернулся противник. Хорошо моих не задело, и смерч прекратился, снизу полетели огненные шары Лада, а сбоку в тридцати метрах от меня появился Эткин, кидая лезвия воздуха со сгустками тьмы. А я заменил что мой сосуд пополнился на две тысячи единиц, значит, поглощение действует, просто сразу угасает!

‒ Эткин! Чередуй заклинания с поглощением! ‒ заорал я по аварийному голосовому каналу нейросвязи, которая включается у адресата автоматически.

Я стал бить экономными шарами огня и чередовать все с поглощением, параллельно как мана восполнялась от поглощения, я вложил пятьсот единиц в ментальный паралич, от которого был хороший эффект. Дракон на секунду замер, а когда он снова зашевелился, то терялся в пространстве и в него прилетало несколько наших снарядов! Он взревел еще сильнее и кинулся на меня со всей прытью танкового плазменного снаряда! Я бы даже не успел увернуться, если бы не Монада, которая перенесла меня на десять метров правее. Он одним рывком в воздухе преодолел двадцать пять метров!

Эткин, не теряя возможности, посылал заклинание за заклинанием, но дракон его просто игнорировал. А от поглощения архимага злился еще сильнее и причем на меня! У меня же на пространственный пробой уходило прилично маны, благо, помогает мой доспех, а то я просто бы перестал кидать поглощение, только уклонялся.

Во время очередной атаки ментального паралича в дракона, в него со всех сторон прилетели огненные шары и лезвия воздуха, а я машинально кинул в него мощный импульс тьмы и распыления, который, не встретив преграду, на секунду окутал дракона. Он опять заревел, но уже слабее, когда от него пошла дымка распыления, он ринулся вверх, выше нас и плавно остановился. Распыление постепенно угасало.

Мы начали опять его атаковать, но он был в защитном коконе и дракон рисовал своими лапами руны заклинания. Белые руны светились вокруг него! Постепенно появляясь и раздвигаясь образовывая шар.

‒ Эткин! Максимальное защита и расстояние! Кидай только поглощение по откату! ‒ заорал я, предчувствуя нехорошее заклинание от этого крецкона.

Мы отлетели на наш радиус действия поглощения в пятьдесят пять метров и, закрывшись куполами, раз за разом поглощали его ману! С каждого заклинания нам падало уже гораздо меньше, по пятьсот единиц. Я едва успел пополнить свой сосуд на две третьих, как руны вокруг него образовали шар света, закрывая дракона полностью, от нашего взора!

Еще секунда, и произошла вспышка, а сразу за ней нас снесло обжигающей взрывной волной! Я чувствовал, как выгорают мои руки и часть лица, мантия и одежда горели тоже. Монада пару раз пробоем телепортировала меня все дальше, но каждый раз меня отталкивало, что я оказался на песке. И тогда она просто вызвала портал передо мной, который был в два раза больше меня и стоял входом от меня, поглощая обжигающую волну. Но песок вокруг всё равно раскалился до невыносимой температуры, что я машинально стал над ним левитировать, чтобы не касаться ногами. Закрывшись обожжёнными до мяса руками, я начал молиться Светлоликому, чтобы из нас никто не умер!

Что за черт! Эта вспышка продлилась еще минуту! Я уже чувствовал, как Алира отключает мои нервные окончания на обожженных местах и доспех начал холодить грудь, потратив свой резерв маны.

Но все закончилось, внезапно. Портал тут же схлопнулся, а мой резерв маны был в мигающей зоне статус-бара, показывая шестьсот единиц! Физическая целостность семьдесят процентов. На периферии зрения метров в двухста от меня, падала туша дракона!

Внимание! Большое количество повреждений кожных покровов!

Внимание! Повреждение дыхательный путей!

Усиленная регенерация тканей… 0,5 %… 1 %…

Вот это меня задело! От моих сапог ничего не осталось! Ноги очень сильно обожжены. Не теряя времени, достал свежие сапоги, вылил в каждый сапог по флакону эликсира жизни и сняв обгорелые обрубки тут же натянул новые. Еще двумя флаконами облил голову и руки. На голове волос не было. А руки пахли прожаренным мясом! Нательное вместе с рубахой и штанами, в громадных дырах и кое-где дымилось.

‒ Алира! Включай поиск Лада и Эткина! ‒ сказал я, выкачивая свой большой кондер-накопитель подчистую.

‒ Сделано, Рокаин! Точки отмечены на карте! ‒ сказала Алира, появившись у меня за спиной.

