Что же теперь будет?

— Кхм.

Сработает ли план? Действительно ли Демоница оставит тело Маргариты?

— Кхм!

И сможет ли Глинт активировать печати на своём ученике, которые должны были уничтожить её новую оболочку, но вместе с тем привести к кончине Гилиама?

— Кхм!

Судьба всего мира решится всего через несколько се…

— К Х М!

А? Что такое?

Михаил повернулся и удивлённо посмотрел на девушку, которая стояла у него за спиной, — Мирабель. На ней было летнее платье чёрного цвета, глянцевые туфельки и что самое примечательное — очки, которые она самую малость поправила, прежде чем приподняла перед глазами блокнот и приступила к чтению:

— Кхм. Я внимательно изучила предоставленную информацию о том, как именно устроена «Книга Создателя Героев» и составила для вас, как её «Управляющего», список рекомендаций. Желаете выслушать его прямо сейчас?

Последний вопрос, судя по взгляду и голосу Мирабель, был сугубо риторическим. Михаил ещё раз убедился, что время в Альтарии было поставлено на паузу — Глинт застыл в тревожном ожидании — и попросил продолжить.

— Хорошо. В таком случае начнём с самых базовых вещей и постепенно перейдём к более сложным. Для начала вам, как Управляющему, следует уделять несколько большее внимание своему окружению.

Михаил кивнул: это была хорошая рекомендация. Временами он так увлекался происходящим внутри избранного мира, что забывал всё на свете. С одной стороны, его поведение было не совсем преступным, поскольку внутри рабочего пространства он находился в абсолютной безопасности, но с другой…

— Вы уверены, что ваша безопасность действительно «абсолютная»? Есть ли у вас рабочая стратегия на тот случай, если на вас будет совершено нападение прямо здесь? Или до сих пор вы не рассматривали такой вариант?

Михаил ответил, что рассматривал — наверное.

Мирабель неодобрительно покачала головой:

— Крайняя степень безрассудства. От вашей жизни зависит безопасность всей вселенной. Прошу вас быть более осторожными. В первую очередь вам необходимо использовать ваши ресурсы — напомню, они почти не ограничены, хотя вы этим почти не пользуетесь, — чтобы стать сильнее.

Если бы мой интеллект не был «обрезан», я могла бы немедленно составить вам тренировочную программу. В данный момент мне потребуется на это определённое время и усилия, а потому я попрошу вас в точности соблюдать мои рекомендации, чтобы у меня не было чувства, что я потратила их зря. Вы не против?

Михаил на секунду замялся, но в итоге согласился, хотя согласие его было с привкусом горечи. Мирабель говорила правильные вещи, ему действительно следовало стать сильнее, но до сих пор он откладывал этот момент, потому что все методы, которые находились в его распоряжении, будь то магия или боевые искусства, требовали с его стороны серьёзных усилий.

Михаил оправдывал свою лень намерением найти такой мир, в котором сможет сразу обрести верховную силу, но Мирабель правильно заметила, что, оттягивая этот момент, он подвергает себя серьёзному риску.

Кроме этого она сделала ему и другие замечания. Например, что он совершенно забыл про Вальхаллу, хотя уже мог попытаться выполнить следующее испытание, и слишком часто полагался на «авось». Последняя претензия была самой серьёзной. Мирабель посмотрела на серебристый экран, на котором Глинт застыл в напряжённом ожидании перед лицом сверкающего барьера, и спросила:

— Можете сказать, в чём конкретно заключается ваш план?

Михаил ответил, что «в идеале» Глинт сперва оторвёт Маргариту от Демоницы, а затем придумает, как избавиться от неё, не принося в жертву своего ученика. Если же у него не получится это сделать, Михаил вмешается самостоятельно и будет действовать по обстоятельствам.

— Другими словами, вы не знаете, как именно герой Глинт должен одолеть Владычицу демонов, не жертвуя при этом своим учеником. Вы даже не уверены, сможет ли он одолеть её, если принесёт его в жертву, верно?

Верно.

— И вы считаете этот план разумным?

Да.

— Почему?

— В героев нужно верить, — спокойно произнёс Михаил.

Мирабель пристально посмотрела на него, а потом сделала глубокий вздох, который разнёсся по всему рабочему пространству. Она присела на кушетку, и воцарилось глубокое и задумчивое молчание. Между делом Михаил спросил, с каких пор и зачем она стала носить очки.

— Это для образа, стёкла прозрачные, — ответила Мирабель, снимая их и покручивая посреди воздуха.

Михаил заметил, что ей идёт.

— Знаю, — безмятежно сказала Мирабель, потом прибавила:

— Возможно, ты прав.

В чём?

— В героев нужно верить.

Михаил хотел было признаться, что не сильно думал, когда произнёс эту фразу, но промолчал.

— В этом плане я и сама не совсем уверена, как будет верно… Ладно, — сказала она, приподнимаясь на ноги. — Пока что мы не будем вмешиваться. На крайний случай у меня есть особый план. Сейчас… просто наблюдаем.

Михаил согласился, они вместе встали против серебристого экрана, и вскоре застывшая картина снова пришла в движение.

Глинт напряжённо смотрел на мелькавшую печать, и вдруг произошла перемена, и Маргарита, запертая в темницу из яркого света, резко открыла глаза, чёрные, как две непроглядные бездны.

Она посмотрела на него, затем в сторону и немедленно свалилась на землю, как брошенная кукла. Зрачки Глинта сузились, он резко повернулся и посмотрел на своего ученика, над головой которого протянулась гигантская тень…