Судя по анализу данных, Лерою досталось больше всего, он без сознания. В критическом состоянии, наниты судорожно латают жизненно важные органы отключив нервные окончания кожного покрова. Нужно срочно двигаться к нему, он находится через триста метров, левее падения дракона.

Пока шёл, глянул на данные состояния архимага. Он в сознании, видимо, спешно отпаивается эликсирами, судя по регенерации. Находится он через полкилометра, за местом нахождения крецкона.

Вызвав его по голосовой связи, спросил:

‒ Ты там как? Идти можешь?

‒ Нет, у меня полтела прожарилось, как мясо на вчерашней жаровне… Мне надо минут десять… ‒ крехтя, сказал Эткин.

‒ Хорошо, я пошел до Лероя, он в критическом и без сознания. Нужно отпаивать эликсирами. Кхм… Как будешь готов — подходи… ‒ сказал я, кашляя и отхаркивая кровь из легких.

‒ Понял тебя…

Хорошо же я вдохнул этого раскалённого воздуха в начале, но после отхаркивания дышать снова стало легко. Наниты приоритетно восстановили ноги, совместно с эликсиром. Теперь прямо на глазах, начали зарастать руки, сначала начала отпадать обожжённая кожа, оголяя почти розовое мясо, с очень тонкой и прозрачной пленкой кожи, затем кожа начала утолщаться.

К тому времени, как я дошёл до Лада, мои руки полностью восстановились. И наниты взялись восстанавливать голову и волосяной покров.

Когда я увидел валяющееся в песке обожжённое голое тело товарища, еще не воссозданные волосы на голове зашевелились! Он прожарился полностью! И при этом валяясь в песке, не будь у него нанитов литр ‒ он бы давно помер.

Я тут же поднял его в воздух и начал конденсировать воду, собирая её со всей семидесятиметровой округи, набралось пару литров с натяжкой. Разбил её на капли и начал омывать тело Лада водой, а после сушить чистым воздухом. Прямо на него я вылил с десяток флаконов эликсира, чтобы он разошелся тонкой пленкой по всему телу. Создал небольшой домик магией земли, два на два метра с крышей и проемом. Устелил туда несколько спальников и аккуратно уложил на них мага.

Его регенерация многократно усилилась, органы восстановлены, теперь дело осталось за кожей. Я периодически выливал на него сверху по фракону, аккуратно разбрызгивая по всему телу, и через десять минут он открыл глаза, приподнял голову, глянул на меня и на свое обожженное, голое тело.

‒ Рок, я же останусь красивым? ‒ жалобно спросил он меня. А я просто не выдержал и заржал как конь!

‒ Прости! Ха-ха-ха! Но я попрошу Алиру, этот фрагмент сохранить в архив! Ха-ха-ха! ‒ еле как сдерживая себя, сказал я.

‒ Э-э. Ты чего ржешь!? Я тут валяюсь голый, живого места нет, а ты угораешь!? ‒ недовольно сказал он.

‒ Ладно, извини дружище! ‒ улыбнулся я и подлил еще эликсира. ‒ Через пятнадцать минут ты будешь краше прежнего! ‒ подергал я себя за волосы, которым осталось дорасти еще сантиметров десять до изначального вида.

‒ Мой пространственный мешок сгорел дотла, видимо. Там были все мои вещи, ‒ с досадой сказал он.

‒ У меня есть запасные комплекты и мой старый нагрудник тебе подойдет в пору, ‒ приободрил я парня.

Во время нашего разговора в хижину заглянул Эткин:

‒ Вы там все живы? ‒ выглянув из проема, спросил архимаг, приподняв то место, где должна быть бровь.

‒ Живы-то все, но хорошо прожарены, ‒ хмыкнул я.

‒ А кто-то еще и с корочкой… ‒ сказал Лад, привставая на спальниках. ‒ Рок, дай мне чем-нибудь прикрыться. А то же я всё-таки стесняюсь, ‒ улыбнулся он.

Достав сменную одежду, Лерой напялил штаны, но дальше пока не одевался, потому как сожженная кожа отваливалась ошметками. Полчаса мы сидели и полностью восстанавливались, даже успели перекусить. Пока не вспомнили о еде, даже не поняли, что у всех дикая жажда. Каждый из нас выпил по двухлитровой фляге ледяной воды. К концу трапезы у Лада даже почти восстановились волосы.

На скорую руку собравшись, Лерой вышел искать свои клинки, которые, как он помнил, отлетели чуть подальше места его приземления. Мы же пошли с ним, помочь в поиске. Но долго их искать не пришлось, мы с Эткином собирались врубить анализаторы, но, как только приблизились к месту, где они были закопаны, клинки вылетели из песка и впечатались в выставленные руки Лада, который сам обалдел от такого. Но вопросы оставили на потом.

Следующим очень важным делом, мы двинулись до дракона. Эткин сказал, что когда шел к нам, проходил вблизи его туши. По виду он был мертв. Но нужно было все проверить. Живую такую зверюшку оставлять было нельзя. Если бы из нас хоть кто-то попал бы ему в пасть, это бы кончилось фатально. А прыти у дракона очень много, если бы не Монада, я бы имел очень большие шансы, оказаться перемолотым челюстями этой махины, даже несмотря на моих нанитов.

‒ Он еще жив! ‒ сказала Алира, когда мы подошли на расстоянии двадцати метров.

Я тут же схватил разделитель и, замахиваясь, пробоем оказался у шеи твари, чтобы через долю секунды отделить голову размером с легковой автомобиль от туловища. Из тела начала хлестать розоватая кровь, постепенно уменьшая свой поток.

‒ Жестоко… ‒ хмыкнул Эткин, подходя ближе ко мне.

‒ Это ты так говоришь, потому что в полёте эта зверюга кидалась не на тебя. Если бы не Монада, был бы я сожранным… ‒ покачал я головой. ‒ К тому же, ты не видел изначально Лада, после вспышки, ‒ кивнул я на подходящего к нам мага.

‒ Согласен, я бы не хотел еще раз вступить в бой с таким чудовищем, ‒ заинтересованно посмотрел Лерой на отрубленную голову.

‒ Кстати, Алира. Это и было их заклинание последнего шанса? ‒ спросил я у искина, которая еще в Эроне рассказывала про каких-то крайне сильных драконов. А я, как всегда, половину мимо ушей пропустил.

‒ Я никогда не видела, но логично предположить, что да, ‒ сказала она, поправляя очки. ‒ Они после этого заклинания в радиусе полукилометра не оставляют никого в живых, а сами впадают в анабиоз, постепенно проваливаясь в песок на несколько дней. Нужно достать его сердце! ‒ сказала Алира, указывая пальцем на тушу.

‒ Это еще зачем? ‒ удивился Эткин.

‒ Мр-р… Его сердце ‒ это очень большой кондер-накопитель! Он состоит из чистого и качественно переплетенного мананита, поэтому если его разломать, потери емкости в кусках будут минимальны! ‒ облизываясь, проурчал Сарг.

‒ Насколько минимальны? ‒ очень заинтересованно спросил я.

‒ По моим расчетам, потери составят от десяти до двадцати процентов, все зависит от качества самой разделки… Но это в теории! ‒ улыбнулся кот-искин, посмотрев на меня.

Вот это новости! Кондер накопители не ломают на куски по простой причине, из-за несовершенства структуры в горных породах, где располагались древние источники аномалий, как их находят — так и используют. Если взять мой кондер на тысячу единиц и разломать его на две равные части, то куски получатся, в лучшем случае, по двести пятьдесят единиц! То есть, потери емкости будут минимум пятьдесят процентов. А тут максимально двадцать, если, конечно, демонический кот прав.

‒ Откуда такие выводы Сарг? ‒ спросил я кота, перебив вопросы Эткина.

‒ В прошлой жизни мы устраивали рейды на крецконов! Это одна из причин появления свободных роуков в верхнем плане. А иногда роуки образуют группы для охоты на них, ‒ промяукал кот.

‒ Но почему просто не зачистить их гнездо в центре пустыни? ‒ задал Эткин наводящий вопрос.

‒ Зачем? ‒ удивился Сарг. ‒ Они приносят богатства в виде камней великой силы, что вы называете кондер-накопителями. В мире Инферуз ‒ это высшая материальная ценность, если зачистить их гнездо, то, соответственно, не будет притока таких камней, ‒ сказал кот, зевая в лицо Эткину.

‒ Другими словами, невыгодно сносить голову окуле несущую золотые яйца… ‒ бормоча, переиначил я нашу пословицу.

Окуля ‒ это одомашенная птица в мире Эрон, которая каждый день несет питательные яйца, Данна их готовила с пиготиной ‒ пальчики оближешь.

‒ Точно! ‒ промурлыкал кот и прыгнул в руки к Алире.

‒ Э-э. Ну тогда за работу, господа… ‒ сказал я, присматриваясь к туше и не зная с чего начать. Точечной разделкой я никогда не занимался.

Но тут решил ситуацию Эткин, видя, что я и Лад не понимаем, что нужно делать. Буркнув всем недовольно: «А ну в сторону…», он деловито начал работу.

Перевернув тушу стеной из магии земли, он начал аккуратно разделывать грудину твари, от шеи до той части, где заканчиваются рёбра. Аккуратно вырезав бронированную чешуйчатую кожу, которая поддавалась лезвиями воздуха с трудом, откинув кожу, он начал по вдоль, на три части пилить грудину животного — ошметки розового мяса, крови и костей полетели в разные стороны, обрызгав меня и Лада. Эткин увлеченно стоял и продолжал пилить, закрывшись воздушным щитом.

Закончив свою кровавую вивисекцию, после раскрытия грудины, он на несколько секунд всмотрелся в органы дракона. Хмыкнув, он сделал несколько надрезов и левитацией вытащил орган, напоминающий сердце, размером с двухсотлитровую бочку! Подтянув сердце к себе, он всмотрелся еще пристальнее ‒ но тут же, помогая жестами, по-длинне сердца сделал круговой разрез, отделив две половины в одной из которых остался ровный, овальный камень розового цвета с красноватыми прожилками. Отделив камень от второй половины сердца, он аккуратно положил его ближе к нам.

Подойдя к нему, я оценил размер камня, как вытянутая бусина он весил килограмм сто, а размером был метровой длинны, в самой толстой части двадцать пять-тридцать сантиметров и в самой узкой десять-пятнадцать, где начиналось округление концов. Сделав идентификацию, но полученная информация анализатором была не однозначной.

«Сосуд ‒ накопитель маны»(3012/?????)

«Сосуд ‒ накопитель единиц аномалий, размер сосуда (3012/?????ед.) восполнение 103(23.75) ед. в минуту»

Пять вопросов давали понять, что объём накопителя очень внушительный, а то что он может восстанавливать столько маны в минуту, очень даже радовал. Но такой размер нам по определению не нужен, сомневаюсь что регенерация такой и останется после резки, но делать нечего. Он слишком громаден. Мой объём пространственного инвентаря в лучшем случае три кубических метра, которые и так были забиты, припасами, одеждой и всяческим хламом. Полгода назад я его всё-таки замерил, между делом, но не точно.

Взяв пишущую палочку, я стал размечать места реза поперёк, определив с помощью нейроинтерфейса ровные части в объёме. Это будет не до миллиметра конечно, но более-менее на ровные части я его поделю.

Двенадцать блинов, попарно разного диаметра с конусными скругленными верхушками получилось в итоге. Десять из них я поделил на четыре части, итого получилось сорок два ровных «сегмента». Объём их сосуда был более-менее ровный.

«Сосуд ‒ накопитель маны»(64/1156)

«Сосуд ‒ накопитель единиц аномалий, размер сосуда (64/1156ед.) восполнение 23(3.15) ед. в минуту»

Плюс-минус сто единиц были все такие куски. А вот конусы в четыре раза больше.

«Сосуд ‒ накопитель маны»(236/4178)

«Сосуд ‒ накопитель единиц аномалий, размер сосуда (236/4178 ед.) восполнение 51(8.5) ед. в минуту»

Короче, маной мы теперь полностью обеспечены. Восстановление скакало у всех по-разному, но оно всяко было лучше наших всех вместе взятых. А в Эроне таким камням просто цены не будет. Их можно вставлять в стационарные порталы, а конусы в силовой купол замков. С бешенным эффектом восполнения они будут незаменимы.

Быстро раскидав камни поровну с Эткином, мы договорились выделить долю Ладу, хотя он совершенно не претендовал на них. Но оставлять парня вообще без трофеев, тоже не хорошо. Так что, возражений мы не приняли.

Двигаясь в направление города, мы довольно быстро пополнили наши сосуды зверушками и камнями. Шли мы уже «ночью», как увидели опять небольшую скалу. Как бы нам ни хотелось нагнать потерянное время на дракона. Мы все же прикинули, что сделали минимальную норму в тридцать километров за день и решили устраиваться на ночлег, разбив лагерь.

Когда устроились на ночлег, сделав просторную хижину на всех нас, с кострищем и жаровней, Эткин принялся опять готовить мясо. Этот несносный архимаг, наслушался Сарга, что мясо крецконов — это деликатес. И пока я разбирался с камнем, он благополучно нашинковал два двадцатилитровых кувшина розового мяса. Там же их замариновал. С каких мест взято мясо, я спрашивать не стал, и Лад, кстати, тоже, чтобы не испортить себе аппетит.

Через полчаса готовки, запах и правда стоял неплохой, конечно, чем-то напоминал оленину, но, откусив первый кусок, я приятно удивился. Мясо, хоть и дико жесткое, но довольно-таки вкусное.

‒ Рокаин, у нас гости… ‒ сказала Алира.

‒ Ну кто еще!? ‒ жалобно спросил Лад, откладывая вилку назад в тарелку.

Все дружно выйдя из хижины, мы увидели хромающую в метрах тридцати девушку в короткой мантии. Подойдя ближе, мы разглядели, что это была наша знакомая — Орина. Увидев нас, у нее заплелись ноги в песке и она упала, прямо лицом. Лад тут же побежал к ней, девушка не шевелилась. Когда мы пробоем оказались рядом, Лерой взял её на руки и понес в хижину.

Анализ показал у демонессы множественные ожоги, вывихнутую лодыжку и сильное обезвоживание. Лад начал её отпаивать эликсирами, у демонов сама по себе регенерация очень высокая по сравнению с людьми, так что, она пришла в себя, когда вторая партия мяса была готова.

‒ Как я так быстро восстановилась? ‒ привстав и осмотрев себя, спросила Орина.

‒ Эликсир жизни. Как еще? ‒ улыбнулся Лад.

‒ Но они крайне ценны!? Я теперь вам никогда долг не смогу вернуть… ‒ опустила голову девушка.

‒ Нам ничего от тебя не нужно, ‒ серьезно сказал маг. ‒ Пойдем к столу, тебе нужно подкрепиться, ‒ указал Лерой на еще одно место у стола.

Она недоверчиво посмотрела в указанном направлении, но спорить не стала. Встав, села на каменный стул, ей тут же положили ароматной «драконятины». Она удивленно принюхалась и не выдержав спросила:

‒ Великие. Что это за мясо? Оно так вкусно пахнет… ‒ стушевалась она, подумав что проявила наглость.

‒ Это мясо крецкона, ты права! Очень вкусно и питательно! ‒ подняв палец вверх, проговорил Эткин.

‒ Как!? Вы убили того крецкона, который напал на наш караван? ‒ удивленно произнесла Орина.

‒ Дак ты возвращаешься вся избитая, потому что каравана больше нет? ‒ задумчиво спросил я.

А ведь и правда, он летел со стороны, куда отправился караван. Так что, неудивительно, что она осталась жива в этой суматохе, с помощью своей иллюзии.

‒ Да, нас настиг крецкон с восточной стороны, он летел из центра Тига. Все начали прятаться кто куда, но смысла уже не было… Все кто не владеет магией иллюзий, просто пойдут на корм. Поэтому мой контракт закрыт из-за невыполнения и я без камней силы возвращаюсь в Кряжн, ‒ закончила она.

‒ Ну хорошо, что ты выжила и добралась до нас, ‒ улыбнулся Лад. ‒ Мы тоже идем в Кряжн, проводим тебя.

‒ Великие… Но я не хочу увеличивать свой долг… ‒ опустила она голову.

‒ Называй меня просто Лад, ‒ ласково сказал парень, а мы с Эткином начали улыбаться. Похоже, он всерьез неровно дышит к этой демонессе.

‒ Хорошо Вели… Лад… ‒ запинаясь, сказала она.

‒ Вот и отлично! Как сказал Лад, ты нам ничего не должна, и как доберемся до Кряжна, ты полностью свободна, ‒ сказал я девушке.

‒ И называй меня Эткин, а его Рокаином, ‒ добавил архимаг улыбаясь.

‒ Хорошо, великие… Этк-ин и Рокан! ‒ запинаясь, выговорила она.

Хорошо отужинав и побеседовав с девушкой. Она сильно удивлялась, что всего трое роуков смогли убить взрослого дракона. На такого собирают минимум звезду из пяти роуков и то, скорей всего, пару погибнут. Потому как тварь очень сильная и довольно умная. Но доказательства лежали у нее на тарелке и она довольно быстро их доела.

Закупорив два проема, чтобы было потемнее, мы легли спать.